Товарищ Гроза. Книга 1 - Милослав Григорьевич Князев Страница 74

Сначала занялся периметром. Тут банально повезло: патрули к своим обязанностям относились не то чтобы халатно, но и не особо рьяно. Орднунг, конечно, хорошо, но немец пока не пуганный, так что не особо его соблюдает. Да и больше внимания они уделяли тому, что внутри, а не снаружи. Охрана была рассчитана на предотвращение побегов, а не на освобождение кем-либо из своих. Так что подползти, затаиться — а дальше сами подойдут, успевай забирать. Было одновременно и сложнее, и проще, чем в первый раз с постом фельджандармов.

Далее — массовый сбор. Всё бы ничего, но был и самый опасный момент: офицер не спал, и любая вибрация или малейший шорох могли поднять тревогу. Незаметно точно не подберёшься. С другой стороны — а зачем незаметно? Просто внаглую зайти в палатку, и дальше у меня будет несколько секунд на то, чтобы всё провернуть.

Осталось решить, как поступить лучше: в начале собрать всех спящих и только потом офицера, или наоборот? Решил всё-таки начать с того, кто бодрствует. Потому что если немного нашумлю при сборе остальных, есть неплохой шанс, что офицер заметит. А если подниму какой-нибудь незначительный шум с ним, то спящие, скорее всего, не проснутся. Да и от военнопленных время от времени раздаются какие-то звуки — так что, скорее всего, примут за них.

Так и сделал — и у меня получилось. Открываю полог палатки, захожу — и рывок к поворачивающемуся ко мне офицеру. Увидеть меня он ещё успел, но сделать ничего уже не смог, оказавшись в инвентаре.

Ну а дальше — рутина, хотя и не быстрая. Полночи потратил, но всю охрану и весь обслуживающий персонал сумел убрать. Теперь предстояло разобраться, что делать с этим «уловом». А ещё спина болела от постоянного напряжения, руки дрожали от усталости. Попробуйте поползать полночи. И это при моих десятках в здоровье и живучести, а также девятке в выносливости.

Что касается «улова» свободного места в пространственном кармане у меня, считай, осталось совсем немного. Тысяча с лишним кубометров — это, конечно, ого-го, но и личные вещи там постепенно накапливаются, причём уже не только мои, но и Орловой. И это учитывая то, что всё имущество, какое только возможно, я старался отправлять во вне лимит. Однако новые четыре десятка человек — это четыре десятка человек, место занимают много. На самом деле тридцать восемь, но всё равно много. Пока не как бочки в селёдке, но уже тесновато. А дальше что будет?

Проблемы начнутся потом, когда надо будет выпускать всю эту толпу военнопленных. Нет, выпустить как раз не проблема: «Я вас освободил, а вы дальше сами как получится». Даже ответственности по типу Экзюпери не чувствовал. Сделал доброе дело, а дальше уже кому как повезёт.

Однако свою партизанскую дивизию набирать где-то надо. Почему не здесь? Сомнительный контингент, однажды уже сдавшийся в плен? «Извините, но другого народа у меня для вас нет». Пусть это цитата не отсюда, но тоже подходит. Те, которые лучше, в плен не сдаются — они и так воюют, им моя партизанская дивизия на фиг не нужна.

Это вышки в пространственный карман не желают убираться, а с воротами, забором, колючей проволокой вообще никаких проблем. Даже вкопанные в землю столбы исчезали только так. Всё туда отправлялось, после чего скидывалось в кучу в стороне. Зачем, если хватило бы только ворот? А всё за тем же — размер пространственного кармана тоже нужно качать. А сам забор мне на фиг не нужен, поэтому от него можно и избавиться прямо на месте. Правда я сглупил и колючую проволоку тоже выкинул. Зря, придётся оставить здесь. Не тащить же мне её теперь в основном пространстве. Второй раз во вне лимит, однажды оттуда вытащенную вещь, уже не засунуть.

Как раз в этот момент дала о себе знать Система, сообщив, что размер основного пространства инвентаря перешагнул через ещё одну косую сажень. Так-то я его качаю при любом случае и при помощи любой мелочи, но сейчас закинул и выкинул много сразу. Вот и переступил невидимую черту.

Да ещё и все три палатки нужно учитывать — я их тоже вытащил, чтобы убрать, но уже в упакованном виде. Система всегда считает по внешнему объёму: спрячешь свёрнутый тюк — получишь несколько десятков литров. А спрячешь огромную армейскую палатку в разложенном виде — получишь те самые кубометры, которые она реально занимает.

Внимание! Размер инвентаря естественным образом увеличен до следующего уровня. Предупреждение! Без вкладывания призового очка, получаемого за прохождение испытания, функционал следующего уровня не может быть открыт.

И опять ни слова о том, какой бы был функционал на данном уровне, если бы я его смог открыть. Всего лишь сообщение, что мой инвентарь уже такого размера, какого бы он был на пятом уровне без прокачки. Тоже приятно, но пока не время измерять с рулеткой. Вот с народом и трофеями разберусь, потом посмотрю.

— Граждане военнопленные! — прозвучал в ночи красивый, сильный женский голос.

Ну да, мы договорились, что от имени нашей дивизии будет говорить именно она. К тому же это входит в прямые обязанности специалиста по связям с общественностью. В обязанности комиссара тоже входит. Женщина — не самый лучший вариант? Но я был ещё хуже. Совсем молодой паренёк, которого сейчас и в армию-то не возьмут, потребуют документы. Даже сейчас не возьмут! Любовь Орлова — хоть и молодая, но вполне взрослая женщина. Её хотя бы выслушают.

Уже по прошлым контактам с окруженцами заметили, что все предпочитают говорить именно с ней. Даже после того как убеждаются, что главный я. Даже после того как называюсь путешественником во времени и в качестве доказательства демонстрирую возможности пространственного кармана.

Сейчас я его, кстати, тоже демонстрировал. Постепенно вываливал в общую кучу остатки забора. Если до этого старался делать тихо, то теперь, наоборот, максимально шумно. Инвентарь позволял извлекать предметы в некоторых пределах. Что я и делал, доставая не у самой земли, а примерно на высоте моего роста. Кроме шума, и разглядеть кое-что уже было можно — летом рассвет начинается рано.

Тем временем моя заместительница озвучила заранее оговорённый текст. Кто мы такие, откуда, почему и вообще что сейчас здесь происходит. Первая Краснознамённая Партизанская Дивизия Имени Товарища Грозного, Ивана Василича — звучит солидно. На местных очень даже действует. Особенно по контрасту: двое непонятно кого и целая дивизия.

Кроме объяснений, кто мы такие, выдвигался список вакансий для желающих вступить в дивизию.