Меняем сценарий - Роман Мур Страница 39

Это факт.

Но вот что я буду делать дальше?

А главное — зачем?

Ведь у каждого героя есть своя мотивация, которая ведёт его через всю историю.

Она может быть любой — от желания переспать с половиной королевства до стремления стереть человечество с лица земли.

Но мотивация должна быть.

И должен быть путь героя.

Он ищет приключения и, конечно, находит их. Он сталкивается с главной проблемой, падает на самое дно, переживает опустошение.

Но потом он меняется.

Трансформируется.

Он находит силу, преодолевает себя и идёт дальше, получает награду, поднимается на вершину — туда, где его цель уже почти у него в руках.

Но что, если у героя нет цели?

Что, если ему не нужны приключения?

Что, если он не знает, чего хочет?

Тогда кто он?

Да и как вообще определить свою цель? Сейчас всё понятно: изучить Печать, разобраться с её природой, а дальше — действовать по обстоятельствам. Но чего я на самом деле хочу? Вернуться к книгам? Продолжать писать? Аха-ха. Ну да, конечно. Вы бы сами вернулись после того, как держали магию в руках? После сражения с пиратами, боли, адреналина, безумного вихря событий? После того, как ваше тело разрывало магией? Часть людей ответила бы "Да! Без сомнений!", но они просто никогда не были в такой ситуации.

Я же уже был там. Нет, к книгам и обычной жизни я не вернусь. Слишком сильно меня покорил мой же собственный мир. Здесь всё ощущается иначе — живётся и дышится по-другому.

Хм, тогда что дальше? Просто взять и бросить всё, спрятаться здесь, раствориться в этом мире?

Ну, во-первых, мне не дадут этого сделать. Во-вторых, скоро спрятаться уже будет негде. В-третьих, это не выход — забиться в нору и тихо хныкать, хотя, если честно, очень хочется.

Тогда что же остаётся? Пойти воевать со злодеями, дружить с добрыми, раздавать плюшки одним и надавать по шапке другим? Ахаха, ну да, конечно, будто мне дадут так просто это сделать.

Вот уже после первой же битвы с пиратами я сколько-то дней провалялся без сознания, очнулся вообще непонятно где.

Здорово повоевал, ничего не скажешь. Я бы даже сказал, с потрясающим результатом.

Хочется ли мне искать Василию или Юрку? Отомстить пиратам? Нет и нет.

Василию я скорее люблю как персонажа, а Юрка меня просто забавляет.

Пираты? Так они в итоге даже вылечили меня.

Мдааа… дилемма на распутье.

Но нужно было решать. В данной ситуации единственное, что было передо мной, единственное, что хоть как-то вело вперёд — это Печать.

Её нужно было разрушить.

Просто разрушить.

Об этом вопила вся интуиция.

Прямо вся.

Поэтому я коснулся Печати и влил в неё разрушающую магию.

Она вспыхнула синим светом, начала трескаться, гореть, разрушаться прямо у меня в руках, распадаясь на куски, исчезая в воздухе, будто её никогда и не существовало.

Чтож, первый шаг сделан.

Я уже начал думать, что делать дальше, как вдруг передо мной в воздухе вспыхнули слова:

"1 из 20 печатей Автора уничтожены."

Я замер.

Что?

Я был растерян, хотя думал, что меня уже сложно удивить. Действительно, как можно вообще удивляться находясь в книге, в своей книге? Тут вообще можно забыть об удивлении, ты удивился на всю жизнь, пока тебя психбольница не вылечила. А именно психбольница мне сейчас нужна. Какая ещё печать Автора? Почему такое количество? Писал ли я вообще о таком? Да вроде не писал. И что мне теперь делать, сидеть их уничтожать? Я что в корейской РПГ? Убей 5 лисиц, получи опыт. Тьфу втою налево, приехали. Тихо шифером шурша, крыша ехала не спеша.

Я был растерян, хотя думал, что меня уже сложно удивить.

Действительно, как вообще можно удивляться, находясь в книге? В своей книге?

Здесь вообще можно забыть об удивлении — ты удивился на всю жизнь, пока тебя психбольница не вылечила.

А именно психбольница мне сейчас и нужна.

Какая ещё "Печать Автора"?

Почему их двадцать?

Писал ли я вообще о таком?

Да вроде нет.

И что теперь, сидеть и методично уничтожать их одну за другой?

Я что, в корейской RPG?

"Убей 5 лисиц, получи опыт." - подумал я.

Тьфу в твою налево, приехали.

"Тихо шифером шурша, крыша ехала не спеша."

Глава 21

И я решил воспользоваться правилом Дня Сурка.

Когда твоя жизнь закольцована, когда ты уже раз за разом проходил через смерть и возвращение, то начинаешь относиться ко всему по-другому.

Умереть? А какая разница?

Сейчас я находился в таком диссонансе, что мне было уже всё равно.

Какие-то там Валерий, Юрки и прочие? Да пусть идут лесом.

Хотелось просто стереть эту реальность, посидеть, подумать и потом уже что-то предпринять.

Может, устроить ещё один Роскомнадзор, заодно проверить, кто тут реально контролирует правила этой игры.

Эх, подумал я, и шарахнул себя молнией.

Если бы за мной наблюдали Боги, то они бы знатно офигели.

И где я оказался? Какие мысли? Ну да, в аду. Ага, пойду посмеюсь. Нет, я опять на скамейке. Снова тут. Снова в этом парке.

Деревья с густыми кронами, скамейки, аккуратная зелёная трава и цветы, которые, судя по всему, вспоминают только раз в год, чтобы слегка привести их в порядок.

В центре композиции — статуя товарища Ленина, слегка потемневшая от времени, но всё ещё уверенно стоящая на своём месте.

На дорожках из бетона и плитки гуляют голуби. Эти бестолковые птички, ссорясь и подпрыгивая, дрались за кусочек булочки прямо передо мной.

Я сижу на скамейке.

Тёплый воздух обволакивает, словно на улице ранняя осень. Хотя кто знает? Может, это кондиционер в палате психбольницы так умело создаёт комфортную температуру.

В небе плывут облака.

Они кажутся такими реальными и объёмными, будто их можно потрогать рукой. Удивительно, как фантазия разыгрывается при взгляде на их фигуры: вот дракон, а вот парусник, а там — какая-то странная конструкция, которая не поддаётся описанию.

Этот пейзаж был мною придуман, записан и точно запомнен до мельчайших деталей.

А ещё именно этот пейзаж я уже какую жизнь подряд вижу перед собой. Не сложно запомнить, знаете