Коллектив Авторов - Цифровой журнал «Компьютерра» № 160 Страница 37

Обама призвал утвердить законопроекты, упрощающие визовый режим для высококвалифицированных иностранных специалистов и предпринимателей, запускающих новые предприятия в США (Microsoft, Intel и другие высокотехнологичные компании давно лоббируют проведение соответствующих актов через Конгресс). «…Реформа означает формирование системы легальной иммиграции, позволяющей сократить время на ожидание [виз], чтобы привлечь высококвалифицированных предпринимателей и инженеров, которые помогут создать рабочие места и вырастить нашу экономику, — сказал Обама. — Пришлите мне в течение ближайших месяцев всесторонний законопроект об иммиграционной реформе, и я сразу же подпишу его. Это будет хорошо для Америки. Давайте уже сделаем это, давайте сделаем!»

Так что вопрос о введении льготного визового режима для стартаперов, ценных специалистов (визы H-1B) и иностранцев, оканчивающих американские вузы по приоритетным специальностям (STEM — «science, technology, engineering and mathematics»), можно считать практически решённым. А кое-кто из американских обозревателей даже предположил, что рассмотрение соответствующего документа начнётся уже сегодня.

Наконец, Обама призвал реформировать законодательство о высшем образовании и (прямо как у нас) предложил ввести систему рейтингования колледжей, чтобы предоставить студентам простые и понятные критерии выбора учебных заведений. Кстати, законопроект, именуемый ныне ««Startup Act 3.0″, включает в себя ещё и комплекс мер по поддержке университетских инициатив, связанных с выводом на рынок инновационных проектов.

Обама считает, что главная задача реформы — вооружить студентов для работы в будущем. Как? Прежде всего за счёт более тесной интеграции между бизнесом и системой образования. Правильный, на взгляд американского президента, подход демонстрирует проект P-Tech. Это учебное заведение — результат совместной работы Общественной школы Нью-Йорка, местного университета и корпорации IBM. Студенты в P-Tech учатся на год больше, зато на выходе удается получать специалистов, которых рекрутёры Голубого гиганта с большой охотой берут на работу. Теперь аналогичный проект запускается и в Чикаго.

Между прочим, в самой IBM о проблемах американской системы образования говорят давно. Характерный пример — колонка вице-президента корпорации Стенли Литоу, опубликованная осенью прошлого года на сайте «U.S. News & World Report». В статье Литоу напоминает о разрыве между наличием квалифицированных работников и десятками тысяч хороших рабочих мест, которые нуждаются в заполнении: «Мы окажем и самим себе, и будущим поколениям медвежью услугу, если не признаем, что ситуация носит критический характер».

Высокопоставленный сотрудник IBM приводит убедительные данные, из которых следует: 40 лет назад диплом о получении высшего образования был для американца надёжным «входным билетом», позволяющим смело рассчитывать на принадлежность к среднему классу. Но за последние десять лет всё изменилось, так что двум третям выпускников вузов для того, чтобы сохранить стоимость на рынке труда, требуется либо дополнительное образование, либо — прохождение специализированных курсов.

Сегодня в США 29 миллионов рабочих мест, требующих переподготовки сотрудников. А в течение ближайших десяти лет потребуется обеспечить высокообразованными людьми ещё 17 миллионов новых рабочих мест в высокотехнологичных отраслях. И тут, как говорится, «надо что-то решать».

Вот американцы и решают. Тем более что альтернативы нет. Люди с плохим образованием в новой экономике могут рассчитывать только на нищенские зарплаты. И это уже большая социальная проблема.

«Умные» рынки плохо растут в условиях нехватки умных людей. А растущую армию «глупых» придётся подкармливать государству. Такая перспектива никому не интересна. Ни бизнесу, ни политикам.

Реформа образования и иммиграционных правил — наверное, единственные пункты нынешней программы Белого дома, которые не вызывают особенных споров. Что же касается бизнеса, то американские компании готовы принимать участие в решении назревших проблем. Если вице-президент IBM говорит о необходимости сотрудничества между предприятиями с системой образования на всех уровнях и «переориентации миллиардов долларов» на текущее финансирование инновационных решений тех проблем, которые стоят перед американской молодёжью в XXI веке, это что-нибудь да значит.

К оглавлению

Bloomberg присудило России 14-е место среди инновационных стран – справедливо!

Константин Синюшин, директор и со-основатель the Untitled venture company

Опубликовано 13 февраля 2013

В опубликованном недавно агентством Bloomberg списке самых инновационных стран мира Россия заняла 14-е место, опередив Китай, Канаду и Израиль.

Интересно то, что «проблемными» для России оказались такие критерии, как производительность труда (Productivity) и вклад производства в ВВП (Manufacturing capability). Наибольшее же число баллов в рейтинге России принесли позиции: «доля публичных хай-тек компаний» (High-tech density) и «доля дипломированных специалистов» (Tertiary efficiency). Всего во время анализа инновационного развития стран аналитики Bloomberg оценивали семь факторов: R&D, Intensity, Productivity, High-tech density, Researcher concentration, Manufacturing capability, Tertiary efficiency и Patent activity.

В этом контексте, конечно, нельзя не вспомнить пресловутый Global Innovation Index, который ежегодно подсчитывает INSEAD и WIPO. В 2012 году Россия заняла 51-е место в списке из 141 страны, что оказалось на шесть позиций выше, чем в 2011 году.

Как известно, в каждом рейтинге важен не столько сам рейтинг, сколько методология его составления. В случае с Bloomberg Global Innovation Index, насколько я понимаю, полностью порядок определения победителей составителем не раскрывается. Однако лично я не вижу ничего странного в том, что при определённых критериях составления Россия может вполне заслуженно опережать Канаду или Китай.

Я уверен, что объективный инновационный потенциал нашей страны очень высок, когда и если понимать не внедрение инноваций в промышленность, а генерацию новых идей и технологий. Достаточно посмотреть на количество наших соотечественников в мировых исследовательских центрах или специализацию исследовательских центров, создаваемых мировыми корпорациями в нашей стране, оценить потенциал отдельных научных или предпринимательских микроколлективов России — чтобы убедится в том, что мы занимаем большую долю в мировом инновационном разделении труда, создаём совершенно новые технологии.

А если прибавить сюда доставшиеся от советского прошлого военные, космические и атомные технологии, то совершенно однозначно можно сказать: место в рейтинге как минимум заслужено, а может быть, даже и занижено. Впрочем, предпосылки занижения заслуг России в мировом инновационном процессе тоже совершенно понятны.

Более того, я разделяю мнение аналитиков Bloomberg о причинах возможного представления об «отставании» России. Проблема отечественных инноваций — в общем неблагоприятном экономическом, инвестиционном и предпринимательском климате. Это уже общепризнанный факт.

Однако куда более серьёзные опасения лично мне внушает современное состояние российской науки и российского образования. Проблемы в этих сферах могут не позволить России сохранить прошлые и существующие достижения, а возможно, и привести к массовой миграции инновационных научных коллективов и предприятий из страны. А это, в эпоху активной мировой конкуренции за мозги, ставит под угрозу саму возможность встраивания России в глобальный инновационный поток.

К оглавлению

Студенческие стартапы: а может быть, деньги — не главное?

Денис Викторов

Опубликовано 12 февраля 2013

Опросы, проводимые российскими рекрутинговыми компаниями, рисуют грустную картину. И дело не только в том, что выпускник столичного вуза хочет получать сразу после студенческой скамьи 50 тысяч рублей, и никак не меньше. Хуже другое. Те, кто вот-вот закончит институт, всё чаще мечтают о кресле чиновника или о работе в крупной (желательно — транснациональной) компании.

Институты развития, бизнес-ангелы, молодежные акселераторы, гранты и даже специальный закон, призванный запустить на полную мощность процесс появления жизнеспособных молодёжных стартапов в стенах высших учебных заведений, — всё это в России уже есть. Вот только реальных (и ИНТЕРЕСНЫХ) проектов всё еще очень немного. И это проблема.

Что делать? Возможно, следует повнимательнее присмотреться к системе жизненных ценностей «поколения большого пальца», или, как его ещё называют, «поколения Y». И чуть-чуть сменить систему лозунгов, призванных направить российскую молодёжь по пути инновационного предпринимательства. В значительной степени вся нынешняя агитация, адресованная молодым инноваторам в России, так или иначе завязана на материальных стимулах. А проще говоря — на деньгах. И возможно, как раз в этом кроется ошибка.