Проклятие зимнего затмения Страница 89

Муха всё ещё была занята Везером, а вот Райлан всё-таки не смог удержать зверя. Амулет, который я смогла достать для него, раскололся на части и разлетелся в разные стороны. У стены я заметила лежащего Лерриана. Маг был без сознания. Скорее всего, попал под горячее крыло разъярённого дракона, и мне страшно было представить, что будет со мной, когда зверь достигнет своей желанной цели.

Впрочем, сейчас или никогда.

Я зажмурилась и постаралась погасить пламя, вставив рубин в кубок, из которого исходил жертвенный огонь. Жар не обжигал, я даже не ощущала его, но он активно сопротивлялся, оказывал давление, отталкивая мои руки, а затем в язычках пламени стали появляться образы. Я видела тех людей, которые погибли в тот день.

Женщина бежала, прижимая к груди сына, но стражи настигли её и убили. Она сражалась до последнего вздоха: прикрыла сына своим телом, а когда стражи отошли, велела ему бежать в дом вождя в поисках защиты и испустила дух. Она оказалась слишком сильной и достойной уважения женщиной.

Это было ужасно.

Прочувствовать боль каждого из них и не сойти с ума?

Это просто невозможно.

Мне казалось, что после этого испытания я никогда не останусь прежней, но утешало одно — проклятие зимнего затмения вернуло всех их к жизни. Мне удалось помочь им тогда, пусть они и испытали сильнейшую боль, которую теперь могли вспомнить. Мурашки побежали по коже. Я не хотела бы вспоминать свою смерть ещё раз — это страшно. Очень.

Я отвернулась, но увидела старушку. Она стояла на коленях и молила стражей не трогать её, но они пронзили её сердце острым лезвием меча. Лерриан смеялся, наблюдая за происходящим. Его забавлял тот хаос, который начался по его вине. Я стала задыхаться от ужаса, охватившего меня вместе с пламенем жертвенного огня. Слёзы скользнули по щекам.

— Это ты во всём виновата! Как тебе теперь живётся, Эльтеррелла? — спросил призрак погибшей молоденькой девушки. Она была травницей в нашем поселении. Я знала её. Мы частенько ходили вместе за травами.

— Я не виновата! И Райлан не виноват! Это всё Лерриан…

Злой хохот, больше похожий на эхо стал сильно бить по барабанным перепонкам. Я озиралась по сторонам, но утопала в пламени, которое обхватило меня и с каждой секундой становилось всё сильнее. Со лба стекали капельки пота. Я не понимала, где находилась, не могла вырваться из плена жертвенного огня и вернуться в реальность.

Хватаясь за слова мухи о том, что это всего лишь часть испытания, я пыталась освободиться от видений, но ничего не получалось.

— Это твоя вина, Эльтеррелла! Ты должна была стать нашей защитницей и изменить мир, но стала нашей смертью! — бросил мне пожилой старик, с презрением глядя на меня пустыми глазницами.

— Нет! Это не моя вина! — постаралась оправдаться я.

Когда я вырвала кинжал из рук отца, я сама была уверена, что это всё моя вина. Я считала Райлана предателем и ненавидела себя за то, что решила помочь ему, приведя раненого дракона в наше поселение, но всё было неправдой. Пламя стало разгораться всё сильнее, и мне уже стало жарко от него. Кажется, оно даже немного опаляло. Оно одерживало надо мной верх.

Ну конечно!

Это ещё одна загадка!

Я винила себя во всём, и когда узнала правду, то обрадовалась, но мы все были виноваты в случившемся. Нам не следовало скрываться в тени. Мы должны были показать, что не опасны. Мы могли бы попытаться наладить контакт с обычными людьми или найти драконов, ведь те тоже были волшебными существами. Вот только мы просто пытались выжить, надеялись, что так будет проще, а на деле всё вышло совсем иначе. Мы считали окружающих своими врагами и совсем не замечали врагов среди своих. Если бы мы были чуточку внимательнее к себе, к своим поступкам, то могли избежать этого кровопролития. И теперь мы должны были исправить в первую очередь свои ошибки. Мы должны были понять для себя, что опасен каждый человек. Каждый может оступиться и совершить непростительную ошибку, но, главное, вовремя исправить её, если есть такая возможность. В первую очередь следовало начать с себя и контролировать именно себя.

Я развела руками, разгоняя пламя, и оно стало исчезать. Вставив рубин в кубок, я приложила немало усилий, чтобы удержать пламя и навечно погасить его. Глина, из которой был сделан этот старинный предмет для совершения обрядов, начала трескаться и рассыпалась на мелкие кусочки.

Проклятие исчезнет, и горечь унесёт,

Как только глаз кровавый закроется, уснёт.

Он закрылся. Уснул навсегда, и теперь мне оставалось закончить со второй частью, где понятного было куда меньше. Убьёт меня Райлан или всё-таки мы сможем одержать победу в этой схватке и попасть в плен любви?

Горячее дыхание дракона опаляло, несмотря на то, что двигался он слишком медленно и находился метрах десяти от меня. В голове прозвучала мольба Райлана бежать без оглядки. Он пытался бороться со звериной сущностью, но ничего не мог поделать с собой. Проклятие одерживало верх.

В глазах дракона застыли слёзы. Я видела, как тяжело даётся герцогу сдерживаться с каждым шагом приближения ко мне. Я обернулась, посмотрев на отца, и выдавила улыбку. Кажется, он всё ещё не пришёл в себя, но что-то начал вспоминать.