Сфера времени - Алёна Ершова Страница 87

уже не стояла. Иван отказался, сказал, что не намерен открываться Ефросинье и подвергать её опасностям. Все доводы о том, что брачный договор защитит его возлюбленную лучше любых наномасок и кодов, разбивались о глухую стену. Ариадна приставила к профессору Багрянцевой охрану, которая невидимой тенью следовала за ней по пятам, и на какое-то время успокоилась. После избрания Ивана в Золотую сотню тема вновь была поднята. На этот раз брат почти согласился. Умом он принимал все доводы, но довериться кому-либо, а тем более создать семью, было безумно сложно. «Ваня! Прекращай валять дурака и пытаться провести параллели. Она другая. В ней нет ничего общего с твоей родительницей. И ты это знаешь не хуже меня! Либо оставь женщину, чтобы её ненароком рикошетом не задело, или создай ячейку. Пять лет встреч в масках — это патология!» И он согласился, расторг брачный договор с сестрой и сделал предложение Фросе. И она почти год думала. Эти двое действительно стоили друг друга! И вот накануне их первой открытой встречи её отправляют в увлекательный средневековый тур без права вернуться. Сто процентов кто-то не просто владел информацией, но и разыграл всё как по нотам. Четко и выверено до секунды. Теперь главный вопрос: кому выгодно? Именно сломать, выбить из колеи, а не устранить физически. Хотя и такой вариант сбрасывать со счетов Ариадна бы не стала.

— Во-первых, о Фросе рассказал ты только мне, — начала она объяснять брату очевидные вещи. — И, естественно, я о ней никому не говорила. Но это совершенно ничего не значит. Неужели ты думаешь, что в наше время существует хоть какая-то конфиденциальная информация? Да, твой ДНС защищен нанитами и кодами. Но это не исключает древнего, как потоп, наблюдения и качественной аналитической работы. Это стоит прорву денег, но ты по уши увяз в политике и в делах внекастовых. Ниточки, ведущие к тебе, в любом случае окупятся. Подкупить или внедрить кого-то из своих в персонал, сливать информацию о клиентах в те дни, когда ты в Доме, сделать выборку, найти повторы. Долго, но не сверхсложно. Дальше кинуть пару хитрых программ, отслеживающих и корректирующих звонки на ваши смарт-браслеты, и вуаля: мои отчеты до тебя доходят через раз, а Фросина переписка как на ладони. Мои люди уже изъяли её вещи из сейфа Сферы посмотрим, что там такое хитро вывернутое стоит, потом можешь забрать и решить, что с ними делать. А пока лови! — и Ариадна сняла с руки и кинула Ивану свой смарт-браслет. — Смотри сообщения за второе лютня и шестнадцатое грудня.

Иван открыл сообщения и обнаружил отправленные на его имя отчеты.

— Хорошо, что мы все важные разговоры решаем лично, — ужаснулся он.

— Ага, а еще я два раза в неделю проверяю твой дом, кабинет, машину и комнату в ДНС на предмет прослушек и прочей дряни, а ты меня за это подозреваешь во всех злодеяниях. Поверь, если бы я хотела сделать тебе больно, то подстроила бы так, чтобы она умерла на твоих руках и по твоей вине. Но у меня, кроме тебя, идиота, не осталось никого. И я люблю тебя как брата, а значит, хочу, чтоб ты был счастлив, но у меня никогда не было к тебе ничего, похожего на супружеский интерес. Бездна! Да ты мне горшки менял и мини-солдатиков из носа вытаскивал, какой в черную дыру мотив?! — прорычала Ариадна, снова заводясь. — Но в последнем ты прав: кто-то сработал чисто и профессионально. А потому я у тебя еще раз спрашиваю: кому ты перешел дорогу?

— Ромуальду, министру финансов, — раздалось с порога дома. Евстафий прошел в квартиру и поцеловал Ариадну в висок. — И если бы ты не возмущалась, то Ваня бы тебе уже все давно рассказал.

— Он накачал меня наркотой!

Евстафий посмотрел на брата с сестрой. У Ивана на скуле алел пожар, у Ариадны зрачки расширены так, что радужки не видно. Да, семейные посиделки во всей красе. Покачал головой и достал из набедренной сумки пластинку жвачки.

— Держи, это антидот.

— От СП-500 нет антидота, — язвительно заметила Ариадна, но пластинку взяла.

— Все правильно говоришь. Дальше так и думай, — улыбнулся он девушке, подняв вверх указательный палец, а потом повернулся к другу. — А ты ходи так, заслужил.

На это Иван только плечами пожал, мол то же мне проблема.

Дальше уже в более спокойной обстановке он рассказал о Сахалинском вопросе, разговоре в Доме собраний и заседании с советом управления.

— Н-да, судя по сему, ты основательно сунул руку в бочку с радиоактивными отходами. Теперь руки нет, а сам с подсветкой ходишь, — подытожил Евстафий, — Значит так. Надо выявить крыс в ДНС и в Сфере, разобраться с тем, что тащат из-за границы и придумать, где нам взять спеца, который сможет вытащить твою Фросю, не наступив ни на одну историческую бабочку. — Он набросал на смарт-браслете какие-то распоряжения, а потом скомандовал:

— А теперь всем спать.

Praeteritum XIX

«Мыслю, жено, но недоумею, что сотворити неприязни тому. Смерть убо не вем, каку нанесу на нь. Аще бо глаголет к тебе какова словеса, да вопросиши его лестию и о сем: весть ли сеи неприязнивыи духом своим, от чего ему смерть хощет быти. Аще ли увеси, нам поведавши, свободишися не токмо в нынешном веце злаго его дыхания и сипения и всего скаредия, еже смрадно есть глаголати, но и в будущии век нелицемернаго судию Христа милостива себе сотвориши!»

«Повесть о Петре и Февронии Муромских»

Серое осеннее небо натягивалось, словно мокрый шелк на раму. Шуршало, шелестело, вздыбливалось волнами.

Давид с войском возвращался домой. Вереница людей, отбитая у кочевников и потерявшая всё, кроме собственной жизни, тянулась грязной змеёй. В Муроме им предстояло начать новую жизнь. Сотник распределил несчастных: кого в свой удел взял, кого по боярским семьям отдал. Нечего им на зиму в городе бродяжками оставаться, а так гляди, сядут на землю, оброк платить будут. Но это всё потом. А пока обозный хвост здорово разросся и замедлял ход.

Всё захваченное да снятое со степняков добро уместилось в шести телегах. Не густо, но и поход так, название одно, стёртых подков не стоит. Тем не менее восьмерых оставила сотня в степи. Среди них и звонкоголосый гусляр Стоян, и лопоухий Илма, и боярин Радослав, и еще пятеро молодых, крепких мужчин. Давид с горечью думал, что не было лета, чтоб он людей не терял. Как ни тренировал сотню, как ни гонял, всё