Львира. Земли Солмира. Том I - Татьяна Левицкая Страница 86

— Я не животина! — недовольно заметила львира, выныривая из захвата. — Но, если ты так считаешь, могу опять перевоплотиться и поговорить с тобой на «зверином», — хитро сострила она.

— Ладно, ладно… Только не ешь меня! — показал ладони воин, не смея злить настоящую львиру, а затем вновь обхватил ее и с хриплым возгласом приподнял в воздух, помотав из стороны в стороны. — Как скажешь, воительница! — радостно прокричал он, с размаху приземляя ее на ноги. — Я сразу увидел, не простая ты! В долгу я теперь!

Пока воин восторгался дивным событиям, Нивертон взобрался на соседний валун и легко перескакивая с одного камня на другой добрался до виверны, неподвижно лежащей в небольшой впадине. Тела четверых эльфов торчали из-под нее расплющенные насмерть, одним из которых оказался Лесной Король, Нимуард. Из головы чудовища, поблескивая рукоятью в дневном свете, неподвижно торчал меч эльфийской работы, однако, лесные не имели к нему никакого отношения. Это оружие стражу было хорошо знакомо — его когда-то притащила львира в Друидэйн скорее всего из тролличьих нор неподалеку. Преисполненный новыми эмоциями, Нивертон оживленно крикнул:

— Вестагар! Как много виверн ты сразил в голову?

— Ни одной, — усмехнулся воин. — Ни один меч не может пробить их шкуру. С этими тварями я обычно стравляюсь руками и смекалкой!

— Все же один может, — заметил страж и с усилием выдернул эльфийское изделие из мертвой головы, обтерев его о камень. — Этот меч был закален дыханием дракона!

— Значит, Альвисс не ошибся… — задумчиво пробормотала Каиса, пока Вестагар удивленно таращился на могущественное оружие в руках друида.

— Я назову его клинок «Ихневмон» — поражающий дракона. В честь единственного существа, перед которым они трепещут, — торжественно объявил Нивертон, возвращаясь к Каисе тем же путем, а затем добавил:

— Твой тоже так может. Нужно вернуться и отыскать его на этом пепелище.

Воин слегка напрягся услышав, что меч, который он подарил Каисе, может сражать виверн одним метким ударом. Подойдя поближе к родственнице драконов, он досадливо уставился на глубокую колотую рану, чернеющую в ее голове, а затем перевел зловещий взгляд на раздавленных эльфов. Прямо около тела Нимуарда покоился чудом уцелевший обрубыш. Нехотя подняв его, Вестагар тяжело вздохнул и убрал сломанный меч в ножны.

— Хорошая виверна — дохлая виверна, — сделал заключение он, стараясь искать в последних событиях плюсы.

— Могли остаться живые, — ответил Нивертон, следящий за действиями Вестагара. — А если так, им же хуже — они видели истинный облик Каисы. Мы не можем отпускать свидетелей.

Услышав неоднозначное заявление стража, воин коротко кивнул и направился с друидами к полю боя все еще хмурясь, однако, немного погодя воспрял духом. Вид эльфов, умерщвленных огнем и тяжелым хвостом виверны, вселял в него какую-то необъяснимую бодрость. Оглядевшись вокруг, Вестагар не то с грустью, не то с ликованием крикнул:

— Тут одна мертвечина!

— Твой меч, — протянул Каисе оружие страж, выдернув его из-под неподвижного тела.

— Пятеро оставались у хода Тарука, но они же не могли меня увидеть? — с надеждой взглянула она на Нивертона, совершенно не желая, чтобы из-за нее кого-то убивали. Собственно, само заявление стража о том, что он собирается сделать, повергло ее в шок. Каиса помнила уроки и прекрасно знала, что для друида ценна жизнь любого живого существа, что они одни понимают ее безграничную полноту, а убийство презирают всей своей душой, но теперь что-то в лице Нивертона поменялось. Казалось, ради львиры он пойдет и не на такое преступление против естества друида.

— Там их уже нет, — покачал головой Нивертон. — Я видел, как они покинули пост, когда виверна напала на отряд. Теперь эти эльфы где-то среди своих, — махнул он рукой на обезображенные тела. Нужно упокоить их души.

Также, как и Альвисса, друиды предали земле каждого эльфа. Они засыпали братскую могилу землей и поставили сверху несколько валунов, чтобы не раскопали волколаки.

— Мир вашему духу, — провозгласил Нивертон, склонив голову. Каиса повторила за своим наставником, а Вестагар начертил интру, но не долго воин предавался церемониальным обрядам. Громко шмыгнув носом, он звучно харкнул на могилу и, брюзгливо прикрикнув: «Ну вы там долго будете киснуть? Они из нас чуть окрошку не сделали, а я жрать и спать хочу!», побрел в противоположную от истока Лунной реки