Нежное создание 2 (СИ) - Жанна Штиль Страница 35

— Выплачу… что? — уточнил горшечник настороженно.

— Штраф за срыв сроков, прописанных в договоре.

Мужчина огладил бороду:

— У меня есть своё условие: станете мешаться — в мастерскую больше не впущу, найму помощника. Отдай госпоже свой передник, — кивнул младшему подмастерью. — Показывайте, что принесли.

Девушка показывала и рассказывала:

— Сейчас я изготовлю такие вот большие и маленькие плоские тарелки, менажницу, блюдо для печенья и закусок, чашки с блюдцами и ложечку. Видите, они разные. Вы выкрутите парочку соусников и две пивные кружки. Размеры прописаны, — указывала на соответствующие эскизы. — Если останется время, то изготовлю светильник и два подсвечника. Завтра на кружки нанесу рельефный рисунок. Ещё мне нужна большая миска со сливным отверстием и… — положила перед горшечником эскиз рукомойника, — вот такой бочонок. Из белой глины. Ничего сложного для вас нет, правда?

Какой уважающий себя мастер признается в непрофессионализме?

Гончар вздохнул и почесал затылок:

— Мудрёно изобразили. А вот это блюдо внутри с переборками для чего нужно?

— Менажница, — уточнила Ника, — поделена на секции. В каждой из них будет лежать различная еда. Сюда, например, положим жареные куриные крылышки, сюда сухарики, сюда сырные палочки или что-нибудь другое. В центре или сбоку поставим маленький соусник.

— Зачем делить блюдо переборками?

— На секции, — поправила девушка. — Чтобы еда не смешивались и выглядела аппетитно. Красиво же, — посмотрела на мужчину с немым вопросом: «Что непонятного?»

Мастер вскинул кустистые брови, поправил широкую повязку на лбу и, молча, указал заказчице на гончарный круг с рабочим столом.

— Сегодня мне круг не нужен, — предупредила Ника. — Буду работать с пластом глины и лепить из кома.

Она пощупала подготовленную к работе массу — пластичную и жирную, просмотрела небольшие деревянные дощечки разных размеров, скалки для раскатывания, мягкие тряпки.

Перебрала стеки — ножички и палочки для лепки мелких деталей, шило, тонкую струну. Набор сочла скудным. Не было всех тех штучек и канцелярских мелочей, оставлявших интересные отпечатки на поверхности глины при вдавливании.

«И долго ещё не будет», — подумала невесело.

— Белую глину заказали? — уточнила у мастера.

— Привезут через два дня.

— Фритту тоже заказали?

— А как же, — присматривался к высокородной гостье.

— За это время успеем изготовить пивные кружки и менажницы. Если собираетесь привлечь подмастерьев, — глянула в сторону мальчишек, — то пусть идут ко мне и смотрят, как и что я делаю. Надеюсь, на ближайшие две недели мой заказ станет для вас приоритетным.

Посмотрев на уставившегося на неё мастера, пояснила:

— Вы уделите ему всё своё время, не так ли? Если есть другие заказы, отложите их на потом.

— Какие другие, — пробурчал мужчина. — Поспеть бы исполнить ваш заказ в срок. Штраф мне не нужен. Янс, иди сюда, — позвал старшего подмастерье. — Будешь…

— Слышал, — прогундосил тот простуженным голосом, отходя от стеллажа, куда поставил готовое блюдо.

— Ты тоже иди сюда, — позвал младшего мальчишку. — Ложки лепить будешь.

* * *

Ника закатала рукава.

Пока подмастерье изучали эскизы, она обследовала малый гончарный круг. Села за него, поставила ногу на маховик, подтолкнула, приспосабливаясь к движению, выбирая подходящий ритм.

Непривычно, неудобно, в диковинку.

Сложно работать одновременно руками и ногами. Туфельки не выдержат нагрузки. Механизм придётся вращать кому-то из мальчишек. Но это будет не сегодня.

Нике всегда нравилось работать руками. Помнила, как училась выкручивать горшки. У преподавателя они получались легко, играючи. Казалось, ничего сложного в лепке нет, но на самом деле требовались предельная точность и сноровка.

В первое время с центровкой заготовки на круге у Ники выходило плохо. После нескольких оборотов полуфабрикат соскакивал с рабочей поверхности, края рвались, стенки проваливались. Приходилось начинать сначала.

Наблюдала за горшечником, который не тратил время впустую: вдавил шарик глины в центр гончарного круга, прижал его посередине большим пальцем и, вращая механизм, медленно, равномерно расплющил.

Под привычную монотонную музыку круга у мастера рождалось изделие. Вначале мокрое и неказистое, как всё рождённое в первые минуты жизни, под ласковыми и уверенными движениями ладоней и пальцев оно распускалось как цветок.

Сегодня гончар изготовит кружки, а завтра Ника на них, слегка обсохших, сделает декор.

Она взяла ком глины, размяла, отбила, придала ему форму блина, раскатала. Чтобы толщина пласта была равномерной по всей длине, подобрала две рейки одинаковой толщины. Они станут направляющими при раскатке. Положила подготовленный пласт между ними и прокатала его скалкой по несколько раз с двух сторон. Приём известный, но, как выяснилось, не для местного горшечника. Он замедлил вращение круга, с видимым одобрением присматриваясь к работе гостьи. Заметив её внимание, закивал на готовую пивную кружку:

— Посмотрите, госпожа Руз, такая сгодится? Ручка не большая?

— Быстро вы кружку выкрутили, — подивилась Ника.

Подержала её в вытянутой руке, не спеша, придирчиво осмотрела. Оценила:

— Отличная работа. Для мужской руки в самый раз будет.

Подмастерье зашушукались, толкая в бока один другого:

— Я же говорил, что она не сбежит, останется.

— Это не ты сказал, а я. Ты говорил, что уйдёт.

— Может, ещё и уйдёт.

Ника усмехнулась:

— Эй, спорщики, найдите-ка мне миску с ровными краями вот такого размера, чтобы обрисовать, — показала диаметр будущей менажницы. — Шликер готовьте.

Шаманила над плоской тарелкой с вертикальными бортиками:

— Учитесь, пока я живая.

Мальчишки притихли, впитывая новые знания.

Дело спорилось. На глазах появлялось ранее невиданное изделие.

Янс принялся изготавливать ручки к пивным кружкам, а младший подмастерье остался с Никой.

— Вот таких менажниц нужно изготовить десять, — сказала она ему. — Тебя как зовут? — мазнула пальцем по кончику его носа.

— Маркус, госпожа, — он смешно наморщил нос и нахмурился.

«Знакомая реакция», — улыбнулась девушка.

— Скоро вы это слепили, — грязный палец указал на менажницу. — А тарелки тоже будут такими?

— Тоже, только без секций. Отнеси на стеллаж, — передала готовую менажницу. — Сейчас изготовлю ещё одну с четырьмя вытянутыми закруглёнными секциями и круглой секцией в центре для соусника. Чтобы ты не стоял без дела, лепи ложки.

Из небольшой полосы Ника с удивительной ловкостью слепила чайную ложку. Если навыки рисования пришлось восстанавливать в течение недель, то лепка Неженке далась сразу, будто Руз всю свою недолгую жизнь только этим и занималась.

— Просто, правда? — следила за руками Маркуса. — Главное, слепить черпало чуть вытянутое, в меру глубокое, а черенок не должен быть слишком толстым и коротким. Ответишь, почему? — с улыбкой смотрела на мальчишку.

Не дождавшись его ответа, разочарованно вздохнула:

— Плохо. Иди изучать эскиз повторно.

В чём крылся подвох, Маркус сообразил быстро:

— Ложка будет вставляться в дырки в ручке черпалом кверху и стоять? Зачем?

— Удобно и необычно, — хмыкнула Ника. — Как имя вашего наставника? — спросила заговорщицким тоном, косясь на мужчину, закончившего выкручивать