За гранью безумия. - Александр Науменко Страница 109

«Давно не видал ничего подобного».

Спустившись с крыльца, Стас побрёл мимо бани, ёжась от ночной прохлады, двигаясь за дом, где, по его мнению, должен был и находиться туалет. Пахло странно, неприятно. Но в чём могла быть причина, он сказать не мог.

— Да где же он есть.

Какой-то сарай, а дальше огород. Наконец, он увидел нужное ему сооружение, где он и справил нужду.

Облегчённо выдохнув, Стас потёр сонные глаза, решив немного постоять и покурить на свежем воздухе. Правда, небо было не звёздным, чтобы им восхищаться, но и пусть. Плотная пелена тумана укрывала красоту космического пространства.

Сделав несколько шагов, Стас прислонился плечом к стене дома, пытаясь извлечь из пачки сигарету. Та постоянно выскальзывала, как будто не желая попадаться человеку.

— Ну что ты будешь делать.

Когда пальцы коснулись фильтра, Стас замер, настороженно прислушиваясь. Ему показалось, что он слышал некий звук, который походил на шарканье ног.

«Может это старику также приспичило поссать?»

Напрягая глаза, Станислав вскоре увидел приближающийся к нему силуэт. Он становился более отчётливее, и более не похожим на Егора Васильевича. А ещё через пару секунд, этот некто окончательно вынырнул из тумана, и Стас дико заорал.

Сигареты и зажигалка выпали из ослабевших рук. Глаза смотрели на покойника, который находился прямо напротив него. В пустых глазницах царила тьма, а из приоткрытого рта вытекала вода. В нос шибануло запахом болота, а ещё вонью разложения. Лысая голова с редкими островками волос, повернувшись к человеку, оскалилась, издавая хрипящие замогильные звуки.

Стаса схватили костлявые руки, больно вонзаясь в плоть. Тот попытался отбиваться, содрав пальцами с лица гнилостную кожу, которая висела лохмотьями у кадавра. Между зубов у трупа что-то зашевелилось, а в следующий момент из пасти выпал жирный червяк, который извиваясь, плюхнулся под ноги.

— Ааа! — вопил Стас, отбиваясь от наседавшего на него покойника.

Краем глаза он заметил новый силуэт, а потом ещё и ещё. Множество оживших мертвецов выходило из тумана, двигаясь в его сторону, слегка покачиваясь. Стас не мог поверить в то, что это происходит именно с ним. Нет, всему этому место на экранах телевизоров, но никак не в реальной жизни. Мертвецы просто не могут оживать. Они же покойники.

«Я… Я просто в это не верю! Их нет, а мне всё это снится! Только чёртов сон!»

Парень понял, что ему через пару минут настанет конец. Трупы его окружили, отрезав путь к бегству. И когда уже отчаяние проникло в самую душу, раздался оглушительный выстрел, который разорвал ночь.

Голова одного из зомби разлетелась брызгами гнилых мозгов и кости. Следом упал и второй мертвец. Пуля попала в шею, разметав плоть.

— Чего стоишь! — крикнул Егор Васильевич, появляясь из тумана.

Старик двигался медленно, переваливаясь с ноги на ногу. Из его лёгких вырывалось хриплое дыхание.

— Дурень! Ну зачем ты вышел на улицу? Это же ночь танцора.

Старик вновь вскинул ружьё, стреляя в одного из мертвецов, и тот исчез в тумане. А через секунду оттуда донеслось хриплое завывание, от которого кровь стыла в венах. Хотелось закрыть уши ладонью, убрать все звуки напрочь. Но оставались ещё глаза, и запах… Он проникал в ноздри, в желудок, будоража его, заставляя бурлить съеденный накануне ужин. Вонь мертвечины оказалась настолько мерзкой, что с трудом удавалось сдерживать рвотные позывы.

— Поспешим! — приказал старик.

Двигаясь за Егором Васильевичем, Стас пытался прийти в себя. Но честно сказать, это было сложно сделать. Ведь не каждый день встречаешься с ожившими трупами. Тем более, не каждый день тебя пытаются сожрать.

— Это мертвецы? — спросил парень, чувствуя дрожь в своём голосе.

— Молчи, несчастный! Меньше слов!

Старик споткнулся на неровности, и рухнул лицом вниз. Станислав машинально пробежал ещё несколько метров, а потом остановился, оборачиваясь. Покойников видно не было, но появилась другая напасть. Из темноты материализовалась уже знакомая высокая фигура в чёрном плаще. Она с лёгкостью подхватила старика, как будто тот ничего не весил, а потом швырнула куда-то назад, к себе за спину.

— Беги! — успел выкрикнуть Егор Васильевич. — И не смотри ему в глаза!

А потом откуда-то послышалось жадное чавканье, завывание многих мёртвых глоток, короткий вопль старца…

— Вкушайте плоть его, дети мои, — послышалось от человека в плаще.

Стас, нет чтобы броситься бежать, просто тупо стоял на месте, глядя, как фигура незнакомца лёгкой походкой приближается к нему. Вот она уже полностью возникла перед ним. Изящные руки с длинными пальцами откинули капюшон, показывая бледное лицо с нечеловеческими глазами, у которых отсутствовали веки. Тонкие губы скрывали за собой треугольные зубы. Над головой, словно нимб, кружило множество мух, жужжа, издавая монотонный звук.

— Не сопротивляйся мне, — проговорил незнакомец, мягким, почти ласковым голосом.

Так мог обращаться к своему сыну любящий отец, или священник, выступая перед своей паствой, вещая о райских садах. Голосу сразу отчего-то захотелось поверить. Ведь лжи в нём не было совсем.

— Доверься мне. И я не причиню тебе боли.

И Стас доверился. Он поверил этому мягкому, обманчивому голосу, который источал из уст мёд. Приятные слуху слова вливались в уши, проникая в мозг, обволакивая его пеленой тумана…

— Пади ниц предо мной, — приказало существо, указывая изогнутым ногтем на молодого человека.

Встав на колени, он принялся ждать. А тем временем, незнакомец, улыбнувшись, протянул обе руки и ласково коснулся указательными пальцами висков Стаса. Тот ощутил, как где-то внутри его прошёлся разряд электричества, а потом сознание принялось куда-то уплывать. Молодому человеку стало хорошо, и даже очень. Его больше ничего не волновало. Земные заботы остались позади. Да и они являлись такой мелочью по сравнению с тем, что он испытывал в данный момент.

«Как же я был слеп всю свою жизнь. Я искал счастья в деньгах, зарабатывая их всё больше и больше. Но счастье-то находилось совсем в другом месте… Здесь, в этих прекрасных и мудрых глазах».

Тело парня содрогнулось, начиная извиваться. Из прикушенной губы по подбородку потекла кровь, но молодой человек не обратил на это внимания, продолжая широко