Бешеный. Перезагрузка - Александр Сухов Страница 6

После этого я вцепился в Хагрида.

— Моих родителей убили? Кто убил? За что? Как это произошло? С этими вопросами мне нужно обратиться к Дамблдору? Ладно, потом спрошу. Но ты можешь сказать, что стало с убийцей? Он жив, но очень слабый? Откуда ты это знаешь? С этим вопросом тоже к Даблдору? Ладно, оставим на время эту тему. Родню моей мамы я видел. Но мой отец, он потомственный волшебник? У него есть родственники в магическом мире? И самое главное. Почему они ни разу не навестили меня? И вообще, кто меня отдал на воспитание к этим садистам? Дамблдор? Ах, было неспокойное время, и он хотел меня спрятать и защитить. И для этого он отдал меня в семью садистов? Ну-ну.

Мне очень хотелось сказать:

— Хагрид. Я вырос в семье садистов, и в этом виноват Дамблдор. Уже сейчас я начинаю бояться и тихо ненавидеть этого волшебника.

Но я вновь был вынужден промолчать. Ведь Хагрид считает Дамблдора своим кумиром. Чуть ли не божеством. Мои слова могут настроить Хагрида против меня. Кроме того, Хагрид будет охотнее помогать мне лишь в том случае, если будет считать меня своим другом.

Глава 3

Бар «Дырявый котёл».

Канон рулит и давит на все педали. Всё было как в фильме. В баре было полно народа. Хагрид поздоровался с барменом, Томом, и сболтнул ему о том, что я — Гарри Поттер. В баре наступила тишина, после чего все начали жать мне руку и поздравлять с возвращением в магический мир. Профессор Квиррелл мне руку не пожимал. Но тонко пошутил о том, что раз я смог убить Волан-де-Морта, то мне не больно то и нужно изучать ЗОТИ, который он будет преподавать в этом году.

В Банке Гринготтс гоблин показал мне мой сейф. Кстати, после того как я взял деньги, Хагрид не пытался отобрать у меня мой ключ. Но раз у нас пошла такая гулянка, то я спросил гоблина:

— К кому мне обратиться с вопросом, относительно недвижимости и артефактов, что остались после моих родителей.

— У рода Поттеров есть поверенный в делах. Желаете с ним встретиться? — Спросил меня гоблин.

— Разумеется, — ответил я.

— Я провожу Вас.

Итак, что я могу сказать после встречи с поверенным рода Поттеров, которого звали Крюкохват. Я не являюсь наследником запредельного состояния. Но деньги у меня есть, и их не мало.

Для начала, детский сейф, который я только что посетил. К его содержимому у меня свободный доступ. На то он и детский сейф. Его передача несовершеннолетнему мне, было прописано в договоре между банком Гринготтс и моим отцом.

Кстати. На момент открытия этого сейфа, Джеймс Поттер положил туда семь тысяч галлеонов. Теперь там значительно более внушительная сумма. Ага, прямо целая гора золота. Откуда остальные деньги? От благодарных волшебников. Они не знал, что можно подарить мне на мой день рождения. А потому просто решили, что лучше деньгами. Вот за эти годы и набралось.

Но есть ещё деньги рода Поттеров. Но доступ к этим деньгам и к недвижимости я получу после своего магического совершеннолетия.

Поттер менор — цел и невредим. Но находится на стадии консервации. Почему? Мои дедушка и бабушка умерли там от драконьей оспы. Это произошло, когда мой отец ещё учился в Хогвартсе. Там, конечно, всё обеззаразили. Но Джеймсу было тяжело находится в том доме. Он очень сильно переживал смерть родителей.

Потом Пожиратели Смерти стали весьма виртуозно взламывать защиту подобных зданий…, короче, Джейм решил, что будет лучше закрыть и законсервировать дом. Однако я помню, как Джеймс носил меня в тот дом, что бы познакомить с портретами своих, то есть, теперь уже и моих предков.

Что ещё? Я не являюсь прямым потомком основателей Хогвартса. Но я являюсь пусть и не прямым, но потомком Игнотуса Певерелла.

К вопросу о моих предках. Из поколения в поколение Поттеры старались брать в жёны волшебниц, которые вместе со своей кровью приносили магические дары. Благодаря этому Поттеры были довольно знаменитыми артефакторами. И как я понимаю, благодаря этому Джеймсу Поттеру было очень скучно в Хогвартсе. Ведь ему легко давалась абсолютно любая область магии. Вот он и маялся дурью. А также устраивал розыгрыши, от которых в каноне содрогался весь Хогвартс. Даже близнецы Уизли были кроткими овечками рядом с Мародёрами, где верховодил Джеймс Поттер.

Лили Поттер — Новая кровь. Кстати, со слов поверенного, Джеймс был неплохим зельеваром. Ведь зельеварение, это основа артефакторики. Но вот Лили Поттер владела даром зельеварения чуть ли не божественного уровня. Даже легендарные Принцы на её фоне отошли на второе место. В народе даже начали ходить слухи, что Лили Эванс-Поттер, является чуть ли не потомком Салазара Слизерина. Разумеется, это не так. Мой отец это проверил. Но то, что Лили была самородком, это факт.

А вот и то, ради чего я попросил встречу с поверенным рода Поттеров. Защитные артефакты, которые предназначались наследникам рода Поттеров на тот момент, пока они будут учиться в Хогварсте. Последним их носил Джеймс Поттер. А после его смерти эти защитные артефакты положили в хранилище банка Гринготтс. И что важно, мой поверенный имеет к ним доступ, с правом передать их следующему наследнику.

— Желаете получить защитные артефакты наследника? — Спросил меня гоблин.

— Желаю, — ответил я.

Спустя время я надел кольцо наследника рода Поттеров и идущий к нему в паре браслет. С их помощью можно будет определить наличия яда или иного зелья, которого не должно быть в еде или напитке.

В комплекте к ним шли серьги. Ага, целых две штуки. Нет, я не имею ничего против трансвеститов. Это их дело, что носить. Главное, чтобы они ко мне не лезли с требованием надеть платье. Но носить серьги вот так вот, пусть и ради защиты своего разума, это как-то уже слишком. Об этом и я сказал своему поверенному.

Как оказалось, Поттеры думали так же. А потому, после того, как я надел все эти «украшения», (кстати, уши пришлось поколоть, в чём мне любезно помог гоблин), серьги и браслет, после активации, словно растворились. И что интересно, я их ощущаю, но они невидимы. О-о-оче-е-ень интересно.

Наконец, я задал свой главный вопрос:

— Мои родители оставили завещание?

— Да. Желаете ознакомиться?

— Да.

— Минуту.

Итак, читаю. И что же я вижу? В завещании сказано, что в случае смерти Джеймса Поттера и Лили Поттер, право опекуна должно принадлежать Сириусу Блэку. В случае его смерти, следующий на