Королева - Крейг Дэвидсон Страница 68

Однако он все еще видел ее. Маргарет. Она добралась до кухни. Ха. Умная девочка. Он мог бы присоединиться к ней там, чтобы они вместе пережили этот кошмар. Затаились бы, поиграли бы в настолки. Ха-а-а-а-а… Осы забрались ему под рубашку. Пролезли между пуговиц, эти подлые козявки. Карабкались по ногам, щекоча его, хи-хи, но… ох! Какие острые у них были жала. Миллион спичечных коробков с миллионом маленьких смертей в каждом. Их яд действовал как анестетик, кожа начинала неметь.

Прежде чем осы облюбовали его второй глаз, прежде чем на него обрушилась слепота, Редьярд увидел свой драгоценный объект. Шестая, ох, Шестая! Она танцевала в объятиях Муравья. Они вдвоем кружились, притопывая пятками, исполняя безупречный обратный флекерль, Муравей плавно наклонил Шестую, пока ее волосы цвета воронова крыла не разметались по полу, – и они оба застыли, уставившись прямо на него.

Затем все потемнело. Редьярд, спотыкаясь, двинулся вперед. Он то ли плакал, то ли безумно смеялся – понять было невозможно, потому что осы лезли ему в уши, роились в слуховых проходах и вгрызались в барабанные перепонки.

…мне больно, Элизабет, мне так больно, но Руди справился, твой малыш Руди, твой братишка, Господи, они в моих глазах, Лиззи, они копошатся в моих мозгах, боже, Господи Иисусе, они внутри, неужели это так ты себя чувствовала, когда тебя полюбили муравьи, Лиззи, полюбили твои прекрасные голубые глаза, солнце, горящее в каждой пряди волос, твои волосы – звезды, Лиззи, моя королева, ты когда-нибудь думала, что тебя съедят за твою красоту…

Тридцать четыре

18:26

На кухонной двери не было засова. Вашу мать. Я огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы его заменить. Руди. Этот мудак все еще шел в мою сторону.

Кухня была похожа на серебристый оазис. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы мой разум зафиксировал увиденное: плоские плиты, вытяжки, глубокие раковины, стеллажи, фритюрницы и разделочные столы, промышленную посудомойку и морозильную камеру, ломтерезку и тестомесильную машину, небольшой кабинет с табличкой «Менеджер», пробковые доски с прикрепленным к ним меню – «Фирменное блюдо на понедельник: говядина по-веллингтонски», – кастрюли и сковородки, висящие на крючках.

Черт возьми, ничего из этого не казалось мне сейчас особенно полезным.

Прижавшись плечом к ближайшему разделочному столу, я с ужасом обнаружила, что он привинчен к полу. Несмотря на то что я была под воздействием адреналина, у меня не хватило сил подтащить плиту или что-нибудь еще, чтобы забаррикадировать дверь.

Выглянув в смотровое окошко, я ужаснулась еще больше: Руди был почти рядом. Его лицо дрожало под слоем ос. Он шел вслепую – дробовик обронил в паре шагов за спиной, – царапая лицо, сдирая ос, раздавливая их в кашу.

…Стоп, дверь можно закрыть, просто не там, где я ожидала: засовы были сверху и снизу.

Я захлопнула верхний ладонью, а второй – ногой, как раз когда лицо Руди расплющилось об окошко. Оба его глаза лопнули. Кровавая жижа ручьями стекала по щекам. Мерзкий запах его тела просочился под дверь.

Я слышала жужжание ос. Щель под дверью была достаточно большой, чтобы они смогли пролезть.

Руди оскалился. Его рот был битком набит осами. У него подогнулись колени. Руди сполз вниз и исчез из виду – должно быть, прислонился прямо к двери, потому что поток воздуха, поступающий из-под нее, резко сократился. Видимо, его тело блокировало сквозняк.

Но у ос был миллион способов проникнуть сюда.

Я носилась по кухне, отмечая каждую решетку, воздуховод, вентиляцию – все, через что они могли проникнуть. Вытяжка над плитой была закрыта металлической сеткой. Я приложила к ней пальцы…

Вжик!

Что-то ударилось о сетку изнутри вентиляционного отверстия. Осы пытались пробить себе путь.

Один большой воздуховод – вероятно, от вытяжного вентилятора – был зарешечен. Я захлопнула металлические дверцы. Мне нужно было как можно скорее подпереть его чем-нибудь попрочнее, но пока что я могла лишь молиться, чтоб этого хоть ненадолго хватило.

Я вернулась к двери, вглядываясь в бальный зал. Хотя с тех пор, как Серена появилась с банкетной тележкой, прошло всего несколько минут, зал затих. Гости лежали на полу спутанными кучами. Повсюду были осы. Самые густые рои клубились у главных дверей и пожарного выхода. В тусклом свете мне показалось, что я увидела существо, когда-то бывшее Алланом Теллером. Оно кралось по залу, обнюхивая гостей.

В смотровом окошке появилось еще одно лицо. Я отшатнулась.

Гарри, мой бедный Гарри.

Осы ползали по его волосам. По щекам. Но ему, казалось, уже было плевать.

– Е-е-е-е-ер, – его рот скривился в попытке что-то сказать, – е-е-е-е-е…

Дверь. Погрузочная площадка. Да, конечно! Поэтому я здесь и заперлась!

Она находилась в конце узкого коридора, ведущего от морозильной камеры и большого холодильника. Как только я включила свет, мое сердце ушло в пятки.

Двери погрузочной площадки были закрыты на цепь.

Сквозь нее был продет висячий замок, который был надежно заперт.

Я схватилась за дверные ручки и дернула. Цепь была натянута так туго, что я не смогла приоткрыть дверь больше чем на сантиметр. Снаружи пахло свежескошенной травой.

Заглянув в щель, я разглядела фургон Гарри, припаркованный вплотную к бетонной платформе. Двери были распахнуты настежь.

– Помогите! – закричала я. – Я здесь!

Декоративные сады гольф-клуба покоились в сумерках. Что-то ударило в дверь.

Осы. Там они тоже были. Одна попыталась прорваться в дверной проем, целясь мне прямо в глаз.

Я захлопнула дверь, разрубив осу пополам. Ее голова упала на пол, и лицо уставилось на меня.

iPhone. Я вытащила его из кармана и набрала 911.

– Ну давай, давай, давай…

Данный вид связи недоступен. Пожалуйста, уточните номер и перезвоните.

Я попробовала еще раз. То же сообщение. Позвонила родителям. И опять безрезультатно.

Снова набрала 911.

Данный вид связи недоступен. Пожалуйста, уточните номер и перезвоните.

Пикачу!

Я послушалась и увидела, что именно она сделала. Запрет на исходящие звонки. Эта хитрая тварь установила родительский контроль.

Все входящие данные оставались открытыми, и доступ к ним не был ограничен. Ладно, и на том спасибо.

Я обыскала кухню в поисках стационарного телефона и нашла его на стене рядом с планшетом, висящим на гвозде. Но когда подняла трубку, то услышала шипение разорванного соединения.

У меня подкосились ноги, и я плюхнулась на задницу.

Пикачу!

Пикачу!

Я вернулась к двери со стопкой кухонных полотенец. Просунула их под дверь, плотно прижав кончиком ножа для масла. Серена, казалось, радовалась, что я в ловушке. Поменяй она правила