7 крестражей Маши Вороновой. Часть 1 - Галина Мерзлякова Страница 48

— Сестрица, ты не можешь игнорировать людей, это недостойно.

— Бай Лилу, как ты можешь…

Точно, нам нужен звукоизолирующий барьер, всё равно от них пользы никакой, так хоть отвлекать не будут. Заодно еще и щиты поставлю, а то вдруг у них настроение не настолько хорошее, как у меня и свою точку зрения до меня попытаются донести силой.

…— Это точно сработает? — молодой мастер Ли Хой подозрительно смотрел на врученный ему талисман.

— Без понятия, — призналась Юэ, — но кто-то же должен это выяснить.

— А почему я? — вполне обоснованно возмутился молодой мастер.

— Потому что у вас богатый опыт в падении, — отмахнулась я и привычно проигнорировала прожигающий взгляд, направленный на меня. Что поделать, без подпитки ци такое не работает.

— Ваш амулет не работает! — Молодой мастер Ли с трудом поднялся с земли и швырнул в нас с Юэ обгоревшую бумажку.

— Мы уже в курсе, — утешила я его. — Будем дорабатывать.

На самом деле амулет сработал, просто не совсем так, как бы нам хотелось. Вместо легкого падения перышком он это самое падение ускорил. Интересно, какая часть привела к такому результату?

— Даже не думайте, что я буду проверять на себе ваши поделки!..

Дальнейшее шипение потонуло в тишине звукоизолирующего барьера.

— Да почему я-то? — неподдельно возмутился молодой мастер Ли, отказываясь забирать у меня из рук очередной талисман.

— Тебя не жалко, — вмешался старший мастер Ли и, выхватив талисман у меня из рук, вручил мастеру Ли Хою. Под суровым взглядом старшего брата младший, разумеется, ничего не сказал, только тяжело вздохнул и что-то прошептал одними губами — то ли проклятия на наши головы, то ли молитву всем богам о благополучном приземлении, но послушно полетел вверх.

Я же перевела взгляд на Ли Гуанчжуна, который, не отрывая взгляда, следил за младшим братом.

Думаю, он очень надеялся, что мы все-таки угробим его драгоценного брата своими экспериментами, а потом под это дело еще можно будет с сект Бай и Хэй стрясти какую-нибудь компенсацию. Все-таки пусть и приемный, но сын главы, гений из гениев, талант, рожденный раз в сто лет. Впрочем, невысказанным желаниям мастера Ли Гуаньчжуна не суждено было сбыться. Этот талисман сработал. Само заклинание звучало довольно поэтично: «Легкий, как перышко, ветер шепчет тайны ночи — тишина безмолвна» и практически идеально подходило под нашу задачу — падать легко, как перышко, тихо и безмолвно. Проблема была только в том, как уместить девятнадцать иероглифов на бумаге для талисмана. Да и написать это одним движением кисти оказалось той еще задачей. Запястья болели и ныли, а осознание того, что таких талисманов надо нарисовать как минимум десять, вгоняло меня в тоску. Туда же меня вгоняло осознание того, что бумага для талисманов и киноварная тушь неожиданно начинают заканчиваться. Ну не рассчитывала я на то, что в походе придется столько рисовать. С учетом стоимости моих материалов талисманы должны были продаваться на закрытых аукционах с минимальной стартовой ценой не менее сотни духовных камней.

Потратив время на инструктаж и совещание, мы наконец начали подниматься по лестнице. Первый шаг на полупрозрачную и, казалось, движущуюся под потоками ветра ступеньку дался мне нелегко. Даже после того как по ней прошло десять человек, мне понадобилось несколько мгновений, чтобы убедить себя в том, что эта ступенька выдержит меня так же, как выдержала других.

Липкий страх, медленно расползающийся по сердцу, парализовывал, и сопротивляться ему, делая шаг за шагом по ненадежным узким ступенькам, было сложно. Перед глазами то и дело появлялись мелкие черные точки, постоянно мельтешащие, не дающие сделать шаг. Тело медленно наливалось свинцом, становясь одновременно тяжелым, неподъёмным и неповоротливым, словно огромная пуховая перина. Очень хотелось повернуть назад. Но стоило мне обернуться и увидеть полупрозрачные ступеньки, спиралью уносящиеся к земле, как голова закружилась, и меня затошнило. Я покачнулась, и в голове забилась паническая мысль: «Всё пропало. Ты умрешь, разбившись о землю». Я с трудом закрыла глаза и медленно задышала, медленно и четко проговаривая слова из сутры сердца:

— Форма есть пустота, пустота есть форма. Пустота — не отдельно от формы, форма — не отдельно от пустоты. То же самое относится ко всем другим элементам бытия. Нет ни возникновения, ни прекращения, ни загрязнения, ни очищения, ни увеличения, ни уменьшения. Таким образом, нет ничего абсолютного. Нет сознания, ума, восприятия, чувства, волевого импульса, памяти, сознания и прочего. Поэтому там нет страха, потому что преодолены иллюзии относительно жизни и смерти. Есть лишь достижение Нирваны.

Я повторяла и повторяла про себя давно ставшие привычными слова, и они потихоньку разгоняли окутавший меня страх, как я теперь понимала, принесенный извне. Кто-то очень не хотел, чтобы мы поднялись по этой лестнице. Когда мой разум полностью очистился, я поняла, что помимо страха с каждым шагом вверх тяжесть, которой наливалось мое тело, становилась всё больше и больше. Каждый шаг давался с огромным трудом. Приходилось останавливаться, отдыхать и медленно идти дальше. У меня не было сил заботиться о ком-то другом, впрочем, как я понимала, у других было то же состояние. По лицу Сой Фанг градом катился пот, и, как мне казалось со стороны, тяжесть, которая давила на нее, была гораздо сильнее, чем та, что давила на меня. Возможно ли, что сила, которую нам приходится преодолевать, зависит от нашего уровня развития? Скорее всего, это так.

В какой-то момент поднятие по лестнице превратилось во что-то монотонное и бесконечное. Редкие мгновения отдыха, которые можно было себе позволить, открывали чудесный вид на лес и поляну, на бесконечные предгорья вдали, мимо проплывающие облака можно было потрогать руками и ощутить на коже легкую влажность. Страх отступал, и вместе с ним отступала осторожность, уступая место легкой надменности. Даже ступеньки, которые еще недавно внушали опасения, казались надежными и устойчивыми. Они так и манили: «Поверь нам, разнообразь свою рутину, иди чуть побыстрее или попробуй переступить через одну, или, может, ты хочешь перепрыгнуть, как в детстве, когда строгие воспитатели и нянечки не видят? Разве нельзя позволить себе маленькую шалость? Мы ведь такие надежные и устойчивые, мы вознесли тебя на небо, к облакам, куда обычно не поднимешься без меча».

В какой-то момент раздался вскрик, и я повернула голову, чтобы уловить вспышку света, подсказавшую мне, что талисман все-таки сработал как надо. Вот только таких талисманов я нарисовала не так уж