То «заика», то «золотуха» - AnaVi Страница 263

с его меркантильностью и материальностью, не хватает ж!.. А может, души? Душнила!.. Так и до, во время, а там ещё, может, и после — всей же процессии. Да и после же того, как я с неделю ревела беспробудно. Я, сука, только успокоилась, чтобы ты!.. А и, кстати, откуда ты вообще знаешь: как и, главное, что такое «плакать». Змеи же — не плачут! Только: крокодилы. И то — потовыми железами и!.. Нет. Но о хладно-мёртвых же — либо хорошо, либо никак. Никак. И никто!.. Ты. Да. Даже «собрата» своего проводить нормально и в последний же путь — не смог!.. О какой: семье и родных, близких, народности и любви?.. Хотя и о чём это я, правда? Уж что-кто, а вы с ним, да: не сёстры и не братья!.. Не были. И не будите. Ведь и знаешь ещё, как таких; «Вампиры — это зло и тьма», «Дождались? Напросились?.. Так вам и надо, нацисты-фашисты!», а как только «грянуло» — так сразу и по съёбам из своей же всё «тихой и чистой» вотчины, не говоря уж и о том, кто у вас там зверху и хозя-йка, сильный работающий пол; у нас да и в принципе называют? Уж точно — не с «у»; да и более того: «большой». С «х»!.. А «у»-то — как раз посередине. Да и «й» — где-то пока затерялась!.. Найдёшь — поглубже коль за- и нырнёшь: откуда ведь, не куда. Ну а ты что додумал, м? Хохол-ка — ты тоже не достоин: разве что — на клей!.. Я замалчиваю всё — между строк: выписывая абзацы и… красные строчки. Четверостишие — за четверостишием!.. Горячо и… убого! Горячо — ненавижу. Яростно и!.. Злостно. А и в приступах уже гнева — пишу всё, что накопилось. Не считаю: «неправильным». Не считаю и ненужным!.. Всё было — в свой срок: и именно — так, как надо, было нужно и требовалось мне же… на тот же всё момент написания и… под поток. Просто тогда — я чувствовала это: так!.. Максимализм же — никого не обходит стороной и!.. «Гиперборею» в лице: «зайца-зайки-зайчонка», «кнопки», «кареглазки», да и как бы она ни назвалась, тем более. И вдруг!.. Ловлю-нахожу себя уже — на изливании души… Ане. «За» изливанием души и!.. Душе же. Родной и!.. Родственной. Соул-у!.. И как бы это, а и тем более уже, теперь, ни звучало. Моей сестре и!.. Одновременно: «брату». Моей девочке. Насте!.. Анастасии. Анастейше и!.. Енотке. Изливаю — по всем фронтам. Плачусь ей — у подъезда!.. Принимаю — поддержку. Помощь!.. Стараюсь и отвечать, отдавать тем же, взаимно и взамен. Но и в какой-то момент — не додаю!.. Она — не замечает. Как и… все прошлые такие же и не, но и разы. Или делает такой вид!.. Но и не указывает мне на мои же ошибки. И впервые «прицел учителя и ментора» — сбивается!.. Она готова посвятить себя — мне: но и не даёт сигнал — где нужна я и ей. Не повторяется!.. А я — и не соглашаюсь сразу. Долго — запрягаю!.. А как запрягу — повозка пустая. Разные учебные заведения — не должны были разлучить нас, но!.. Разлучили. Я поддалась этой идиотской моде и!.. Попрощавшись со школой, забыв, попрощалась и со всем, всеми и вся же в ней: как только переступила порог нового… колледжа. И какое же удивление, что там снова была… Вика. Урок не пройден — перейдём к паре: попытаемся же уже и в этот раз — без «пары»!.. Она же — мой личный сорт… героина и яда! Не меньше. Не исцеляет же совершенно: но и цедит. Продолжает!.. Убивает посекундно — малыми дозами. Незаметными!.. По крайней мере — для меня. Погружаюсь — в обучающий процесс!.. Теряю из поля зрения Вику; а и вновь же зря; направляя весь пласт и запал-запас своей ненависти — на окружающих. А выбор был — знатным! Чего стояли: одни только лишь «травники» да «химики». А и чего, в самом-то деле? А там и — … За ними — шли уже «бухарики» и… прочая нечисть: не разменивающаяся — на нормы приличия, если уж и не морали; куда-откуда уж — закона. «Раскуривающая» и «разнюхивающая» — на паре: продолжая — на перемене; и в «кольцо». Не удосуживаясь даже — открыть окна!.. Проветрить помещение. Или хотя бы уж: лишний раз — не напрягать пожарных. Но и к чему это? Зачем и?.. Да! Пишу свою первую «ненавистную и ненавидящую их» — прозу. Упоминая имена же — вскользь; и то — не все, так и сама же ещё: скрываясь под псевдонимом-ником. Дважды!.. Где истребляю их — всех… до единого: как делала это обычно и только лишь в мыслях; но и тут уже была бумага под рукой, а и точнее уже комп, белый «ворд» и… просил он грязи и запачкать его плотным чёрным полотном-пластом. И я — сделала это, облегчив-отведя душу: за счёт чужих!.. И открыла же впервые для себя — сублимацию: как вид претворения и выведения всей своей энергии в жизнь куда более «экологичным и мирным путём» — стуком пальцев по клавишам клавиатуры «стационарного», «ноута», телефона или шорохом всё того же стержня по шёпоту бумаги. Интересы — менялись. Приоритеты — преломлялись. Люди-человеки — … Исчезали-сь!.. Один за другим. Но и вновь же: дело не в их желании, а моём — стремлении и… отпускании. Лучше же и всё — я, чем они!.. Чем кто-то и… кто-либо. Как отказывалась первой, так и продолжала… и продолжаю же! Не отвечая: на звонки, смс… Полностью, ещё и с телом, уходила «в себя»!.. Старалась вызвать ненависть и от них же уже — к себе. Недовольство. Презрение!.. И вызывала. Бесилась, но!.. Терпела. Я — отторгала и отторгаю же их, спасаясь бегством!.. Но и скорее же — в случае их. Чтобы они — спасались и!.. Бежали — от меня. Да и, видимо, всё же потому что — не ко мне. Не в зоне же личного пространства и комфорта, контроля и безопасности, а значит!.. Я заставляла и заставляю же их по сей день — бежать от тьмы-зла. Как с и… Ану. Я — не дралась же, нет, ты поняла, надеюсь!.. Куда уж и!.. Откуда. Этому серому зайчику — тёмной и своей же тени бы вновь не испугаться. А тот стих!.. Да впрочем… Большинство стихов, про вроде как