Попаданец по-своему - Буради Хомура Страница 4

Ну? — спросила Астар.

— Похожи на подберёзовики.

Ты знаешь, как выглядят подберёзовики?

— Нет.

Тогда не умничай.

Кайр присел на корточки перед грибами. Кристалл молчал. Это могло означать две вещи: либо грибы безопасны, либо кристалл не распознаёт растительные токсины. Проверять не хотелось.

— Послушайте, — сказал он грибам. — Я понимаю, это странно. Но я очень голоден. Если вы ядовитые — просто… дайте знак. Хоть какой-нибудь.

Грибы молчали.

Они с тобой не разговаривают, — заметила Астар.

— Я заметил.

Нет, я серьёзно. Мой дар не работает на растениях. А твой…

— Мой работает на людях. И на камнях иногда.

Попробуй спросить. Не приказывать. Просто спросить. Как ты спросил камень.

Кайр вздохнул. Он сел на мох, вытянул ноги и уставился на грибы. Самый крупный из них — тот, что с надломленной шляпкой, — стоял чуть ближе остальных. Кайр сосредоточился на нём. Представил, что это не гриб, а маленький, молчаливый человек, который просто хочет, чтобы его оставили в покое.

— Я не хочу тебя есть, если ты ядовитый, — сказал он вслух. — Просто дай понять.

Ничего.

— Пожалуйста.

Гриб дрогнул.

Кайр моргнул. Гриб снова замер. Он сидел неподвижно, как и положено грибу — но за мгновение до этого… за мгновение до этого он точно шевельнулся.

— Ты видел? — прошептал Кайр.

Видела. — Голос Астар звучал озадаченно. — Повелитель, ты сейчас договорился с грибом?

— Я не…

И тут гриб запел.

Это был не звук — скорее, вибрация, тонкая и высокая, как звон хрустального бокала. Она шла не из шляпки, а откуда-то из земли, из-под корней, и отдавалась в зубах. Два других гриба подхватили — один на полтона выше, другой на полтона ниже. Вместе они издавали аккорд, чистый и немного печальный.

Кайр отполз на шаг.

— Они поют? — прошептал он.

Они поют, — подтвердила Астар. — Это… новенькое.

— Что это значит? Они съедобные?

Понятия не имею. Но, судя по звуку, у них богатый внутренний мир. Есть такое… неловко.

Кайр продолжал отползать. Грибы допели свою ноту до конца, и вибрация стихла. Лес снова замолчал. Самый крупный гриб — тот, с надломленной шляпкой, — чуть наклонился, словно кланяясь.

— Я не буду вас есть, — сказал Кайр.

Гриб выпрямился. Или ему показалось.

Замечательно, — подвела итог Астар. — Ты только что завёл дружбу с грибами. А есть всё ещё нечего.

— Я не хочу об этом говорить.

Как скажешь, Кайр. Но рейтинг у этого эпизода выше, чем у всей драки с Боровом. Зрители в восторге. Говорящие грибы — это хит.

— Они не говорили. Они пели.

Тем более.

Кайр встал, отряхнул мох с коленей и в последний раз посмотрел на грибы. Они стояли на месте, тихие и неподвижные. Обычные грибы. Почти.

Он пошёл дальше, голодный и растерянный. За правым ухом тихо хрустнул попкорн, и в этом хрусте было столько удовольствия, что Кайр едва не запустил в дерево палкой.

Не порть момент, — посоветовала Астар. — Ты только что научился слушать лес. Это прогресс.

— Я хотел есть.

А получил духовное просветление. Не путай.

Кайр промолчал. Лес вокруг становился темнее, тропа уходила вниз, к оврагу, где журчал ручей. Он чувствовал, что силы на исходе. Голод притупился, сменившись тупой, тягучей слабостью. Ноги подкашивались.

Он нашёл поваленный ствол, сел, прислонился спиной к шершавой коре. Кристалл на груди был едва тёплым — словно тоже устал.

Глава 5: Гнилая Балка

Деревня открылась ему разом — два десятка домов, кривой частокол, колодец на площади. Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени ложились поперёк единственной улицы. Из трубы самого большого строения поднимался дым. Над дверью висела вывеска с нарисованной кружкой, и мозг услужливо перевёл: «Тёплый угол».

— Трактир, — пробормотал Кайр. — Цивилизация.

Не обольщайся. Ты голый, босой и пахнешь мешковиной. Для них ты бродяга.

— Спасибо за поддержку.

Всегда пожалуйста.

Он одёрнул мешковину и шагнул к воротам.

Первым его заметил мальчишка лет десяти, сидевший на заборе. Он замер с открытым ртом, потом скатился вниз и с криком «Ма-а-ам!» исчез за углом. Через минуту у колодца собралась толпа. Двое мужиков — один с топором, другой с вилами — переглянулись. Собака тявкнула и спряталась за бочку.

— Добрый вечер, — произнёс Кайр.

Топор в руках первого чуть приподнялся.

— Я ищу трактир.

Топор не опустился. Старуха в тёмном платке перекрестилась.

— Ты глянь, — прошептал один мужик. — Голый. И с палкой.

— Может, юродивый?

— Может, разбойник.

— Разбойники одетые.

— А этот хитрый.

Кайр вздохнул и пошёл к трактиру. Толкнул дверь и вошёл.

Внутри пахло дымом, кислой капустой и свежим хлебом. Три стола, лавки, стойка из неотёсанных досок. На стене — рога животного, похожего на лося. Пучки сухих трав под потолком. В углу старик даже не поднял головы.

За стойкой стояла женщина. Широкая, коротко стриженная, с руками, которые явно поднимали не только кружки. Передник в пятнах, но чистый. Она окинула Кайра одним движением глаз — от босых ног до макушки.

— Живой? — спросила она.

— Вроде да.

— Откуда?

— Издалека.

— Голый зачем?

— Мода такая.

Женщина не улыбнулась, но уголок рта дрогнул.

— Марта. Хозяйка. Есть хочешь?

— Да.

— Платить чем?

Кайр замер. Денег не было. Карманов не было. Даже нижнего белья не было.

— Могу работать. Руками, головой. Считать умею. Писать. Организовывать. — Он осёкся, представив, как здесь прозвучит «делал отчёты в Excel». — В общем, могу быть полезен.

Марта разглядывала его, не торопясь, — так смотрят на лошадь перед покупкой.

— Садись, — сказала она наконец. — Поешь. Потом решим, какой от тебя прок.

Она принесла миску. Похлёбка оказалась горячей и наваристой — с кусками мяса, кореньями и чем-то зелёным. Хлеб тёмный, тяжёлый, с хрустящей коркой. Кайр ел молча, обжигаясь. Желудок принимал еду с благодарностью.

Пока он ел, в трактир вошёл мужчина с сединой в бороде. Невысокий, крепкий. Кожа на руках грубая, тёмная, в трещинах. Марта кивнула ему.

— Грум. Староста. Это пришлый.

Грум сел напротив, положил руки на стол.

— Кто?

— Кайр. Пришёл из леса.

— Через Чёрный Ручей?

— Да.

— Один?

— Нет. Селена провела.

Грум и Марта переглянулись.

— Селена кого попало не водит, — сказал Грум. — Значит, ты чем-то полезен. Или чем-то опасен.

— Скорее первое. Но гарантий нет.

— Гарантий тут ни у кого нет. — Он набил трубку. — Стражи нет. Бароновы люди в Крестах сидят, сюда не ездят. Боров это знает. Потому и не боится.

Кайр отложил ложку.

— Боров — это тот грузный, с дубиной?

— Ты его знаешь?

— Встречались. Вчера. Он грабил травницу Лиру,