Призрачная кровь 6 - Елена Шатилова Страница 9

Елизавета Алексеевна пожаловалась: Олег совсем впал в уныние, когда узнал, что его богиня-Ольга скоро покинет наш дом.

— Может его в какую-нибудь военную структуру отдать? Там из него точно дурь выбьют? — предложила я.

— Боюсь, Павел Алексеевич на это не пойдёт. Совсем не знаю, что с ним делать. Ничем не интересуется, сидит в комнате.

— Совсем ничего не делает? — усомнилась, не могло быть такого.

— Нет, читает что-то. Ходит в городскую библиотеку, а потом прячет книги.

— Читает — это хорошо. Узнайте, чем интересуется, и что-нибудь придумаем. Может, брат просто биться быть не понятым, поэтому скрывается, — только не от Ольги… я задумалась, что может их связывать, ума не приложу.

Вообще, это был самый спокойный выходной за последнее время. Завтра утром я отправляюсь на неделю к Сотникову. Ничего особенного не жду. Вообще, хочется войти в спокойный ритм без всяких форс-мажоров и сюрпризов.

Единственное, что беспокоит — я боюсь заходить на чёрный полигон на территории управления. Но стравливать всё равно придётся, просто вход — выход, и, всё. Я, конечно, взяла с собой пару женских романов, но надеяться на них не стоит.

Я думала, что просто позавтракаю и уеду, но не тут-то было, тётя явилась ко мне в комнату с интересными новостями.

— Доброе утро, деточка! — Елизавета Алексеевна тяжело вздохнула и уселась в кресло. Я бросила собирать вещи и села на соседнее.

— Что случилось?

— Так погано себя чувствую… Нет, я здорова, — поторопила меня успокоить. — Просто хотела выполнить твою просьбу побыстрей и узнать, чем занимается Олег. Он крепко спит под утро, потому что засиживается допоздна и часто пропускает завтрак. В школу проблема его разбудить. Уже подумывает на домашнее обучение перевести. Так вот, я зашла к нему в апартаменты и обыскала вещи…

— И что вы нашли? — да, нехорошо было лазить по вещам, но это для дела. Брат сам не расскажет, а отца не хочется привлекать, это только усугубит положение.

— Даже не знаю, как к этому отнестись. У него там стопка каталогов из модных домов и книги, разные, по швейному мастерству и рисованию, а ещё он перерисовывает платья. Так-то хорошо получается. Но он же мальчик! — тётя была растеряна.

— Папенька точно не поддержит его в таком начинании. Кутюрье, конечно, не совсем мужская профессия, но кто-то же и мужскую одежду придумывает. Поговорите с Иваном Степановичем, вы же поддерживаете общение, — Елизавета Алексеевна опустила глаза, подавив улыбку, прямо как школьница. — Ему не чуждо прекрасное во всех проявлениях, может что-нибудь посоветует, — в этой ситуации я не знала, что предпринять. Но по крайней мере понятно, что общего он нашёл с Ольгой. Одежда — их общая страсть.

— Да, ты права, это выход. Спасибо, Настенька! А то я не знала, что с ним делать, он совсем не идёт на разговор.

Теперь точно все дела закончены, пора к Сотникову. Судя по графику, который мне предоставили, меня не ждёт ничего особенного. Два дня теория. Остаток недели — полигон. Интересно будет посмотреть на него, хотя сомневаюсь, что будут какие-то особые отличия от академического.

Машина приехала в полвосьмого. До управления мы доехали очень быстро, и у меня осталось время, чтобы переодеться у себя в комнате. Да, Пётр Михайлович настоял, чтобы я тоже была в форме. Так что на занятия я направилась как настоящий надзорник. Интересно было бы посмотреть на реакцию обитателе нашей академии, появись я там в таком виде, — я улыбнулась.

Меня проводили в класс, в котором уже ждала первая группа. Их будет четыре, и материал мы будем проходить один и тоже. Так что мне предстоит очень нудная неделя. Ещё одно неудобство, меня опять будет сопровождать оператор. Вначале в аудитории, потом на полигоне. Ладно, мне не привыкать. А пока.

— Доброе утро! — поздоровалась я. Здесь не поймут шуток и даже улыбки. Поэтому всё строго и по существу. Рассказываю заготовленный материал и отвечаю на вопросы.

Удобство было в том, что стол был как в конференц-зале, и это изначально уровняло нас в положении. Да и сам процесс обучения напоминал работу с моей экспериментальной группой. Возможно, Рокотов поделился опытом, а Пётр Михайлович воплотил у себя. Так что я окончательно расслабилась и представив, что я работаю со студентами, просто общалась и даже шутила.

В конце дня меня запланировано ждал Сотников. Довольный, буквально цветущий. Поделился нехитрыми новостями, что с введением новых даров, случаи появления чёрной крови сошли на нет. И атмосфера в управлении сразу улучшилась. Он отправил доклад выше, хотя и без этого все торопились заполучить «дармовые» дары.

— Хочу выразить вам благодарность от всего Департамента Надзорных Органов и лично от себя. Мы глубоко ценим вашу лояльность и стремление к порядку, — заявил Пётр Михайлович, но от меня не укрылась ехидинка в глазах.

— Это единственный верный путь. У нас общий враг, и, если внутри общества появятся очаги опасности, это будет ему на руку, — пусть понимает как хочет.

— Да, вы правы. Поэтому я хочу помочь внести ещё больший вклад в нашу и в первую очередь вашу безопасность. Я подобрал два кандидата, которые уже практически закончили прокачку сети…

Я подняла бровь от удивления.

— Они вообще спали? — это был непраздный вопрос. Я не понаслышке знала, сколько времени занимает эта работа и как сложно находиться в одном режиме прокачки и концентрации, даже с моими возможностями.

— У нас, менталистов, дорогая Анастасия Павловна, есть преференции от нашего дара, и мы с детства обучаемся особым техникам концентрации, — он словно слышал, что я подумала. Ухмыльнулась, совсем забыла об этом. — Была поставлена задача, и мы её выполнили. Поэтому предлагаю в среду попробовать вытащить ментальный дар. Необходимо обезопасить вас от стороннего влияния, но не скрою, основная задача всё же дать вам возможность работать с ментальными рунами. Да, я знаю, что у вас есть каталог, но вам необходимо научиться и пользоваться ими.

— Принцип действия у всех рун один, — не удержалась, чтобы не сказать это. Сотников тоже это знал, просто хотел немного подтянуть меня к себе. — Но я поняла, что вы имели в виду. Я как раз работаю над структурой управления, — опять не удержалась и сболтнула. Хотя кривлю душой, я давно хотела это сказать, но не было наработки, которую я могла бы обнародовать.

— Ох,