Дар Смерти (СИ) - Любушкин Алексей Страница 52

— Где же помощь Холмского? — спросил Андрей брата.

Виктор хмуро сдвинул брови и крепче сжал саблю, умывшись кровью и потеряв нескольких владеющих, враги скоро пойдут на новый приступ. Холмский за это время успел стать другом, и Виктор верил, он не обманет.

— Обещал, что помощь скоро придет…

Андрей, прислонившись к стене, пытался восстановить энергию и немного отдохнуть. Запас камней Силы, хранимый родом на время боевых действий, подходил к концу, как и готовых к бою воинов дружины. Огромное количество раненых и убитых дружинников заполонили весь двор. Такие потери род не восстановит уже никогда. Выжить бы.

— Сергей, ты вот этого хотел? — с заплаканными глазами спрашивала Анна Сергеевна.

— Быстро иди в дом! Мы еще поборемся, обломают враги зубы о Бороздиных, — ответил глава рода, сжимая кулаки.

Враг, наконец, смог перегруппироваться и прийти в себя от понесенных потерь. Крики командиров отправили вражеских бойцов на очередной штурм поместья. Скоро заговорят пули и ярость стихий. Среди безумия битвы и летающих в разные стороны ударов Силы, не сразу были замечены два новых лица.

Вмешавшись в бой, владеющие сходу начали применять массовые удары против дружин дворянских родов. Волны огня, расширяясь, неслись вперед, сжигая все на своем пути. Обычные бойцы оседали на землю горстками пепла, ратники и гридни кричали от боли ожогов, ведари удивлялись слетевшим щитам, а вражеские кудесники повернули головы к новой угрозе. Так о себе заявили двое кудесников со стихией Огня.

Бороздины, получив долгожданную помощь, с новыми силами ударили по противнику. Вспышки непрекращающихся ударов оставили на поле боя одних только кудесников, все остальные поспешили покинуть сражение могущественных владеющих.

В ближнем бою вражеские кудесники, оставшись в меньшинстве, с трудом сдерживали натиск противника, падая разрубленными телами на землю. Последний побежал, но Андрей смог догнать убегающего и срубил его голову. Крики радости отчаявшихся людей, которым в последний момент подарили надежду, разносилась по округе.

Два неожиданных помощника были похожи друг на друга, как два брата близнеца. Один седой со шрамом через все лицо, а другой лысый с заметной военной выправкой и наглой ухмылкой.

— Привет вам от боярича Холмского. Ладно, пошли мы, — сказал седой.

Немногословные кудесники без лишних слов сели в машину и покинули поле битвы.

— Это кто такие? — удивленно спросил Андрей.

— Без понятия, главное Холмский держит свое слово, значит, и мы сдержим. Давайте, Андрей, Виктор, берите дружинников, кто меньше всего пострадал, и идите на помощь бояричу, — приказал глава рода сыну и повернулся к жене. — А ты лучше с дочерью поговори, вроде бы ей понравился Кирилл. В наше время редко встретишь тех, кто всегда держит свое слово.

Бороздин, как никто другой понимал, найти в Твери двух свободных кудесников на грани возможного, и теперь помочь необходимо самому бояричу. А его личных сил хватит уничтожить незваных гостей рангом пониже и защитить развалины родного дома.

Глава 27

Дворянская война пришла в Тверь, и некому было одернуть владеющих. Старые конфликты вспыхнули вновь. Соседи, копившие злобу годами, получили прекрасный повод выместить ее друг на друга. Под эту войну можно было списать многое и занять пару объектов конкурентов.

Горели дома, магазины, бары и поместья дворян, и, как нередко бывает, под удары владеющих и пули дружин попадали простые люди. Полиция с жандармами пытались остудить горячие головы дворян или оцепить районы столкновений, чтобы не допустить больших потерь среди гражданского населения, но выходило у слуг императора не очень хорошо.

Клан Кашинских ранее мог одним словом остановить резню, но, лишившись сильнейших дружинников, главенствующий род стал равным по мощи другим родам в клане. Единственное, что могло объединить дворян и удержать вдову главы клана у власти — это ненависть ко мне.

Квартал боярского рода Холмских горел островами машин и боевой техники. Трупы вражеских дружинников и казаков щедро лежали на земле. Громкие выстрелы пулеметов, удары стихий и грохот столкновения воинов в доспехах разносились по всей округе. Единственное радует, что недвижимость рядом с кварталом точно подешевеет на фоне бесконечных нападений.

Мои воины держали оборону и даже иногда контратаковали противника. Вдалеке виднелся алый доспех Деда и немногочисленные дружинники, облаченные в новые покупки Воронова. Дружинники прикрывали Кобылина и Татьяну, отправляющих во врагов стихийные удары, и спину Борисова, ловко разящего саблей врагов.

Боярские дети с опасением смотрели на все новые машины постоянно прибывающих врагов и вздыхали над моим новым пополнением. Девять ратников из полного бара людей это все, кто согласился присоединиться к моей дружине в тяжелое время. По делам будет и награда, если выживут.

Облизнувшись, Гром вылез из машины и оскалил клыки в сторону врагов. Вот ненасытное существо, постоянно жаждет энергии.

Восполнив энергию из камня Силы, раздал еще пару камней боярским детям, а все остальное выложил рядом с Громом. Чего теперь хранить…

Пес посмотрел на меня полными счастья глазами, но не трогал камни без разрешения.

— Ешь!

Рычание и хруст камней Силы болью раздавались в моих ушах.

— Иван, Михаил, готовы? Шансов выжить не так много.

— Мертвые сраму не имут, боярич, — резко произнес Иван.

— И все же шансы есть? — с улыбкой спросил Михаил.

К кварталу подъезжали все новые машины дворян, успевших вкусить крови и набрать достойных трофеев. Врагов становилось все больше, надо начинать уменьшать количество противников. Наконец, несколько владеющих отделились от основной группы атакующих. Пора!

— Конечно, Михаил! Сейчас мы покажем врагам, как воюет боярский род Холмских, вперед!

Заряженный под завязку стихией Земли пес прыгнул в самую гущу сражения. Главное, чтобы выжил, я успел уже привыкнуть к его наглой морде.

Удар по земле с руной усиления создал неслабое землетрясение, ломая асфальт и опрокидывая на землю врагов. Иван с Михаилом резко сорвались с места, чтобы успеть добить опрокинутых на землю врагов. Замелькали сабли, разрубая не успевших прийти в себя владеющих. Каменные колья добавили радости врагу и создали новые скульптуры рядом с моим кварталом.

Под вой раненых, насаженных на колья, к нам приблизились новая группа противников. Какие люди… сама Кашинская пожаловала со своим отпрыском. Да еще и в окружении свиты.

— Тебе конец, Холмский, я уничтожу тебя и все, что тебе дорого! — скривила прекрасное лицо Кашинская.

Сейчас спустим с небес на землю «королеву» города.

— Хлопов успел рассказать много интересного прежде, чем покинул этот мир. Какой, оказывается, затейник твой сыночек… столь презренного существа я прежде никогда не видел. Да и вы, Диана Григорьевна, умеете удивлять, зачать ребенка не от мужа и скрывать целых двадцать лет. Для этого надо иметь особый талант к лицедейству!

— Аарр! Убейте его, уничтожьте этого щенка, — кричала женщина.

Град камней срубил щиты и покалечил дружинников Кашинских. Нападать ратниками и гриднями на кудесника форменное самоубийство. Кудесник свиты вдовы был занят Громом и боярскими детьми, которые успешно действовали вместе. В последний момент охрана Кашинских успела закрыть щитами вдову, а вот сын остался не у дел.

Наркоман смотрел на меня испуганными глазами, лежа на земле, пора тебе покинуть этот мир. Марать саблю Холмских таким ничтожеством не стоит, купленный на рынке нож снова пойдет в дело.

— Лебедев, где ты?! Убейте это отродье, — истерично кричала женщина.

Рухнули планы Кашинской на власть в клане. Теперь она никто. Но своим поступком я серьезно испортил настроение дворянам клана. Длинная молния прошила мой щит и впилась в ногу.

Адская боль по всему телу, стихия Земли, как могла, боролась с повреждением, нанесенным молнией, подстегивая регенерацию организма. Враги приближались все ближе, а все мои воины сражаются с превосходящими силами противника.