Инопланетные ужасы - Тим Каррэн Страница 10

вверх по позвоночнику... чувство, что им угрожает невообразимая опасность, что нечто преследует их, выслеживает, как леопард в джунглях. Нечто терпеливое, чудовищное и смертельное, будто яд. Он чувствовал, как оно следит за ними, изучает их, решает, кого из них завалит первым. И когда это случится, ужас оставшегося вырастет до предела. Потому что именно так и действовала Теплоискатель: она чуяла страх, чувствовала его вкус и точно знала, как его применять.

Тварь приблизилась настолько, что Динцу казалось, будто он унюхал ее запах, каким бы невообразимым он ни был... болезненный, гниющий, смердящий костями и саванами.

Ближе, еще ближе.

Мы погибнем, - подумалось ему тогда. - Мы не сможем отсюда выбраться.

И они не смогут; Динц был уверен в этом. Так же, как пять минут назад был уверен, что все-таки смогут. Забавная штука - разум, верно? Он похож на ветку молодого деревца: слишком сильно нажмешь на нее - и она или сломается, или спружинит назад, качаясь и качаясь. Такое же случилось и с его умом.

Единственная причина, почему мы до сих пор не погибли - то, что эта сука не готова нас прикончить. Она желает напугать нас еще сильнее, загнать нас на грань безумия. На меньшее она не согласна.

Сейчас Динца колотила бешеная дрожь, а Саррасин неподвижно застыл на месте. Они не разговаривали и даже не шевелились. Динц знал, что им следовало сделать, и прямо сейчас. Он открыл было рот, чтобы произнести это, и тут вокруг них разнеслось эхо пронзительного безумного вопля, доносившегося то ли сзади, то ли спереди, а может, сразу изо всех остальных ходов. Он взлетал и падал, обрывался и начинался заново.

От этого звука Динц ощутил, как сквозь него пронесся высасывающий разум ветер. Ему хотелось хихикать, хотелось заплакать, хотелось тоже завопить. Он превращался в психа и не знал, как можно прекратить это.

Снова зазвучал вопль, разливаясь по туннелям и отражаясь вокруг, пока не стало казаться, что это не один крик, а целая дюжина. А затем он возвысился до стрекочущего нечеловеческого тона и обратился истерическим голосом Джилл:

- Помогите! Помогите, кто-нибудь! Боже милостивый, пожалуйста, не дай ей коснуться меня, не дай ей коснуться меня!

Саррасин напружинился, крутясь на месте, стараясь понять, откуда исходит звук.

- Нам... нам надо ей помочь. Вот что нам нужно сделать.

- Ты рехнулся? - поинтересовался Динц. - Это не Джилл! Это не может быть Джилл!

Но это звучало точь-в-точь, как она. И секунд через пять после того, как вопль утих, он начался опять... но на сей раз была не только Джилл, были и Ройер, и Уэллс. Они вопили и визжали, умоляли о помощи, умоляли Динца и Саррасина помочь им прежде, чем она причинит им еще большие мучения.

Динц просто оставался на месте и дышал так часто, что у него началась гипервентиляция. Эти кричащие голоса загнали его внутрь себя - Боже мой, страдания, муки, полная боль. Звучало так, будто их свежевали заживо. А Саррасин? Он совершенно растерялся. Метался то в одну, то в другую сторону. Остановился, вздрогнул, стал тыкать бластером то туда, то сюда.

Наконец он схватил Динца за руку.

- Нам нужно им помочь! Нам нужно идти к ним!

Динц выдернул руку.

- Саррасин, они мертвы! Все они мертвы! И ты знаешь, что они мертвы!

- Тогда кто? Кто зовет нас, чтоб его! Кто, нахер, нас зовет?

- Это она, - ответил Динц.

Но Саррасина это не удовлетворило. Он толкнул Динца, и тот, благодаря низкой силе тяжести, подлетел в воздух, отскочил от стены и мягко повалился на землю. Пока он поднимался на ноги, Саррасин уже ушел. Динц лишь мельком заметил, как его нашлемные фонари покачались в проходе, а затем пропали

- Саррасин! - позвал его в микрофон Динц, но без толку.

Она хотела разделить их, и теперь у нее это получилось.

Вслед за Саррасином Динц вошел в темный туннель. Тот оказался тесным и уменьшающимся, пол под небольшим уклоном шел вверх. Динц должен был отыскать Саррасина раньше нее, но он понимал, что не сумеет. И тут Саррасин испустил вопль. Он оказался громким, пронзительным и коротким. Раздался влажный распарывающий звук, глухой удар и треск, будто Саррасина расщепили во весь рост топором.

А потом что-то сверху залетело в туннель.

Саррасинов шлем.

Он был сплющен и раздроблен, забрызган замерзшей кровью. И внутри все еще находилась голова.

Динц кинулся бежать.

8.

Из своего бегства он запомнил немногое, лишь то, что шел, пока не добрался до электроподстанции. Он захлопнул дверь, и весь свет погас. А Динц достаточно проработал в техническом обслуживании, чтобы понять: это не механическая или электрическая поломка.

Это была Теплоискатель.

Она вернулась тем же путем и что-то сделала.

Свет ей не требовался: она преследовала по теплу тела, отсюда и прозвище.

Динц помчался, стараясь не свалиться. Прямо впереди находился турболифт. Если он сможет туда забраться, его выбросит на поверхность, и она ни хрена не сумеет помешать.

Он пробежал футов двадцать, как вдруг ощутил, что мимо него пронеслось что-то большое. Скорчившись, Динц упал и принялся наугад палить из бластера. Выстрелы голубого света испаряли камни вспышками искр и дыма.

Он вскочил на ноги, снова кинулся бежать, и тут что-то ударило его в спину, швырнув ничком на переливающийся оранжевый песок. Завопив, Динц поднялся опять, но что-то ухватило его за левую щиколотку и швырнуло в воздух. Он отлетел от одной стены до другой, прокатился колесом и остановился.

Нашлемные фонари отбрасывали во все стороны чудовищные тени. Динц заметил движение, вскинул бластер, и что-то хлестнуло его, словно древесная ветка, вышибив оружие из рук. Мелькнула черная шипастая передняя лапа, толщиной со столбик ограды.

Потом Динц пополз, хныча и лепеча, но все-таки полз к турболифту.

Что-то опять сграбастало его за щиколотку и зашвырнуло обратно в туннель.

Безнадежно, все это было абсолютно бессмысленно. Она играется с ним, как кошка с мышью.

Динц зарыдал, его разум разорвался кровоточащей раной, он повалился навзничь, жадно глотая воздух.

И тут появилась она.

Теплоискатель.

Она цеплялась за потолок прохода, будто какое-то громадное и блестящее насекомое, богомол с зазубренными искривленными чешуйками, шевелящимися независимо друг от друга. Это было не в точности насекомое, а, скорее, сюрреалистическая его версия: слишком длинная и слишком тонкая, веретенообразная и паукообразная, вместо суставов конечностей - шипастые шары, сегменты тела соединялись чем-то, похожим на болты с резьбой. Это был жук, сваренный воедино из всякого хлама