Виктория Холт - Битва королев Страница 119

Фонтерволт!

Монахини впустили ее без лишних расспросов. Там был приют для всех – даже для самых великих преступниц.

– Я спасаюсь бегством. Я грешна и хочу замолить грехи свои.

Монахини молча отвели ее в келью и оставили одну.

Это была потайная келья в толще стены. Никто не знал, что там есть пустое пространство, предназначенное для знатных грешниц, скрывающихся от погони.

Они знали, что она – прекрасная Изабелла, причинившая много зла и землям, которыми она владела, и всей Франции. Однако до них пока не дошли вести, что она пыталась отравить короля.

Они дали ей возможность найти успокоение в молитвах.

А она подумала: неужели ей пришел конец как женщине? Нет в мире существа, более цепляющегося за жизнь, более подверженного страстям, более стойкого к невзгодам, чем женщина. Женщина – продолжательница жизни, и дьявол опекает ее, издеваясь над Господом, которому нужны только святоши-мужчины.

В одиночестве, в потайной келье она вспоминала свое прошлое. Есть ли смысл в чем-то раскаиваться? Грехов она совершила множество, поэтому, конечно, боялась адского пекла.

Что с ней будет, когда она попадет туда? Сначала покроется волдырями ее нежнейшая кожа, потом опалятся волосы…

А может, черти пожалеют ее, соблазнятся ее красотой?

На пощаду на этом свете ей рассчитывать нечего. Разве испанка простит ей попытку отравить ее сыночка?

В воображении Изабеллы всплыли, будто поднятые со дна северного моря, голубые льдышки ее глаз.

– Нет! Нет! – вскричала Изабелла. – Господи, прошу, чтоб она не догадалась, что это я…

Но она знала, что Бланш все знает… и Изабелле становилось страшно. По ночам ей снилось, что возлюбленный Хьюго объезжает на рыцарском коне – при свете солнца и луны – вокруг монастырских стен и ищет способ похитить оттуда свою даму сердца.

Несчастный простак Хьюго!

Альфонс даже и не думал воевать с ним. Он просто объявил, что прежний владетель графства Лузиньян запятнал себя подлой изменой и поэтому не достоин даже поединка. Молодой Хьюго, старший сын, послал принцу вызов, но в ответ ему выразили лишь презрение и отказ.

Позором и лишением всего достояния семьи Лузиньянов обернулась авантюра Изабеллы.

Изабелла исчезла в толще монастырских стен. Хьюго, вернувшийся в свои сократившиеся до ничтожных размеров владения, носил по ней траур. А она пыталась раскаяться в своих грехах, но почему-то у нее это не получалось.

Со временем желание вернуться к мирской жизни оставило ее. Она уже начала подумывать о близкой кончине. Изабелла сказала монахиням, что хотела бы принять постриг. Все, что существовало за пределами монастыря, теперь казалось ей иллюзорным.

Два года Лузиньян не навещал ее и не давал о себе знать. Раз и он покинул ее, то зачем ей жить?..

Изабелла скончалась, и монахини похоронили ее согласно ее желанию не в храме, не в семейном склепе Плантагенетов, а на кладбищенском дворе.

«Пусть я была горда в жизни, но унижусь в смерти…» – таковы были ее последние слова.

После кончины Изабеллы Ангулемской Людовик решил, что незачем ему и дальше враждовать с Лузиньяном. И он, и Бланш знали, что причиной их раздоров была зловредная супруга Хьюго.

Король Франции и Хьюго Лузиньян так подружились, что вместе отправились в крестовый поход в Святую землю, осуществляя давнишнюю мечту короля. Там Хьюго получил смертельную рану, от которой и скончался в муках.

Шесть лет спустя король Англии Генрих, посетив Фонтерволт, возмутился тем, что его мать погребена на общем кладбище.

Он распорядился извлечь ее останки и похоронить рядом с его дедом и бабушкой – Генрихом Вторым и Элеонор Аквитанской.

Генрих приказал так же воздвигнуть статую над ее могилой, где бы она предстала без клобука на голове, а с распущенными волосами.

– Я помню с детства, какой красавицей была моя мать. Не было женщины прекраснее Изабеллы Ангулемской.

Так закончилась история про двух королев.