Путь к искуплению - Анастасия Сергеевна Король Страница 16

Они присели на подушки.

Мерзкий черный жук, пронзительно жужжа, пролетел над головой и упал на колени Нины.

С отвращением она смахнула его, но жук упал на спину и, недовольно помахав черными суставчатыми лапами, перевернулся. Тут откуда ни возьмись появился еще один жук и приземлился на плечо Самуила. Тот подхватил его двумя пальцами за черное округлое тельце и присмотрелся. Насекомое зашевелило лапками, пытаясь схватить его за палец. Длинные усы попеременно поднимались и опускались. Самуил поднял вторую руку и, сложив указательный и большой пальцы в кольцо, запустил жука в середину зала.

«Великий Самуил… Великий Самуил… – начали шептать сначала несколько людей, остальные подхватили и через минуту уже все твердили, словно мантру: – Десница Самуил»

– Знаете, а не так уж и плохо. Мне здесь нравится! – хохотнул Самуил, расправив плечи и оглядываясь.

Нина закатила глаза и покачала головой. Высшему демону явно льстило такое внимание к своей персоне.

– Знал бы я, что люди готовы мне поклоняться, организовал бы нечто подобное сам. Может, и вы начнете скандировать мое имя? Я исполню все ваши желания, – блеснул он остроумием.

Демон явно развлекался. Даже приосанился и раздулся, словно индюк, а довольная улыбка была шире, чем у Чеширского кота.

«Вот воображала!» – поцокала Нина языком; лицо разом скисло.

– Самуил, хватит уже.

Тут Воронов поднял руки, и все замолчали, а он громогласно произнес:

– Сегодня особенный день, ведь такого количества новых членов у нас еще не было. Я рад всех вас видеть и благодарен за доверие… Все вы явились сюда ради одного – встречи с Ним. – Он обернулся и посмотрел на кресло за своей спиной, похожее на трон, словно бы проверяя, пусто ли оно. Когда он вновь заговорил, его голос изменился, наполнившись благоговением: – По правую руку Владыки Ада стоит Самуил – Его десница, генерал армии демонов, второй по силе в Аду. Один из проклятых. Древнейший, сильнейший… Явись же нам!

Тут жужжание стало нарастать, а отовсюду начали появляться сотни жуков. Нина поморщилось. Жуки сгущались в черное облако, собираясь у кресла-трона. Жуки соединились, образовывая фигуру. Они хаотично ползали друг по другу, вызывая омерзение.

«Какой ужас!»

И почему демоны не могут использовать что-то милое? Сотню котят или бабочек. Нет, то жуки, то пауки, то другие мерзкие твари.

– Ты знаком со многими демонами? – шепнула Нина, кинув взгляд на сосредоточенного Самуила.

Он ничего не ответил, не сводя взгляда с фигуры, сотканной из жучиных тел. С каждым вздохом жуки сливались, спрессовывались, и черная поверхность тела становилась больше похожа на нефть. Зеркальная кожа начала приобретать очертания старомодного фрака; жабо под горлом выглядело неуместно. Налившиеся кровью глаза загорелись. Кожа стала светлеть, и на кресле-троне, полулежа, закинув одну ногу на подлокотник, предстал демон, выдающий себя за Самуила.

Он улыбнулся, и показались клыки. Вылитый граф Дракула.

– Мои подданные! Я рад вас всех видеть, – небрежно поднял он в приветствии руку; повисшая на подлокотнике нога покачнулась.

Физиономия Самуила вытянулась – его эго явно было задето.

– Ты его знаешь? – подалась к нему Нина.

Тем временем к нему вышел Воронов и застыл в глубоком поклоне:

– Десница Самуил, приветствуем вас! Мы так рады, что вы решили присоединиться к нашему собранию. Такая честь для нас.

Лже-Самуил не ответил, лишь поднял руку и щелкнул пальцами несколько раз: из динамиков заструилась музыка, и женщины, не поднимая голов, начали подползать к самозванцу на троне. На лице Самуила вздулись желваки. Самозванец поднял подбородок одной из прекрасных женщин и с высокомерием змия-искусителя произнес:

– И что ты желаешь?

– Я хочу, чтобы вы убили моего мужа, – произнесла она горячо.

Тонкая линия рта демона изогнулась в плотоядной ухмылке.

– И чем же он тебе так насолил?

– Он изменял мне много лет, но, если я от него уйду, он лишит меня всего: дома, денег…

Нина сморщила нос: некоторые люди сгнивали изнутри еще при жизни и, кроме презрения, никаких других чувств не вызывали.

Довольная женщина, только что подписавшая смертный приговор своему мужу, подошла к Воронову, сидящему в первом ряду, и тихо продиктовала свои данные. Он кивнул, записывая.

Так вот что тут происходило: Воронов подписал договор с демоном, но тот не только избавил его от конкурентов, но и как киллер убивал для него других людей. Что просил взамен на такую «услугу» Воронов, было несложно догадаться: власть и влияние.

Вот так он и поднялся за год.

От вида презренных людей глаза Нины стали мертвенно-холодными. Убийства, совершенные демонами, быстро закрывали – что взять с безмозглых исчадий? Или люди, которые совершали самоубийство, но на самом деле они были одержимыми? Кто будет обвинять несчастную вдову?

Демон-самозванец обвел зал скучающим взглядом и остановился на Нине. По-видимому, на ее лице, хоть и скрытом маской, все же отразилось то, о чем она думала. Она сразу же опустила глаза и дернула Самуила за рукав, чтобы он сделал то же самое.

– Я смотрю, среди вас много новеньких.

Самозванец легко соскочил со своего места и неторопливо направился к ним. Люди, сидящие на подушках, кланялись ему в ноги, когда он проходил мимо. Шаги демона утопали в мягком ковре. Ноги в замшевых туфлях остановились. Нина разочарованно посмотрела вверх и выдавила бледную улыбку, стараясь придать своему лицу восхищенное выражение. Четко очерченные алые губы самозванца, словно он только напился чьей-то крови, растянулись в довольной улыбке.

– Как тебя зовут, дитя?

– Женя.

– Прекрасное имя для красивой леди.

Он протянул руку. Восхищенное выражение на лице Нины застыло. Глаза опустились на протянутую ладонь. Подавив брезгливость, она заставила себя широко улыбнуться в ответ и подняла руку, готовая вложить ее в ладонь демона.

Но тут Самуил молниеносно схватил самозванца за запястье.

– Никто не смеет притрагиваться к ней. – Тихий голос был без тени угрозы, но в помещении словно бы снизилась температура.

Кожа Нины покрылась мурашками. Присутствующие подняли головы и с ужасом уставились на происходящее.

– Что?

Лицо самозванца исказил гнев. Он перевел вспыхнувший взгляд на него. В глазах Самуила замерцали ответные искры. Самозванец испуганно замер. Свет в глазах потускнел, а лицо окаменело от осознания, кто именно был перед ним.

– Д-д-десница? – заикаясь, проговорил он и, кинув испуганный взгляд на Нину, отступил, но клешня Самуила держала его крепко. Он дернул самозванца на себя и, сдавив его руку, силой заставил опуститься на колени. – Десница, прошу… Пощади. Я не хотел очернить твое имя… Я лишь собирал для тебя последователей.

Радужки Самуила окрасились кислотой. Рука сжалась сильнее, придавливая самозванца к земле. Кисть почернела, обуглилась.

– Десница, прошу, пощадите…