Мария Барышева - Увидеть лицо Страница 127

— Что с головой — бандитская сабля? — осведомилась Алина, старательно изгоняя из голоса насмешку и злость. Алексей мрачно глянул на нее, и от его взгляда Алину передернуло.

— Бл… какая, на хрен, сабля! Уроды, подсунули коньяк паленый! Вырубило начисто… башкой об камин!.. Ни хера не помню! — он подозрительно оглядел остальных налитыми кровью глазами. — Или кто мне помог? Ведь узнаю!..

Виталий чуть улыбнулся и незаметно для остальных показал Алине отогнутый большой палец — то ли в знак того, что все в порядке, то ли восхищаясь ударом. Она тоже улыбнулась, но тут же приняла серьезный вид. Быть в заговорщиках с Виталием казалось нелепым.

— Нормальный коньяк, просто не хрен жрать его в таких количествах! Это ж надо было так ковер изгадить! — пробурчал Олег и поглядел сквозь пивную бутылку на голые ноги Кристины, потом пихнул в бок Жору и негромко произнес: — Судя по всему, друже, к тебе ночью заходил секс?

— Не твое дело! — пробурчал Вершинин и страдальчески схватился за голову. Олег хмыкнул.

— А самочувствие как?

— Как у обглоданной куриной ноги, — очень тихо сказал Жора, и Олег одобрительно кивнул.

— Значит, вечер удался! Ты смотри, она и на деле сильна, не только на словах…

— Слушай, отстань ты, бога ради!.. У меня голова сейчас треснет!

— Нагулялись?! — язвительно поинтересовалась Марина, потом ее глаза зло сверкнули. — Хотела бы я знать, какая свинья сломала дверь ванной?! — она вонзила взгляд в Евсигнеева. — Это ты, перед тем как в камин упасть?!

— Это я сломал, — равнодушно сказал Виталий и закурил. — Потом починю.

— Ого! — уважительно заметил Олег. — А зачем?

Виталий пожал плечами.

— А разве должен быть повод?

— От вас все бутылки надо спрятать! — Марина перевела злой взгляд на Виталия. — А с тобой я позже поговорю!

— Это вряд ли, — все так же равнодушно отозвался Виталий и выпустил в воздух красивое облачко дыма. Олег засмеялся.

— Елки, еще в себя не пришли, а уже семейная сцена намечается!

— Помолчал бы!

— Я не умею!

На несколько минут наступила сонная страдальческая тишина, нарушаемая лишь звуком телевизора, потом Ольга насмешливо, не открывая глаз, произнесла:

— И эта женщина называла меня стервой!

— Бац! — тут же отреагировал Олег. — Одинодин!

— Слушайте, ну хватит! — простонал Жора, снова хватаясь за голову. — Украсьтесь молчанием хоть на пару минут! У меня башка раскалывается, а мне ею еще думать!

— Кто-нибудь вниз спускался? — спросила Алина, незаметно подтягивая к себе лежащий на одном из столиков еще со вчерашнего вечера апельсин.

— Я на кухню за пивом ходила, — Ольга потянулась на диване. — Меня ну очень попросили. Кстати, — она обвела всех ядовитым взглядом, — хотелось бы мне знать, кто вчера так упился, что использовал кухню вместо туалета?!

— Чего?! — Олег совершенно искренне вытаращил глаза.

— Чего слышал! Потомто сообразили, что к чему и убрали?.. только как в кухне освежителем воздуха не напрыскали, запах мочи все равно ощущается! Это уж перебор, вам не кажется?!

— Мда-а, — протянул Жора и посмотрел на Алексея. Алексей посмотрел на водителя, а тот в свою очередь посмотрел на бутылку пива и неопределенно помотал головой.

— Это не я! Я тут спал.

— Точно, как свиньи! — вполголоса произнесла Марина. Облачка дыма поплыли в ее сторону, и она демонстративно закашлялась.

— А на улицу ты не выглядывала? — спросила Алина, вонзая ногти в яркооранжевую апельсиновую кожуру, и из-под них выстрелил фонтанчик брызг, тут же разнеся по комнате апельсиновый аромат. Ольга помотала головой.

— Я в холл даже не выглядывала. Прошла на таком автопилоте, что…

— А нюхала тоже на автопилоте? — пробормотал Алексей, явно начиная приходить в себя. Алина закусила губу, терзая апельсин, потом резко вскинула голову, но наткнулась на упреждающий взгляд Виталия. Он покачал головой.

— Во всяком случае, за нами никто не приехал! — отрезала Ольга и кивнула Алине. — Если ты об этом.

— Давайте на эту тему рассуждать хотя бы через час, а? — попросил Жора. — Ейбогу, мне сейчас на это совершенно наплевать! Мы там же, где и вчера — и все! Алька, если тебя сейчас потянет на теории, я тебе рот с мылом вымою! Слушай, Леха, а ты где бинт взял? Аптечку нашел?

— Он у меня с собой был, — отозвался Алексей.

— Запасливый. Со своей аптечкой ездишь? А цитрамона у тебя нет?

— Нет.

— Это плохо.

За дверью послышались шаги. Алина лениво повернула голову, надеясь, что это Светлана, но в гостиную вошел Борис — осунувшийся и слегка побледневший, но тщательно причесанный, умытый и облаченный в черные брюки и черную рубашку, подчеркивающие его бледность. Золотой крокодил уже сонно блестел на лифмановском пальце.

— А что случилось с дверью в ванной? — сразу же осведомился он, аккуратно усаживаясь в кресло. Виталий обратил на него сонный взгляд.

— Воспитанные люди здороваются, господин ювелир.

— Значит, это ты ее сломал? — тут же сделал вывод Борис, уничтожающе глядя на него.

— Он, он, — отозвался Олег, потом косо вскинул правую руку над головой, отдавая вялый пионерский салют. — Застучал пионер Кривцов!

Виталий хохотнул, гася окурок в пепельнице. Борис приподнял одну бровь.

— Вот не можете вы, как люди, нормально…

— Уж говори, че думаешь: вот не можете вы, русские, нормально!.. — пробормотал Алексей, осторожно дотрагиваясь до повязки.

— Блин, опять начинается! — вскипела Кристина. Борис презрительно скривил тонкие губы, потом быстро оглядел гостиную, отметил беспорядок, винное пятно на серебристом ковре, перебинтованную голову Евсигнеева, синяк на плече Виталия, ладони Жоры, прижатые к вискам, нестройный ряд бутылок возле стены, после чего спросил:

— А Света не заходила?

— Неа, — Олег наклонился, ставя на пол пустую пивную бутылку. — А мыто думали, что она с тобой в теплом гнездышке.

— Утром я ее не видел, — деликатно и вместе с тем жестко ответил Борис. Олег склонился к голове Жоры и прошептал:

— Кто поздно встает, тому не дают!

Жора, ничего не ответив, возвел глаза к потолку. Петр переместил печальный взгляд с экрана телевизора на ювелира и сказал:

— Так Светик, наверное, уже на кухне шурует. Уж что-что, а в еде она толк знает, да… наверное, прям с поварешкой и родилась.

Олег вполголоса пробормотал, что физиологически это было бы весьма затруднительно для ее матери, но Жора толкнул его, и Кривцов обиженно замолчал.