Я есть Закон! - Алексис Опсокополос Страница 65

— Ну, значит, я сделаю всё от меня зависящее, чтобы вы получили бумаги вовремя, Илья Сергеевич, — сказала она. — До свидания!

Девушка легко запрыгнула в кабину, мощный двигатель пикапа рыкнул, и белоснежная машина неторопливо выехала с нашего двора.

— Да фиг она успеет! — тут же подал голос дядя Петя. — Одно дело — понты колотить, все эти ваши квадрики, роботы, планшетики светящиеся! А другое дело — реальные цифры просмотреть и рассчитать.

Марина, стоявшая рядом со мной, резко обернулась, гневно сжимая кулаки, и в сердцах воскликнула:

— Неужели ему никто морду не набьёт? Ведь мы и для него в том числе стараемся! Чтобы его же квартиру под бульдозер не пустили!

Дядя Петя открыл было рот, чтобы привычно огрызнуться, но резко осёкся. Поймав на себе сразу несколько обещающих физическую расправу взглядов, он благоразумно заткнулся. Зловредный сосед заложил руки за спину и с преувеличенным интересом пошёл наблюдать за облаками в противоположный конец двора.

Глава 22

Эпилог

Следующие несколько дней пролетели в непривычно спокойном, почти рутинном режиме. Я исправно посещал контору и даже успел успешно и технично завершить пару мелких гражданских споров. Местные законы становились для меня всё более понятным и послушным инструментом. В результате этой работы Ядро Истины в моей груди вышло на новый уровень наполнения — 0,012%. Мелочь, а греет.

Но всё это было лишь фоном. Я ждал сегодняшнего дня — дня общего собрания собственников жилья. Константин Дмитриевич и наш проворовавшийся председатель Юлиан в этот раз подошли к организации процесса со всей звериной серьёзностью. Собрание было назначено на двенадцать часов дня. Время, откровенно говоря, издевательское и максимально неудобное для большинства работающих жильцов. Но с юридической точки зрения придраться было не к чему: закон допускает любое время проведения, главное — строго соблюсти процедуру и сроки предварительного оповещения.

А уведомления на этот раз висели на каждом столбе и дверном косяке. Помимо этого, телефоны жильцов засыпали сообщениями, да и подъезды обойти не забыли с бумажками под подпись. Мои оппоненты извлекли урок из прошлого поражения и решили играть строго по правилам, выверяя каждую запятую, чтобы я не смог снова раскатать их на процессуальных нарушениях.

Моей единственной надеждой оставалось заключение независимой экспертизы. Девушка-эксперт с дронами Кира Викторовна обещала прислать готовый файл мне на телефон ровно к девяти утра.

Правда, если быть до конца честным с самим собой, надежды эти были весьма призрачными. Моя логика и понимание человеческой природы предсказывали неутешительный финал: дом действительно находится в аварийном состоянии. После того как стало ясно, что Юлиан банально украл деньги, выделенные на укрепление фундамента, чудес ждать не приходилось. Здание наверняка разрушается. И если экспертиза Киры это подтвердит, администрация и застройщик получит легальное право пустить нашу пятиэтажку под экскаватор.

Впрочем, предаваться долгим рассуждениям и рефлексии до получения документа на руки не имело смысла. На сегодняшний день я взял у шефа официальный отгул, чтобы полностью посвятить себя битве за дом. Однако планы пришлось скорректировать: около девяти утра мне позвонил Фискин.

— Илья, доброе утро! — произнёс отец Светы, и голос его вибрировал от нетерпения и гордости. — Я всё сделал! Комната готова! Обои новые, кровать с Серёгой собрали, стол поставили, чистота — как в операционной! Вот буквально час назад закончили. Хоть прямо сейчас привозите Свету!

— Доброе утро, Андрей, — ответил я, переваривая услышанную информацию и не зная, что говорить дальше, везти прямо сейчас к нему дочь в мои планы не входило.

— Это папа? — спросила как из-под земли выскочившая Света.

Я кивнул ей, и она аж засветилась от счастья. И я понял, что мучить девчонку дальнейшим ожиданием было бы откровенной жестокостью. Она и так слишком долго ждала того момента, когда снова станет нужна своему отцу. Быстро прикинул: съездить туда-сюда на такси — недолго. Подняться в квартиру, лично проверить жилищные условия, чтобы убедиться, что Фискин не приукрасил действительность, и передать девочку с вещами с рук на руки — дело пяти минут. Я с огромным запасом успевал вернуться в свой двор до начала полуденного собрания.

— Так что, Илья? — спросил тем временем Фискин.

И я принял решение: сегодняшнее утро начнётся с закрытия вопроса по опеке.

— Мы выезжаем прямо сейчас, — ответил я.

Света аж запрыгала от радости и помчалась собирать свои немногочисленные вещи в рюкзак. И через десять минут мы с ней уже выходили из подъезда.

Когда мы сели в такси, и машина тронулась, я достал смартфон и посмотрел на экран. Часы на нём показывали пять минут десятого. Я открыл почтовый клиент, там было пусто. Зашёл в мессенджеры — ни одного нового сообщения от абонента «Кира Экспертиза». А ведь мы договаривались на девять утра. Для документа, от которого зависит судьба целого многоквартирного дома, пять минут задержки — это уже тревожный сигнал.

Поездка до района Фискина заняла около двадцати минут. Когда такси затормозило у знакомого обшарпанного подъезда, я первым делом снова разблокировал телефон и проверил почту. Но новых писем там не было.

— Подожди минутку, Светлана, — попросил я, когда мы вышли из машины и остановились у тротуара.

Я зашёл в записную книжку телефона, нашёл там номер Киры и нажал на иконку вызова. Ничего не произошло, а через несколько секунд равнодушный механический голос оператора сообщил: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

Это было уже совсем плохо. Я быстро набрал текстовое сообщение: «Кира Викторовна, доброе утро. Ожидаю результаты экспертизы. У нас горят сроки». Нажал «Отправить». Рядом с текстом повисла синяя иконка с часиками — сообщение даже не было доставлено абоненту. Телефон эксперта был полностью отключён от сети. И я почувствовал, как внутри меня начинает зарождаться холодный ком нервного напряжения.

— Дядя Илья, что-то случилось? — спросила Света, уловив перемену в моём настроении.

— Возникли непредвиденные накладки, — пояснил я. — Специалист обещала прислать важное заключение по нашему дому ровно к девяти утра. Документа нет, а её телефон отключён.

— Дядя Илья, ну вы чего, не переживайте так, — попыталась успокоить меня девочка. — Ну мало ли, всякое же бывает! Может, телефон разрядился, или она там, где связь не ловит. Или просто проспала.

— В деловом мире «всякое» не является уважительной причиной, — отрезал я, не разделяя её оптимизма. — У нас жёсткая договорённость и финансовые обязательства.