Бастард Императора. Том 31 - Андрей Юрьевич Орлов Страница 5

Девушка продолжила:

— Признаться, это подкупает… И раз ты честен со мной, я тоже отвечу прямо: ты мне нравишься. Поняла я это, когда особенно часто вспоминала о тебе в короткие минуты передышки между делами. И уже тогда понимала, что испытываю нечто большее, чем обычное уважение или политический интерес, — призналась она. — Но… Сейчас я сама не до конца уверена в собственных чувствах… Возможно, я просто хочу наконец обрести простое женское счастье, возможно…

Анастасия недоговорила и медленно выдохнула, но затем вновь заговорила:

— Зато в другом я уверена совершенно точно. Хоть я действительно не планировала устраивать наш брак специально — угроза существовала не только для твоего Рода, но и для всей Империи, решение пришлось принимать быстро, и другого надёжного варианта я тогда не видела, — я постараюсь стать твоей женой. Настоящей, а не только записанной в документах, — сказала она твёрдо, не отводя взгляда. — По крайней мере в политическом плане.

Мы немного помолчали, и она вновь продолжила:

— Не знаю, как это назвать. Обстоятельствами, необходимостью или судьбой, но раз теперь мы в любом случае обручены, даже без твоего желания, я хочу стать для тебя хорошей женой и буду к этому стремиться. При этом не стану навязываться, требовать внимания или отвлекать тебя своими желаниями. Просто продолжу выполнять обязанности, помогать тебе и узнавать тебя ближе, — продолжила она, обозначая собственную позицию. Анастасия посмотрела в окно. — А дальше… Дальше будет видно. Возможно, когда-нибудь… У меня и будет шанс стать счастливой. А сейчас нам в любом случае нужно сосредоточиться на Тане. Пока мы не спасём мою сестру, я в любом случае не смогу ни о чём другом думать.

Признаться, не к этому я хотел подвести разговор, но… То, что сейчас есть, лучше, чем могло бы быть. Помнится, одна особа пообещала мне, что однажды обязательно станет моей женой… Правда, там была другая ситуация. Ну да ладно. Пока худой мир лучше войны.

А там, действительно, видно будет.

— Рад, что мы поняли друг друга, — сказал я. — Не стану отвлекать тебя от чтения.

Поднявшись из кресла, направился к двери. Когда закрывал за собой дверь, увидел, что девушка всё так же смотрит в окно.

Выйдя в коридор и закрыв дверь, я несколько секунд постоял, а затем отправился к себе.

Анастасию я точно не обидел окончательно, однако разговор всё равно наверняка оставил неприятный след. Да чего греха таить — даже для меня он неприятен. Я не хочу делать ей больно.

Впрочем, делать вид и обещать чувства, которых пока нет, оказалось бы гораздо хуже, чем честно обозначить границы.

Вот никогда не думал в своей прошлой жизни, что проблемы с женской половиной для меня станут такими серьёзными. В то время как-то всё проще было, что ли…

Убивал тварей, спасал миры, исследовал планеты, а теперь…

Не выдержав, вновь вздохнул.

По удивительному совпадению навстречу шли те же два офицера.

Услышав мой вздох, оба синхронно остановились, вытянулись и посмотрели строго перед собой, но при этом у одного из них выпал планшет.

Я остановился, поднял его, аккуратно вложил в руку уронившему и пошёл дальше.

Пока шёл, мысли постепенно переключились на дочь.

Вот Вика однозначно на меня обиделась.

Перед нашим вылетом она всеми силами пыталась добиться разрешения отправиться вместе с нами. Просила, спорила и даже угрожала, что обидится.

После моего объяснения опасности и задач дочь неожиданно успокоилась. Стала послушной, перестала спорить и просто проводила меня до трапа, но держалась чуть в стороне.

И именно это мне не понравилось… Так что теперь ещё и думать, как примириться с ней. А я ведь даже ничего не купил в бывшей Китайской империи как презент.

* * *

Несколько часов ранее:

Леонид, который ранее был принцем своей страны, затем стал предателем, а ныне являлся наместником новых земель, поцеловал сына в лоб, улыбнулся и поднялся с колен, встретившись со взглядом своей жены, которая тоже улыбалась.

— Ты прямо весь светишься, — заметила она.

— А как иначе, — улыбнулся Леонид, — я ведь наконец отправляюсь на родину… Пусть и ненадолго.

Девушка покачала головой и, приблизившись, поцеловала его.

— Я не тороплю тебя, поэтому не спеши сильно. Император всё равно оставил с нами свою охрану, так что, думаю, в обиду нас никто не даст…

Леонид помотал головой.

— Я быстро. А когда мы со всем закончим… Я хочу, чтобы мы обязательно полетели туда втроём. Что скажешь?

— Конечно, дорогой.

* * *

Также несколько часов ранее:

Аяна сидела на подушке перед низким столом, сохраняя прямую осанку и спокойное выражение лица, складывая ладони на коленях.

С других сторон двух столов, стоявших практически впритык и образовывавших условную букву «П», располагались главы крупнейших японских Родов, которые в данный момент спорили.

Девушка же посмотрела на стол перед собой.

В Японии существует и обычный тронный зал, предназначенный для официальных приёмов, иностранных делегаций и крупных церемоний. Однако императорские советы и закрытые собрания по-прежнему проводят здесь, отдавая дань старым традициям.

Да. Традициям…

— Императрица, поймите нас правильно, — продолжал один из глав Родов. — Япония всегда оставалась независимой страной! Мы отвоевали эту независимость. В прошлые века на нас оказывали давление, пытались подчинить и захватить, однако страна выстояла и продолжает существовать до сих пор!

Мужчина положил ладонь на стол, словно закрепляя сказанное.

— А теперь выходит, что мы станем младшими партнёрами Российской Империи, хотя раньше находились с ней на равных?

Последние слова он произнёс с плохо скрываемым презрением, которое даже не попытался спрятать.

Аяна ничего не ответила, сохраняя спокойствие.

Гул голосов продолжал нарастать.

Каждый глава Рода считал необходимым высказать мнение по поводу её предложения. Одни говорили о потере суверенитета, другие — о древних законах, третьи — о чести предков и невозможности склониться перед иностранным престолом, выдвигая длинные перечни доводов.

Они не слышат её… Слышат только себя… И всё из-за традиций.

Сама Аяна тоже считала важным сохранять собственную культуру, отвечать за судьбу страны и самостоятельно принимать решения, не перекладывая их на чужие плечи.

Однако девушка понимала и другое.

Власть над собственной жизнью не исчезает после объединения с кем-то. Напротив, союз способен дать возможности, которых отдельное государство никогда не получит, расширяя