7 крестражей Маши Вороновой. Часть 1 - Галина Мерзлякова Страница 6

Мы оставим в стороне вопрос, что тогда он забыл в нашей скромной секте на должности заведующего складом, приняв во внимание только то, в какой трепет повергает старших учеников необходимость что-то у него получить. Именно поэтому, создав в голове портрет эпического героя, я была несколько удивлена и разочарована, увидев у стойки, где выдавались вещи, худенькую сморщенную старушку. Это уже само по себе вызывало удивление, ведь вступившие на путь культивации небесного Дао в надежде обрести бессмертие и вознестись даже на самом низком уровне развития в своих преклонных годах так не выглядели. Возможно, здесь имело место какое-то проклятье, откат от какой-то сложной техники или даже последствия долгих пыток в тёмной цитадели.

Я поджала губы и с некоторым удивлением посмотрела на Сой Фанг, которая показывала мне на эту старушку из-за угла, словно привела меня посмотреть на опасного зверя.

— Вот ты сейчас серьёзно? — удивилась я. — У неё развитие даже ниже моего. Тебе хватило смелости сразиться с одним из самых сильных демонических практиков, и ты не можешь потребовать необходимое у пожилой женщины?

— Не смей нас осуждать, — возмутилась Сой Фанг. — Она страшная, мерзкая, упрямая, и как практик правильного пути, я не могу просто прибить эту старушенцию. Ну так что, ты можешь что-нибудь сделать или тебе тоже придётся смиренно выпрашивать требуемое и получить в лучшем случае половину?

И надо признать, последняя её фраза меня задела. Я даже мысли не допускала о том, что мне придётся смиренно что-то выпрашивать. В конце концов, я не только старшая ученица, но я и дочь семьи Бай. Старшая дочь. Однако я не смела недооценивать даже такого противника. В конце концов, раз перед этой старушенцией смиренно склонялись и практики с более высоким уровнем развития, то она явно не так проста, поэтому к сражению стоит подготовиться заранее. Я вызвала водяное зеркало и внимательно осмотрела себя. Нет, подобные «доспехи» мне не подойдут, слишком скромно.

— Возвращаемся, — распорядилась я.

— Благородная госпожа Бай даже не попытается? — усмехнулась Сой Фанг.

— Мне жаль разочаровывать дочь славного клана Сой, но старшей дочери клана Бай необходимы некоторые приготовления.

***

— Госпожа, вам же обычно не нравятся эти украшения, вы говорили, что они выглядят вычурно и слишком помпезно, — заинтересовалась Чуань-Чуань.

Действительно, набор брошей для волос — баодянь, — подаренные мне на церемонии шпильки одной из троюродных тёток,— в виде журавлей, танцующих в воздухе, и прилагающиеся к ним подвески буяо я носила крайне редко. Точнее, я примерила набор один раз, оценила его вес, удобство, и решила, что он будет на складе до того момента, как я смогу передарить этот очень красивый и очень дорогой набор какой-нибудь своей внучке или правнучке. Несмотря на то, что я любила и носила дорогие украшения, которых в моей коллекции было немало, конкретно этот превосходил по стоимости и филигранности исполнения буквально всё. И да, его я тоже любила. Точнее, я любила на него смотреть, носить же я его не собиралась. Когда я примерила его в первый раз, у меня от тяжести сразу начала болеть голова, а о поворотах, наклонах или каких-либо резких движениях с такими украшениями на голове можно было просто забыть. Этот баодань был набором представительским и церемониальным, совершенно неподходящим для повседневной носки. И завтра я собиралась его надеть. Разумеется, ему требовалось подходящее платье, прическа и макияж. Баодань - эта та вещь, которая прекрасна сама по себе, но тем не менее требует соответствующей оправы.

—Вычурно и помпезно - это то, что мне сейчас нужно,— откликнулась я.— для всего есть место и время, и для этих украшений тоже. Помоги мне собраться.— приказала я, усаживаясь на пуфик и пытаясь погрузиться в состояние медитации. С этого пуфика я не встану еще очень долго. А Чуань-Чуань уже несла гребни и накладные пряди - некоторые причёски без этого не сделать.

***

— Ты в этом ходить сможешь? — поинтересовалась Сой Фанг, уже в третий раз обходя меня по кругу. Чуань-Чуань расстаралась, и я вполне могла отправиться на приём к императору, не уронив чести семьи Бай.

— С определённым трудом, — пришлось признать мне. В конце концов, церемониальные платья не предназначены для того, чтобы ходить много. — Поэтому, думаю, мы отправимся на журавлях.

Сой Фанг посмотрела на меня с некоторым неодобрением.

— На мече же быстрее, — попробовала возразить она. На что я лишь осторожно пожала плечами, опасаясь помять платье.

— Ну, во-первых, мое развитие еще не позволяет мне летать на мечах, во-вторых, у меня нет духовного меча. В-третьих, летать на мече в придворном наряде просто глупо. Если всё растреплется, кто будет приводить в порядок прическу и ханьфу? Ты?

Сой Фанг с ужасом покачала головой и быстро добавила, опасаясь, что я передумаю:

— Преклоняюсь перед мудростью дочери Бай. Журавли — лучший способ передвижения.

Я милостиво кивнула, смиренно принимая похвалу старшей учительницы Сой, сделав вид, что не вижу, как она закатывает глаза, разумеется, в немом экстазе от восхищения моей мудростью, светочем которой ей придется быть сегодня еще не раз.

Большинство практиков Бай Хэ предпочитали перемещаться либо на мечах, либо на своих двоих, так что пернатые перевозчики всегда были свободны, и долго ждать не пришлось. Пока Сой Фанг помогала мне подняться на спину журавля, она не переставала что-то бурчать себе под нос и наконец, не выдержав, спросила:

— Ну и для чего всё это? И так вся секта знает, кто ты, и как велика твоя любовь к драгоценным одеждам.

— Дело не в секте, точнее, не в одеждах, — отмахнулась я. — Потом всё объясню, тебе же предстоит только смиренно следовать за мной и подыгрывать, где надо.

Сой Фанг снова закатила глаза (вот не понимаю, у кого она подцепила эту отвратительную привычку, недостойную дочери благородного клана), и замолчала, позволяя мне насладиться моментом полета, который я любила. Тишина, которую создает барьер, не позволяющий ветру снести тебя. Огромное лоскутное полотно внизу — начатая Гуаньинь вышивка, от которой богиня отвлеклась, но созданное ее милосердными руками уже обрело свою жизнь, и возможно, когда вышивальщица снова вернется к своей работе, она будет удивлена изменениями на полотне. Дед говорил, что с высоты не видно малое, всё сливается и делается однородным, пестрым и ярким, поэтому необходимо спускаться с небес, чтобы в большом рассмотреть малое.

Следуя моему приказу, журавль приземлился в