Кроу неуловимый - Артем Каменистый Страница 42

Вернувшись в реальность, указал вперёд:

— Там в часе езды поворот направо. Камай, проследи за разведкой, пусть хорошенько его осмотрят. Если у перекрёстка никого нет, свернём.

— В сторону тракта? — осторожно уточнила Кими. — Я полагаю, там точно пусто не будет.

— Согласен, там у них вечный аншлаг, — признал я. — Но зато наше появление в тех краях они вряд ли ждут. Вон как бодро начали предгорья перекрывать, полагают, что мы так и будем до самого конца под хребтом пробираться. Покажем себя в другой стороне, пусть удивляются и пусть заново думают, что с нами делать.

— А на какое расстояние твоя зелёная плита сможет нас перенести?

— Рано, Кими, слишком рано для неё. Я рассчитывал, что нас будут серьёзно ждать всё там же, возле Мокренькой, у нашего любимого моста. И на этот раз нагонят такие силы, что мы не потянем. Думал артефактом «перепрыгнуть» через ту засаду. Но, похоже, они решили раньше с нами разобраться.

— Учитывая то, как сильно мы их разозлили, очень удивительно, что нас до сих пор не догнали, — сказала Кими. — Учти, возле тракта дороги лучше, им будет проще.

Впереди показалось неуместное движение, — какой-то всадник торопился к нам, следуя от головы колонны к хвосту.

Я не удивился, узнав Шэттеба Мена.

На редкость деятельный человек.

— Господин Гедар, срочные новости от наших людей.

— Господин Шэттеб, что именно вы подразумеваете, говоря «наши люди»?

— Простите, господин Гедар, не подумал, что вам потребуется конкретика. Вы ведь наверняка помните, я вам говорил, что помимо тех Мена, которые задействованы в этой высадке на землю Равы, есть и те, которые остались в метрополии?

— Вы шутите, что ли? Разумеется, помню. И также помню, что некоторые из них должны были, так сказать, приобщиться к клятве через посредничество ваших помощников. Вы же и раскрыли мне глаза на эту неочевидную функцию. И что у вас за новость? Надеюсь, у ваших людей всё хорошо, и они благополучно покинули Ассиопу.

— Господин Гедар, к сожалению, я не уверен, что всем это удалось. С теми, которым быстро удалось добраться до меня, всё понятно, они уже при вас. Часть людей отправилась по суше на северо-запад после переправы через море. Как мы договаривались, они должны добраться до Мудавии, где, по вашим словам, им сейчас ничего не грозит. С этой группой у меня сейчас связи нет. Та группа, которая должна добираться сюда не по суше, а морем, уже достаточно близко, тревожные новости получены именно от них. Они сообщили, что их бегство получилось не настолько тихим, как планировалось. Скорее всего, Меннай уже рвут и мечут. То есть организованы поиски. Корабль с вашими будущими подданными несколько часов назад попытались остановить, лишь благодаря преимуществу в скорости им удалось оторваться. У них есть один птицевод, и тот установил, что в прибрежной зоне находится множество кораблей четырёх кланов. До пролива, как мы изначально договаривались, им никак не дойти.

— Почему бы им не развернуться в открытое море? Вдали от берегов пройдут на север, а уже там свернут к проливу.

— Господин Гедар, они именно так и пытались поступить, и нарвались на тот корабль как раз вдали от берега. Похоже, там тоже хватает патрулей. Разворачиваться туда снова, это значит пойти навстречу преследователям, от которых только что с трудом оторвались.

— Они что, болтаются в море между отставшими преследователями и остальным флотом Ассиопы? — нахмурился я.

— Не совсем так. Нашим людям повезло добраться до берега, где удалось укрыться на входе в бухту Козий рог. И этот берег находится под контролем армий четырёх кланов. Что с вами, господин Гедар? У вас лицо дёрнулось странно. Я что-то не то сказал?

— Да нет, всё нормально, просто с некоторых пор я сильно напрягаюсь, когда в названиях местностей попадается что-то связанное с козами.

— Но почему? — удивился Шэттеб.

Я отмахнулся:

— Не обращайте внимания, это что-то вроде пустого суеверия. Лучше объясните, что у них там за ситуация. То есть они высадились в какой-то первой попавшейся бухте на вражеской территории?

— Нет, они пока что не высадились. Пройти в глубину бухты не получается, там, у захваченной деревни, стоят четыре штурмовые галеры. Положение наших людей безвыходное, они просят помочь им как можно быстрее.

— И чем же мы им поможем на море, не имея кораблей? — удивился я.

— Может они высадятся в стороне от той деревни и пойдут к нам навстречу пешком? — предложила Кими. — Я так понимаю, ваших людей немного, а скоро начнёт вечереть. На берегу ассиопцы ничего не опасаются, за местностью следят слабо, так что у них хорошие шансы остаться незамеченными.

Шэттеб горестно вздохнул:

— Это самая очевидная мысль, я им сразу так и посоветовал. Однако они ответили, что берега в тех местах неприступны: высоченные кручи, обрывающиеся в море и острые камни на подходах по всему побережью. Кстати, это частое явление в здешних краях, я видел карту штурмовую, где большая часть побережья жирной красной линией нанесена. Это означает, что высадка или невозможна, или сопряжена с сильнейшими затруднениями. Знатока местных вод у наших людей нет, так что им крупно повезло, что сумели к этой бухте выйти. К сожалению, она оказалась занята, на единственном удобном для высадки месте стоят те злополучные галеры. Уходить назад, в море, где рыскает погоня, что их потеряла, сами понимаете, слишком опасно. Наших людей в любой момент могут обнаружить, и последствия будут ужасающие. Там в основном старики и дети, да женщины далёкие от войны. Мужья их почти все или здесь, или прорываются по суше к Мудавии. Так что немногие смогут сражаться. Да и будь мужья на месте, что бы это изменило? Четыре галеры против одной, причём наша без штурмовой команды.

— Господин, эта бухта находится почти точно к востоку отсюда, — напряжённым голосом пояснил Камай. — Они должны попробовать как-то высадиться. Может птицей разведать берег? Может на лодке высадиться или на плоту, если лодки нет? Не может такого быть, что там единственная подходящая бухта.

— Да запросто может, — сказала Кими. — Ты разве не слышал, что Шэттеб только что сказал? Про красную линию сплошную? Про эти места даже я кое-что помню и скажу, что он прав. В ставке принца все уверены, что эта часть