Горящие облака - Андрей Игоревич Буянов Страница 7

чуть ли не в перекат уходить. Ну да практика у меня теперь имеется. Оно, конечно, неприятно периодически, но на регулярной основе отгребать. Зато вот гном считал, что если смог-таки увернуться, то повторно всыпать за одно и то же как-то не комильфо. Поэтому я, зная, что второго воспитательного подзатыльника не предвидится спокойно поднялся и отряхиваясь начал пререкаться. Это, кстати, как я теперь совершенно отчетливо знаю для гномов совершенно нормально. А то, что из меня гнома растят я уже с декады так три нисколько не сомневаюсь. — Гурин, ну чего ты опять начинаешь… — Я тебе поганцу когда сказал палубу драить? — нахмурив брови и пристально глядя бородач грозно вперил в меня указательный палец. Я насупился, но взгляд отвел — нечего нарываться. Гном то если по-хорошему, то прав. Это я сам, крайне раздолбайски отнесся к возложенным на меня обязанностям. Ну да, тяжело мне смириться… привык начальником быть. А тут… Видно, что-то такое у меня на лице промелькнуло, что гном сменил гнев на милость. Все-таки он меня жалеет. Сильно жалеет, поэтому и воспитывать пытается как у них там под занесенными многометровым снегом горами принято. — Опять на облака пялился, мелкий? — пробасил он. Я только кивнул. Хороший он все же мужик. А вот я выходит тот еще говнюк. Ведь не мелкий же в самом деле. На момент моей… ну так назовем вынужденной процедуры перемещения уже как тридцать восьмой год пошел — не ребенок совсем. А тут как прямо с цепи сорвался. Может отходняк, а может еще что, но точно не гормоны подросткового тела. Я эти гормоны отчетливо каждое утро ощущаю. Еще когда девицы молодые в портах рядом проходят — тоже ощущаю… А здесь точно знаю, что не они, скорее уж подсознательная вредность какая-то. И ведь мог сначала эту палубу отдраить, потом на эти облака смотреть. Но нет поперся вперед, вот и получай теперь заслуженный пендель товарищ "младший научный сотрудник". Это, кстати, ко мне совсем условно относится, науку я забросил еще в начале двухтысячных ввиду крайней ее не перспективности с точки зрения финансовой составляющей. Помню тогда еще первую зарплату по должности получил. Жесть… Но ведь есть что-то в них! В этих взвешенных в атмосфере продуктах конденсации водяного пара, а так клубах белого тумана, именуемых облаками. Ну тянет меня что-то к ним и все тут! Не было у меня подобного раньше. Так, чтобы часами сидеть и смотреть на проплывающие рядом облака, касаться их рукой если облачность низкая… Э-э-х, тяжело вздохнул я. Мой косяк, надо признавать. — Прости, Гурин. В следующий раз буду сначала палубу драить… — А потом снова на свои облака глядеть будешь? Я невольно хихикнул уворачиваясь от очередной затрещины. На что гном беззлобно ругнулся и пряча улыбку в бороде проворчал. — Если бы меньше на свои облака пялился пошли бы уже сейчас в оружейку пистоли разбирать… — Черт, — вырвалось у меня. На что Гурин злорадно усмехнулся. Уел гад бородатый. — Вот, поминай своего демона. Откуда только помнишь, — снова ворчал он, устраиваясь на бухте каната, закрепленной у борта. — Да не помню, — буркнул я в ответ опускаясь на доски палубы и скребя их большой щеткой с жесткой щетиной. — Так, само всплыло в голове… Ай, черт блин!! — ругнулся я, вытаскивая зубами из пальца некстати попавшуюся занозу. — Ты давай мелкий не отвлекайся, — гном уже вовсю растянулся на бухте довольно щуря глаза на теплом солнышке. — А то плохо отмоешь и придется все заново драить. А в оружейке ведь надо еще кроме пистолей паровое орудие перебирать… Глядишь и без тебя займусь. Вот ведь вредный коротышка! Знает прекрасно, что больше чем бездельничать и смотреть на облака мне интересно только с местной маготехникой возиться. А теперь еще и поиздеваться решил. И ведь самое обидное в том, что не должен я был палубу сегодня драить, это мне наказание прописали за то, что с канониром одним поцапался, а потом и подрался. Обидно получилось. Да и наказали, смеясь, за все про все только меня. Ну а как иначе? Я, видите ли, попытался улизнуть с корабля, тогда как капитан мне это пока делать не позволял… Точнее не так. Я с корабля улизнул, сунув пару монет вахте и, более того, под ее одобрительное напутствие. И вот тут у самой цели, то есть в портовом борделе встретил этого усатого козла! Я его и просил не сдавать, и монеты предлагал… Пусть и немного, мне же все-таки на саму цель самоволки оставить что-то надо было, а доходы у члена экипажа без доли совсем не ахти… Так он меня за ухо и потащил к выходу, мол мал еще. А какой мал, я же извелся весь! Организм молодой — требует, а сознание ему со знанием дела поддакивает, и вместе это такой эффект дает, что скулы иной раз сводит аж зубы скрипят. И тут добрался почти до цели, а он меня за ухо! Ведет он меня уже почти к самому выходу, я ругаюсь требую, чтобы отпустил, и тут мимо нас проходит одна… Да с таким декольте, из которого все богатство поямо вываливается и в платье коротком. И меня увидав за щеку так ласково потрепала и губами воздушный поцелуй послала. Вот тут мои гормоны и победили разум. Не обращая внимание на резкую боль в сильно оцарапанном ухе, согнулся, ударом локтя заехал этому усатому хрену в пах. А когда тот начал рефлекторно сгибаться, выпучив глаза звезданул ему резко разгибаясь коленом в лоб — пускай полежит. Не надо было тебе мужик меня провоцировать… Глазами уже шарил по сторонам в поисках той распутной девки. Увидал ее все еще улыбающуюся, но с округлившимися от удивления глазами, подлетел к ней, подхватил под талию и потащил ее заливисто хохочущую изо всех своих невеликих пока сил к ближайшей двери в комнату. Благо та свободной оказалась. Я копошился откидывая в стороны свои и ее тряпки, девица приняв игру призывно и в тоже время лукаво смеялась, улыбалась показывая здоровые ровные зубы, обнимала меня умелыми руками за спину, шею, взъерошивала ловкими пальцами волосы, призывно целовала в обнажившийся торс… Меня хватило минуты на