Нулевой Субъект - Виктор Рэн Страница 34

Бросившийся на нас человек остановился в метре и свалился на колени, обхватив голову руками.

— Умоляю, дайте мне хоть один реал!

Это был мужчина средних лет с длинными сальными волосами и рваной грязной бородой. Он был не просто худым. Его щёки впали, а руки были тонкими, как тростинки.

— Один. Всего один…

Его руки тряслись. Рядом с грудой вещей, из которых он вылез, не было ни железного, ни деревянного колышка. Это не был сторонник Кили или Декстера. Просто человек, выживающий между жерновами чужих фракций.

— А ну пошёл прочь, пёс!

Ром среагировал раньше, чем я успел что-то сказать или сделать. Он шагнул вперёд и оттолкнул бедолагу ногой. Тот повалился обратно на кучу мусора и затих.

[Влияние Фракции Кили на Лагерь Варны снижено с 25 % до 24 %

Нейтральные силы увеличены (31 %)

Влияние Фракции Декстера на Лагерь Варны осталось неизменным (45 %)]

— Назойливая крыса, — процедил Ром. — Таких не кормят, таких давят.

Я покачал головой. Похоже, системные уведомления получали не все участники фракции. Иначе Ром вряд ли стал бы ставить под удар влияние своего командира.

— Это было лишним, — спокойно произнес я.

Ром взглянул на меня с недоумением.

— Такими темпами мы быстро растеряем все влияние, которое Кили с большим трудом заработал, — пояснил я, начиная двигаться дальше между жилищами других бедняков.

Ром неопределенно хмыкнул, но возражать не стал.

Словами ситуации не поможешь. У меня на счету, если так его можно назвать, было пару десятков реалов. Но каждый из них достался мне потом и кровью. За каждый реал я бился и рисковал. Молить кого-то на коленях, чтобы они кинули мне подачку, я никогда не стану. Но и этого бедолагу нужно было просто проигнорировать.

Сколько людей таких, как он, живут на границе Варны, незамеченными в тени чужой войны? Думаю, что даже если бы Кили не сделал мне предложение присоединиться к нему, я бы нашёл выход и смог попасть в город.

Вопрос лишь в том, что конкретно готовит Кили? И каким образом решил вписать меня в свои планы. Учитывая, что он встретил меня на выходе из лагеря рядом с городскими воротами, не исключено, что он видел, с кем я вернулся из пустоши. Или у него было хорошее чутье на людей с нестандартными навыками. И то и другое настораживало…

Мы прошли несколько извилистых проулков между кучками вещей и палатками на окраине лагеря. На глаза мне попадались люди, которых я не знал, но которые смотрели на меня с плохо скрытой враждебностью. Вряд ли они так быстро узнали, что мы прикончили Торна и Ильгера. Но моя левая рука продолжала лежать на рукояти меча, висевшего в ножнах на поясе.

Люди ходили по лагерю быстрее, почти не обмениваясь словами. Те, кто раньше просто прохаживался, теперь сидели спиной к стенкам палаток, многие прятали лица под капюшоны. Пыль под ногами вдруг казалась суше, а взгляды тяжелее.

— Че они пялятся? — недовольно буркнул Ром откуда-то сзади.

Разбираться с людьми Декстера времени не было. Мы лишь ускорили шаг и вошли в район Кили. Поддержка лагеря на 24 %. Это не много, но и не мало. Теперь тут было меньше зевак, праздно шатающихся между палатками. Больше людей двигались быстро и слаженно. У кого-то руки были в карманах, у кого-то под куртками, и я не сомневался, что они держались за оружие.

У одной из палаток парень в серой куртке медленно точил нож, глядя в сторону центра лагеря. Туда, где стояла крепкая деревянная изба. У другой двое перекидывались тихими фразами, разбирая короткие арбалеты. Один из них смахнул с щеки пот и, увидев нас, кивнул.

Атмосфера в лагере была на взводе. Похоже, каждая сторона была готова как обороняться, так и нападать.

Когда мы подошли вплотную к палатке Кили, я взглянул на Ласку. Её лицо побледнело, губы стали почти синими. Я слышал, как она тяжело втягивает воздух при каждом шаге. При этом она продолжала держатсья — то ли из упрямства, то ли из привычки.

— Ром, — обратился я к молодому бойцу с дубинкой. — Возьми своих и доложи о ситуации Кили. Скажи, что Торн и Ильгер мертвы. Мы с Лаской выполнили свой контракт.

— Сделаю, — уверенно произнёс Ром. — И долг за брата за мной. Слова назад не ворочу.

Я кивнул, и Ром вместе со своими людьми скрылись из вида. Ласка, пошатываясь, махнула рукой в сторону одной из палаток.

— Это моя.

Мы подошли ближе. У входа Ласка запнулась, неловко пошатнулась и вдруг потеряла равновесие. Я поймал её до того, как она успела упасть. Её тело было горячим на ощупь — не только от жара, но и от усилия воли, с которым она всё это время продолжала двигаться вперёд.

— Твою ж, — пробормотал я и подхватил её на руки. — Могла ведь просто попросить.

— Я… ничего… — прошептала она, но фразу не закончила.

Ласка крепко обхватила меня руками и отвела взгляд в сторону.

— Не спорь, — произнёс я, откидывая полог палатки и заходя внутрь.

Внутри было темно. Палатка Ласки была простой, почти пустой. На деревянных подпорках висела одежда. В углу стояла жёсткая походная койка с тонким одеялом и сложенным пледом. Рядом — небольшой столик, на котором лежали бинты, нож и фляга, и там же стояла непонятная баночка. Чуть поодаль — мешок, небольшой сундучок. Я чуть не запнулся о что-то в полумраке и по звуку понял, что у входа была кадка с водой. Свет в помещении давал лишь тусклый фонарь.

— Ха, — Ласка слабо усмехнулась.

Я же быстрыми шагами прошёл вперёд и посадил Ласку на край кровати. Она покачнулась, пытаясь удержать равновесие. Я поддержал её, чтобы она не упала. Было немного странно видеть такую хрупкость после недавней бурной схватки.

Ласка все еще крепко сжимала в руке кастет с лезвиями, словно тот придавал ей сил. Я разжал ее пальцы и обернулся, пытаясь найти, куда можно положить оружие девушки. Затем быстро поднялся, положил кастет на столик рядом с кроватью и подхватил с него одиноко стоявшую глиняную кружку.

Быстро поднялся и подошел к кадке. Я набрал в неё воды, а затем наспех помыл руки. Это была не игра, и не хватало ещё занести в рану какую-то заразу. Когда я вернулся, то пододвинул столик поближе, так чтобы бинты и баночка — вероятно, с мазью — были под