Тот, кто оседлал ветер - Сергей Александрович Самохин Страница 10

– Этим ты меня решил удивить? Пошли к камню. Поговорить надо.

Мы уселись спиной к камню, с подветренной его стороны, где ветер был не таким громким.

– Ну, что скажешь про Епископа сегодня? – начал Эрен, не дожидаясь меня. – Он решил все взять в свои руки, и получилось у него, надо сказать, совсем неплохо.

– А что сказать? В общем он все складно сказал… Подарок за нашу правильную жизнь.

– Ну, ну, Крис! Это замечательно, но даже мне понятно, что это слишком просто, верно? Мне интересно, что думаешь ты, во что ты веришь.

– Я готов поверить в это, потому что у меня нет никаких лучших объяснений тому, что случилось.

– И у меня нет! И именно потому я Епископу не поверил! – совершенно нелогично, но очень торжественно объяснил мой друг.

– Мой отец сказал, что про второй камень, ну, в котором странные частицы, Епископу подсказал Варен. И что вообще Епископ все это не сам придумал и понял, а с людьми говорил.

– Это как раз понятно. – тряхнул головой Эрен. – У Епископа есть несколько человек, которые ему помогают, по разному помогают. Называется это все – Совет. Вот наверное он с ними и говорил. Варен как раз в этом самом Совете.

– С чего ты все это взял?

– Отец рассказывал. Он говорит, что его тоже звали в этот Совет, но он не захотел. А мне кажется, что он врет, и никто его никуда не звал. Потому что он уж точно бы не отказался от предложения стать еще важнее.

– Совет. – я как будто попробовал странное название на вкус. – Никогда не слышал.

– Ну а откуда тебе слышать? Твоего отца точно туда не позовут… Ну, ну, я же не со зла, не смотри на меня так! И потом, я стал замечать, что после ваших находок люди стали по другому относиться к твоему отцу. Заговаривают с ним даже. Не все, конечно, но раньше я такого отношения к нему не видел.

– Все-то ты знаешь, и все замечаешь…

В моем горьком комментарии заключалась, впрочем, грустная для меня правда: Эрен действительно умел подмечать куда больше мелочей вокруг, чем я. Я был физически сильнее и быстрее его, но он был куда более внимательным, это мы еще детьми заметили. Так что ревности к своему другу я не испытывал, научившись со временем его уважать за то, в чем он меня безусловно превосходил.

Мы еще поболтали с Эреном обо всем и ни о чем, и даже попрыгали с камня, с высоты примерно одного роста, показав самим себе вполне достойные результаты. Достойным в наших глазах считался прыжок на такое расстояние, когда прыгнувший исчезал из поля зрения наблюдавшего, скрываясь за завесой тумана. В прыжках я не очень усердствовал, и все равно мог запросто прыгнуть куда дальше Эрена, но старался этого не делать.

Мне нравилось это длительное странное ощущение, когда мое тело не касалось ничего, никакой поверхности, и только ветер вокруг, внезапно как будто остановившийся, пока я опять не касался твердыни Вильма. Я быстро научился приземляться ровно, группируясь перед касанием ногами. У Эрена и с прыжками, и с приземлением дела обстояли посложнее, но он отчаянно старался. Я знал, что его почему-то задевает тот факт, что мне наши тренировки даются легче и получаются лучше, чем у него. Знал, и не мог с этим ничего поделать – просто старался не прыгать так далеко, как мог бы. А тут еще и эта идея – прыгнуть с верхушки камня…

– Все, в следующий раз прыгаем с самого верха. – уже в который раз говорил мне слегка запыхавшийся от нашей тренировки Эрен, когда мы шли домой. – И не отговаривай меня, хватит! Если не хочешь – можешь не прыгать, а я прыгну. И это будет лучший прыжок, уж поверь мне! А ты можешь в жилище сидеть, съеденным жукам ноги обратно приделывать.

Я и не отговаривал Эрена. Я вообще старался ему на это ничего не отвечать. В принципе, почему бы нам и не прыгнуть с самого верха? Я всерьез опасался, что мы можем при этом долететь чуть ли не до нашего поселения, а там вдруг еще свалиться на кого-то или на что-то, и тогда нас уже точно накажут. Но, с другой стороны, энтузиазм моего друга потихоньку передавался мне, и я незаметно для себя уже решил, что в следующий раз мы точно прыгнем. Как раз, когда я утвердил в себе эту мысль, я вдруг различил перед нами фигуру. Еще через пару шагов я понял, что это Епископ, который стоял и терпеливо ждал, пока мы подойдем достаточно близко, чтобы его услышать. Мы с Эреном замолкли как по команде.

– Приветствую вас. – очень вежливо начал Епископ. – Гуляете? Впрочем, неважно. Эрен, я только что говорил с твоим отцом, он тебя ждет, ему нужна твоя помощь. Нет, нет, ничего страшного, я ему сказал, что ты был у меня, и он этому очень рад. Иди к нему, ему надо помогать, у него много работы, важной работы. А с тобой, Крис, я бы хотел немного поговорить. Ты не против?

Вариант "против" как ответ явно Епископом не подразумевался, потому я лишь кивнул головой. Да и мне стало вдруг жутко любопытно, о чем таком хотел поговорить со мной сам Епископ. На последние собрания я ходил исправно, так что ругать меня вроде не за что. Эрен как-то робко махнул мне рукой, и пошел в сторону дома. Епископ двинулся в обход нашего поселения, шагая боком к ветру, и я пошел рядом с ним, стараясь держаться близко, чтобы разбирать слова.

– Ты не подумай, ничего такого серьезного в нашем разговоре не будет. И уж ничего страшного тем более. Скорее, это обычная беседа. Просто ты взрослеешь, становишься полноценным жителем нашего поселения. А мне полагается заботиться о всех жителях. Понимать, что их беспокоит, а что наоборот – приносит радость. Я вот заметил, что тебе приносит радость проводить время с Эреном.

– Да, мы с ним хорошо ладим. – сказал я, просто чтобы заполнить паузу, которую выдержал Епископ. Я не понимал, куда он клонит.

– И это замечательно! Я считаю Эрена очень хорошим юношей. У него очень правильный, трудолюбивый и мудрый отец. Может быть, вам порой кажется, что он излишне строг, но поверьте мне – порой излишняя строгость важна, даже порой необходима. Вы это хорошо поймете, когда подрастете, и будете воспитывать