Операция Патагония - Уильям Микл Страница 10

Бэнкс выключил свет на ружье и жестом велел Вигго сделать то же самое. Почти сразу же камни перестали лететь. В камере за входом раздалась серия визгов и криков; Бэнкс слышал нечто подобное в Конго, где он видел группу шимпанзе на охоте. В этом звучала та же самая атмосфера неотложности и возбуждения, что и тогда, но здесь в общении было больше ритма и интонации - что-то, что почти можно было бы назвать речью.

Он почувствовал, как его дернули за руку. Женщина стояла у него за спиной; в полумраке он едва мог разглядеть ее лицо.

- За нами дует ветерок, и воздух чище, - сказала она. - Во всяком случае, пахнет не так отвратительно. Возможно, есть другой выход.

Едва она это произнесла, у входа в пещеру загремели камни. Бэнкс не был настроен задерживаться в ожидании "мексиканского противостояния"[3].

- Вигго, прикрой нас сзади. Остальные - за мной. Давайте убираться отсюда.

Он развернулся и повел их прочь по коридору в темноту.

-Дэвис-

Нападение произошло бесшумно, из мрака. Дэвис был настолько поглощен наблюдением за склоном, что они совсем забыли о холме над ними. Единственным предупреждением стал внезапный грохот осыпающихся камней, а затем две огромные фигуры спустились с небольшого уступа и оказались не более чем в шести футах от них у входа в пещеру.

Вудс среагировал первым и успел выстрелить два раза. Одно из чудовищ пошатнулось, чуть не упало, но второе бросилось вперед быстро и яростно и набросилось на Дэвиса, пока тот еще пытался прицелиться. Запястья пронзила боль, когда винтовку вырвали из его рук, а затем огромная рука ударила его по груди, прижав к стене пещеры. Что-то сломалось - ребра с левой стороны - и его охватила внезапная вспышка жгучей боли. Он смутно осознавал, что раздаются новые выстрелы, и кто-то, вероятно, Вудс, громко и долго ругался на широком шотландском диалекте, но его зрение по краям становилось серым, и тьма грозила поглотить его. Единственное, что оставалось в поле его зрения, - это лицо, круглое... и такое же большое... как баскетбольный мяч, казавшееся заполненным пожелтевшими зубами, заточенными в острия, и слишком серым языком, влажно высунутым из красного рта, искривленного в улыбке триумфа.

- Пригнись, капрал! - крикнул Вудс, и у Дэвиса хватило еще немного здравого смысла, чтобы воспринять это как приказ, и он прижал подбородок к груди.

Два выстрела раздались рядом с его левым ухом, и он почувствовал, как горячая влага обрызгала ему голову и плечи. На него обрушился груз, словно мешок с углем, придавивший его к земле, но почти сразу же этот груз был снят. Дэвис поднял глаза и увидел, что над ним стоит Вудс, на лице которого явно читалась озабоченность. Губы рядового шевелились, но Дэвис слышал только звон множества школьных колокольчиков.

Он поднялся на ноги, сначала шатаясь, и осторожно вычисляя, где болит, при каждом движении. Левая сторона тела словно была избита несколькими молотками, но не было ни режущей боли, ни крови в горле; он был избит и побит, дышать было больно как черт знает что, но он выживет, по крайней мере, пока.

Он поднял глаза и увидел, как двое рядовых откатывают трупы нападавших от входа в пещеру, и те скатываются вниз по склону. У того, кто напал на Дэвиса, осталась большая часть головы на том месте, где Вудс выстрелил в него в упор. Дэвис показал Вудсу знак "все в порядке", когда тот снова обернулся к нему.

МакMастер снова встал на стражу, а Вудс зажег две сигареты, одну из которых передал Дэвису, а затем вручил ему и свою найденную винтовку. Дэвис быстро проверил, не забился ли ствол, а затем снова показал Вудсу знак "все в порядке". Звон в ушах начал стихать, но на смену ему пришла все усиливающаяся боль, пронизывающая всю левую сторону от плеча до бедра. Пройтись, чтобы от этого отвлечься, было невозможно; это было то, что можно было только терпеть. Он попытался сосредоточиться на рутинных действиях - на том, как вдыхать дым и снова его выдыхать.

Это помогло. Пока что.

* * *

Через несколько минут после того, как он докурил сигарету, он понял, что слух к нему возвращается. Звери выли в полумраке на холме - это был скорбный, пронзительный плач, песня в память о своих мертвых.

- С вами, ребята, все в порядке? - спросил он, и его голос тускло эхом отозвался в ушах, словно доносился издалека.

- Неплохо, - ответил Вудс, - учитывая обстоятельства. Мы думали, что тот огромный ублюдок тебя придавил, капрал.

Дэвис прикоснулся к левой стороне груди и поморщился.

- Ага, он пытался, это точно. Но вы оба молодцы, так что спасибо вам за это.

- Все за одного, один за всех и вся эта радостная херня. Так ведь и бывает, да?

- Так и бывает, - согласился Дэвис, рассмеялся и тут же пожалел об этом, когда новая волна боли и тошноты накрыла его.

- Никаких следов остальных? - спросил он.

- Ни звука, с тех пор как мы залезли в эту нору, - ответил Вудс. - Думаешь, они в беде?

Дэвис про себя не высказал своих мыслей, хотя по опыту знал: если бы Кэп или Вигго могли прийти им на помощь, они бы уже были здесь. Все, что мог сделать Дэвис, - это удерживать эту позицию и надеяться.

По крайней мере, признаков новой атаки не было, хотя их держали в напряжении периодические глухие удары, когда в пещеру бросали очередной камень. Еще одним поводом для благодарности было то, что прекратился тот печальный вой. На склоне воцарилась тишина, и создавалось ощущение, будто все затаили дыхание в ожидании того, что должно было произойти дальше.

- Я тут немного поразмыслил, капрал, - сказал Вудс через некоторое время.

- Осторожнее, не перенапрягись, - ответил Дэвис.

- Нет, серьезно. Ты же знаешь, что я увлекаюсь всей этой криптозоологической ерундой, да? Ну, мне кажется, я слышал об этих огромных тварях.

- Не неси чушь, Вудси, - сказал МакMастер, - никто об этих тварях не слышал.

- Вот о чем я и думал. Что-то не давало мне покоя, и когда я увидел те острые зубы, все стало