Глупая жена. Как попаданка утёрла нос Дракону (СИ) - Анна Кривенко Страница 69

— В оранжерее госпожа, — поклонился он. — В той, что прежде принадлежала принцу Микаэлю.

Я кивнула и направилась туда…

***

Оранжерея. Та самая оранжерея, где произошла наша первая ужасная размолвка. Я вспомнила, как стояла тогда среди этих же растений и дрожала от страха и отчаяния. Как Рафаэль смотрел на меня с ненавистью и болью. Как выкрикнул, что я обманула его, предала и растоптала его чувства…

Стало больно и страшно даже за порог оранжереи ступить, но я постаралась взять себя в руки. Внутри боролись надежда и отчаяние, любовь и обида. Но я верила Марте. Я должна была поверить.

Рафаэля нашла в глубине оранжереи. Он неторопливо прогуливался между рядами цветов, заложив руки за спину. Плечи были напряжены, голова была опущена. Он казался таким одиноким, таким потерянным, что у меня защемило сердце.

— Рафаэль, — позвала тихо. Голос едва слушался меня.

Муж замер. Обернулся медленно, будто не веря своим ушам. И снова посмотрел на меня холодно — тем самым ледяным взглядом, который уже успел стать привычным. Он как будто ожидал чего-то плохого. Может быть, новой лжи. Может быть, очередного удара.

Я подошла ближе и ответила совсем другим взглядом. Не вызывающим, не колким, не самоуверенным. Я смотрела на него печально и тоскливо, с просьбой и болью. Всё моё нутро кричало о том, что я хочу его понять, хочу до него достучаться, хочу всё исправить….

— Рафаэль, давай поговорим.

Выражение его лица изменилось. В глазах промелькнуло удивление — чистое, искреннее, не прикрытое маской равнодушия. Он хотел было сказать что-то колкое, я видела, как дёрнулись его губы, но потом передумал. Просто кивнул.

Взял меня под руку — осторожно, почти невесомо, будто боялся сломать, — подвёл к лавке и усадил. Сам сел напротив, на плоский камень, облитый мягким лунным светом, проникающим сквозь стеклянный купол. Смотрел цепко, внимательно, с явным нетерпением. Я чувствовала, как он ждёт. Чего — не знала. Может быть, правды.

Глубоко вздохнула.

— Рафаэль, я должна тебе кое-что сказать. Я давно должна была это сказать, но боялась. Боялась, что ты не примешь меня такой, какая я есть. Боялась, что настоящая я тебе не нужна.

Он молчал. Только глаза его стали чуть шире.

— Ты ведь знаешь, что я скрывала свой ум. Притворялась глупой, беспомощной, чтобы выжить. И я не оправдываюсь — да, это был обман. Но пойми, Рафаэль, меня вырвали из моего мира. Назвали животным с первой минуты появления здесь. Мне угрожали, мною пренебрегали, меня пытались уничтожить. Как я могла раскрыться? Как могла довериться тому, кто смотрел на меня как на вещь?

Рафаэль опустил глаза, но я продолжила.

— А потом… потом я поняла, что ты другой. Что ты не такой, каким казался вначале. Ты защищал меня, заботился, поддерживал. Ты называл меня женой — не попаданкой, не вещью и не любовницей. И я… я полюбила тебя.

Голова Рафаэля резко дернулась, он поднял на меня взгляд — удивленный, полный неверия и надежды.

— Да, Рафаэль, — сказала я твёрдо. — Я полюбила тебя. Полюбила, несмотря ни на что. Несмотря на твою грубость вначале, на твою холодность, на твои обидные слова. Потому что я увидела твоё сердце. Познала тебя настоящего — нежного, ласкового доброго мужчину… И я захотела довериться тебе. Всем сердцем. Но, к сожалению, оказалась трусихой и постоянно откладывала это на потом. Боялась, что ты разочаруешься во мне, что перестанешь любить меня, если я раскрою свои истинные способности… Прости. Я просто слишком сильно боялась тебя потерять.

Рафаэль молчал. Его лицо менялось — растерянность, озадаченность и непонимание постепенно сменялись изумлением, надеждой и волнением. Он будто пытался осмыслить каждое моё слово, примерить его к себе, поверить в него.

— Я не хочу быть королевой, — продолжила я. — Не хочу власти, дворцов, интриг. Но если ты рядом… если ты будешь со мной… я готова на всё. Потому что без тебя этот мир пуст. Без тебя я… никогда не стану по-настоящему счастливой.

Я замолчала. В оранжерее стояла тишина, только капли воды где-то звонко падали в ритм.

И вдруг я увидела. В глазах Рафаэля пылал яркий огонь. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. Будто только сейчас понял, что я — настоящая.

Огонь надежды и радости, огонь ответных чувств…

— Соня… — прошептал он. — Ты правда…

— Правда, — кивнула я. — Всё, что сказала, — правда.

Муж протянул руку, коснулся моей щеки кончиками пальцев — нежно-нежно. Его рука дрожала.

— А я… — голос его сел. — Я тоже. Я люблю тебя. И всегда любил. Даже когда злился, даже когда безумно ревновал… Я тоже трус. Я тоже отчаянно боялся, что я тебе просто не нужен…

— Нужен! — перебила я с жаром. — Очень нужен!!!

Рафаэль соскочил со своего места, подхватил меня на руки и прижал к себе так крепко, что затрещали рёбра. Я обняла его в ответ, уткнулась носом в его плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы.

— Прости меня, — шептал он. — Прости за всё. За глупые слова, за холодность, за гордость. Я дурак. Самый большой идиот в этом королевстве.

— И я не лучше, — всхлипнула я. — Мы оба совершили ошибку…

Рафаэль отстранился, заглянул мне в глаза, и на его губах появилась улыбка — первая настоящая улыбка за всё это время. Глаза его сияли, на ресницах повисла одинокая слезинка, которая почти сразу же испарилась.

— Соня… моя жена. Моя королева. Моя жизнь…

И в этот момент я поняла — мы справимся. Всё обязательно будет хорошо. Потому что любовь — это самое сильное оружие на свете. И если уж мы смогли пережить всё это, значит, выдержим и всё остальное…

Рафаэль наклонился и жадно приник к моим губам. Я ответила тем же, обнимая его крепко-крепко и обещая никогда больше не отпускать.

Да, я всё-таки утерла нос Дракону, навсегда привязав его к себе, заставив его плакать обо мне, вынудив его победить гордыню и самонадеянность, научив дорожить искренними отношениями и наконец-то показав, что попаданки вовсе не животные, которых можно приручить.

Однако сейчас мне кажется, что победителей в этом противостоянии нет. Потому что победила только любовь…

Глава 72. Эпилог...

Прошло полгода. Полгода с того дня, как мы с Рафаэлем наконец-то поговорили и перестали делать друг