Топор Перуна. Пробуждение наследницы - Люси Фер

Люси Фер

Топор Перуна. Пробуждение наследницы

Билет в один конец

Автовокзал провинциального городка Шляхуво встретил Дарью вялым гулом допотопного вендингового аппарата и размалёванной кассиршей, скучающе обмахивающейся кружевным веером. Последний месяц лета в этом году выдался непривычно знойным.

— Один билет до Брусловки, пожалуйста, — тихо обратилась девушка к женщине, которая нехотя отложила свой карманный «вентилятор» и медленно принялась отбивать указательным пальцем, с нанизанными на нём тремя золотыми перстнями, одной ей известные команды на выцветшей от времени клавиатуре.

— Сто тридцать шесть рублей, — вынесла она, наконец, свой вердикт, исподлобья взглянув на светловолосую покупательницу, — только наличные!

Нервно спрятав банковскую карту в карман объёмного рюкзака, Даша принялась скрупулёзно отсчитывать мелочь, завалявшуюся в карманах джинсового жилета.

— Отправление через три минуты, — резко смахнув гору жёлтых монет в кассу, заунывно протянула сероглазая кассирша с ярко-синими тенями, протянувшимися до самых бровей.

— Спасибо! — кивнула головой девушка и ринулась на платформу, крепко сжимая в руке маленький билетик, который, как она надеялась, поможет найти ответы на терзающие её последний месяц вопросы.

— Молодая — постоишь! — важно скомандовала дородная тётка, отталкивая своим габаритным седалищем запыхавшуюся пассажирку от последнего свободного места в салоне старого пазика. Грузно плюхнувшись на разорванное кожаное сиденье, издавшее при этом характерный стон, она поправила свою плетёную шляпку и, сложив руки на круглом животе, нарочито мило улыбнулась попутчице:

— Неместная?

— Угу.

— Куда едешь?

— В Брусловку.

— Пффф, — фыркнула удивлённо дама, — туда уже и Макар сто лет телят не гоняет. Есть четыре дома, да и там уже поди все помёрли…

— Не все…

— На кой тебе туда? В гости?

— Можно и так сказать…

Не желая продолжать разговор с приставучей мадам, Дарья крепко вцепилась в липкий поручень и, упершись лбом в сгиб локтя, погрузилась в воспоминания трёхмесячной давности. Именно тогда она впервые услышала о практически вымершей деревне, раскинувшейся на просторах их области.

Максим был в тот день донельзя взбудоражен и счастлив, глаза его горели лихорадочным светом и по-детски искренним восторгом.

— Ты хоть понимаешь, Дашка, какой это прорыв? Мы, наконец-то, смогли вычислить территорию древнего языческого капища. Там наши с тобой предки поклонялись Перуну и приносили ему кровавые жертвы. Ты даже не представляешь, что мы можем найти во время раскопок… Да это будет археологической сенсацией последних тридцати, а то и сорока лет!

— Ты делишь шкуру неубитого медведя, — насмешливо хмыкнула светловолосая девушка, посмотрев на жениха поверх объёмной книги какого-то современного французского писателя.

— Чепуха! — отмахнулся от её поддёвки взволнованный парень. — Я уверен на сто процентов, что наши находки войдут в анналы истории. Может, мы даже отыщем топор Перуна…

— Не пори горячку! — раздражённо покачала головой Дарья. — Все знают, что это обычная сказка. С таким же успехом ты можешь искать подкову Сивки-бурки…

— Терракотовая армия тоже когда-то считалась плодом бурной фантазии китайских болтунов. И что?! Кто в итоге оказался прав?!

Максим был словно демоном одержим археологией. Последние семь лет он без конца бороздил необъятные просторы родины, выискивая в толще земли разномастные древности.

Увлечение, не приносящее особых доходов, а скорее наоборот, но, безусловно, жутко для него важное. Ему как аспиранту исторического факультета была просто необходима твердая основа для написания кандидатской диссертации.

Даша любила Макса ещё со школы, парня умнее и добрее не сыскать не всём белом свете. Хотя порой его горящие глаза и слепая одержимость очередной идеей доводили её до белого каления. С течением времени девушка всё отчётливее понимала, что в их отношениях с будущим мужем всегда будет третья — треклятая археология.

— Говорю тебе: это будет легендарно! Поедешь со мной? Гарантирую шикарные виды, бодрящую реку и тотальное единение с природой.

— Я подумаю, — неуверенно пробормотала Даша, не о таком совместном отдыхе она мечтала.

Было бы славно хотя бы на пару деньков выбраться на море и просто ленивым тюленем поваляться на пляже, но, зная своего фанатичного историка, это было чем-то из области фантастики.

— Скорее бы ректорат одобрил нашу вылазку… — снова начал мерить нервными шагами комнату Макс, — я кожей чувствую успех!..

— Эй! — неожиданно вырвал девушку из воспоминаний громкий голос уже знакомой женщины. — Уснула что ли?! Брусловка! — указала она мясистым пальцем на окно, где на обшарпанном бетонном павильоне синела табличка с названием деревни.

— Спасибо! — запальчиво прошептала Дарья, резко вылетая из трогающегося автобуса.

— Вот я и на месте… — тихо прошептала она вслед уезжающему автобусу и, повертев головой, уверенно двинулась по единственной дороге, змеёй виляющей меж полей и теряющейся в далёкой вате белоснежных облаков.

Четыре дома

Поехать с женихом на совместный отдых девушка так и не смогла. Неожиданно заболевшая бабушка, единственный родной на всём белом свете человек, заставила её отбросить эту затею.

— А если бы я всё же поехала?! — в который раз за последнее время прокрутила в голове Дарья. — Может, и Максим бы не пропал…

Отчаянно помотав головой, чтобы прогнать разъедающие нутро мысли, она уверенно прибавила шаг. Путь неблизкий, а встречать ночь посреди полей и деревьев ей явно не хотелось.

Спустя два часа с небольшим её розовые кроссовки от известного спортивного бренда покрылись толстым слоем дорожной пыли, а в носу нестерпимо пересохло и дико свербело.

— Наконец-то, — облегчённый выдох сорвался с её губ, когда вдали показались небольшие деревянные домишки.

Поравнявшись с одним из них, она несмело отворила покосившуюся калитку и вошла во двор.

— Хозяйка! — громко прокричала незваная визитёрша, испуганно дёрнувшись от залаявшего старого пса, звонко гремящего цепью о железо грязной миски.

— Тише, Тузик! Кто будешь? — нахмурилась вышедшая на порог старушка, удивлённо уставившись на очевидно городскую барышню, коих в их краях отродясь не водилось.

— На постой пустите? Я заплачу! — достала заготовленную заранее бумажную купюру Даша, демонстрируя её жительнице Брусловки.

— Ну заходи, коль не шутишь… — пожала та плечами. — Я Анна Никаноровна, а тебя как звать?

— Дарья.

— И какого рожна тебе в наших краях надобно, Дарья? — внимательно уставилась женщина на гостью, так и не приняв её деньги.

— Жениха искать приехала, — тихо промолвила девушка, смотря прямо и открыто. — Он полтора месяца назад в ваших краях бесследно пропал.

— Аркяолог что ли? — нахмурилась старушка, коверкая тяжёлое для деревенского языка слово.

— Он самый…

— Дык его целая орава не сыскала, чего уж ты одна сделаешь? — вскинула брови хозяйка деревенского дома, усевшись на табурет. — Да ты садись, не стой, в ногах правды нет.

— А я найду, — уверенно прошептала горожанка и, скинув рюкзак, села