Портфель точка нет - Владимир Сербский Страница 52

Глава 46

Эпизод 46.1

Кафе и кофе.

Придорожное кафе выглядело пустынно. Одинокая девчонка с обкусанным помидором в руке налегала на люля-кебаб, густо посыпанный зеленью. Работала увлеченно и, похоже, не первую порцию. Верную она выбрала позицию — спиной к стене, в тени, но неподалеку от яркого пятна выхода. Учили её, что ли? Ожидая подвоха со стороны возможных преследователей, в незнакомом месте Степан обязательно сел бы точно так же. В подтверждение его мыслей Саша метнула невозмутимый скользящий взгляд, слева направо. Трапеза трапезой, а ситуацию контролировала четко.

К окошку выдачи жался представитель заведения. Небритый мужичок в замызганном переднике, когда-то белом, явно стремился сделаться меньше. А у дальнего столика живописно валялись четыре бородатых тела.

— Твоя работа, самурай? Что на этот раз? — тихо поинтересовался Степан, двигая к себе горячий и румяный хачапури. Не дождавшись ответа, повысил голос: — Вот только скандала мне не хватало.

— Ах, виновата, извините! Не сдержалась, — без тени сожаления отмахнулась девчонка, и взялась за шашлык. — Они меж собой косточки мне перемывали. Хм… нецензурно. Потом к себе за стол позвали, с жестами и ухмылками. А я понимаю восточные речи, вот незадача! Ну и подошла… С сообщением, что сегодня сосать они будут друг у друга. Обиделись, козлики.

— Скоро тобой будут пугать маленьких детей, — Степан сдерживался с трудом. — А ежели набегут братья этих абреков?

Повар-официант вздрогнул и тихо заскользил по стеночке на выход.

— Уважаемый, сколько с нас? — Степан достал бумажник.

— Не нада платить, — замахал руками представитель общепита. — Нада валить!

— Логично, — Степан завернул лепешку в салфетку. — Валим. Хозяин, деньги на столе. Ниндзя, пошли.

Он потянул девчонку за руку. Повар, оказавшийся у дверей, оглянулся испуганно, и с тихим возгласом «шайтан!» шустро мандранул за угол. Добрый кусок мяса Саша не забыла. Пронзив кинжалом, доедала на ходу.

— Зато теперь у меня есть ножик, — она покрутила грозным тесаком. — Оружие, добытое в бою, считается законным трофеем!

— Спрячь, — прошипел Беседин, протискиваясь сквозь плотную базарную толпу. — Вражеское оружие подлежит сдаче в трофейную команду! Понятно излагаю? Дай сюда. Вот свалилось камикадзе на мою голову! Хорошо хоть машину вдалеке оставил. Дай бог, пронесет.

С места он рванул в карьер, с прокруткой и пылью за кормой. Совершенно не заботясь о гаишных засадах, Беседин вызывающе лихачил минут десять. Девчонка же, выбрав под настроение группу «Шивари», молчала. Сначала она тщательно почистила кинжал, потом оттерла руки, изведя упаковку влажных салфеток. В конце концов, подпевая Амброзии Парсли, приступила к отложенному десерту — двумя пальчиками принялась методично таскать ежевику из литрового пластикового стакана. Каждую ягоду она осматривала, кивала и щурилась довольной кошкой.

— Вроде как чисто, — пробормотал Степан, поглядывая в зеркало. — Оторвались, слава богу.

— А за ним комарики на воздушном шарике, — хмыкнула девчонка.

— Чего?

— Да никто за нами и не гнался, — сообщила она невозмутимо. — Мог бы сразу спросить. Опасность — на уровне фона.

— Ага. Плохо ты знаешь базарную мафию, — Степан ударил по рулю. — Они все купили, начиная с местных ментов. Если номера кто-то запомнил, то на следующем посту нас уже ждут! А номера у Светки модные, сплошные нули и буквы «А».

— Успокойся, никто никуда не гонится и никто тебя не ждет! Понятно излагаю?

— Хм… — засомневался Беседин.

Саша решила пояснить.

— Прикинь: гордые кавказские мужчины кинулись искать женщину, которая их поколотила? Не смешите меня, это же позор! Кинжал отняли? Еще больший позор! Будут они сидеть тихо, аки мышки. Главное теперь — самой на глаза им не попасться в узком переулке. Кстати, не лети так. Дай ежевику спокойно покушать.

— Спокойно? — поразился Беседин. — Вырубила четырех мужиков — и спокойно закусываешь?

— Начальник, горцы не склонны к абстрактному мышлению. Проблемы у них с причинно-следственными цепочками. Уговаривать таких — только распалять. Мягкость они воспринимают как слабость.

— А ежели там помер кто? — вкрадчиво поинтересовался он.

— Кисмет, однако.

— Чего? — Степан поднял бровь.

— Если вдруг помер кто — значит, судьба, — сухо пояснила Саша. — Я-то здесь при чем?

Беседин аж задохнулся от возмущения:

— Ну конечно, она ни при чем! Ворвалась в чужой мир, накуролесила, и свалила потом за бугор! А мне здесь жить, между прочим.

— Так, давайте разберемся, — Саша высокомерно пождала губы. — Пока кавалер слонялся по базару, его девушка защищала свою честь. И защитила… Как смогла.

— А полегче как-нибудь нельзя было?

— Эй, ты видишь у меня нимб над головой? Белые крылья за спиной замечаешь? Нет. Еще вопросы?

Не найдя слов, Степан в негодовании принялся закуривать — с похлопыванием по карманам, щелканьем зажигалкой, и прочими атрибутами самоуспокоения. Очередной вопрос все-таки нашелся:

— А когда это ты стала моей девушкой?

Эмоции переполняли. Беседин прижался к обочине, чтобы покурить на воздухе. Еще вчера его попросили в машине не дымить. Девчонка вышла следом.

— А как егерю меня представишь? Ведь так и скажешь: «это моя девушка, мы будем жить в гостевом домике». А вместе жить придется. И изображать сладкую парочку… Но только изображать, понял?

Справка. Поедание ягод способствует оздоровлению клеток мозга. Ученые из университета Tufts University выяснили, что употребление черники, ежевики, земляники и других ягод благотворно влияет на работу головного мозга, а также предотвращает болезни, связанные с потерей памяти.

* * *

— База, Зимина дайте.

— Переключаю.

— Илья Сергеич, это Николай Бойко. Докладываю: похоже, туристы прибыли на место. Как и предполагалось, охотничья заимка. Нагнали мы «Хонду» у придорожного базара, он там овощами тарился. Сейчас объект в избушку вещи таскает, а егерь мангал запалил. Шашлыки будут кушать, изверги…

Справка. Арабы верят в судьбу. Слово «кисмет», означающее провидение и предопределенность, стало частью лексикона народов Востока. Русские же, думая о непреложности судьбы, говорят «на роду написано».

Глава 47

Эпизод 47.1

Любое путешествие когда-нибудь кончается.

Гостевой домик изысками не удивил. Состоял он из стандартно обставленной комнатушки и веранды, приспособленной под кухню. К наружной стенке апартаментов прилепился летний душ. Удобства располагались в кустах за домиком. Только вместо традиционных «МЖ» на дверях монументального сооружения красовалась табличка «круглосуточно», явно украденная из деревенского супермаркета. От руки кто-то приписал снизу корявым почерком: «здесь повезет».

Пока Степан складывал в угол сумки с баулами, апартаменты приватизировала девчонка.

— Если меня окружает роскошь, надо пользоваться, — сообщила она, с ходу плюхнувшись на сдвинутые кровати. — Это будет женская половина.

— Эй, что за дискриминация? — возмутился Беседин. — А я?

— Ты прекрасно на веранде поспишь.

Ярким предметом роскоши, пультом от сплит-системы, Саша указала Степану его место.

— Возражаю, — решительно закрыв