Темный Лорд Устал. Книга VII - Тимофей Афаэль Страница 33

Это был не страх и даже не растерянность, а…

…Злость.

Ту самую злость, которая поднимает людей на ноги и которая заставляет выходить на улицы и говорить: «Хватит»!

Голос Эдема звучал, и город слушал.

Глава 13

Алина

Пол года назад её карьера закончилась в душном зале НИИ, где комиссия из продажных бюрократов готовилась растоптать её работу.Пол года назад она была никем — обычным инженером без лицензии, учёным без лаборатории, женщиной без будущего.

А потом дверь открылась, и вошёл он.

Алина до сих пор помнила этот момент. Молодой аристократ в дорогом костюме, с глазами, в которых плескалась вечность. Он просто подошёл к доске, взял маркер и исправил её формулу — добавил три строчки, которые превратили теоретическую гипотезу в работающую модель.

Три строчки, до которых не додумался ни один учёный в Империи.

В тот момент Алина поняла: перед ней не человек. Перед ней что-то большее — разум, который видит мир иначе, глубже, дальше. И когда он предложил ей работу, она согласилась не раздумывая.

Пол года она строила его маленькую империю. Восхищалась его решениями, предвидением и абсолютной уверенностью. Засыпала с мыслями о нём и просыпалась с его именем на губах, хотя никогда бы не призналась в этом даже себе.

И вот теперь — война.

Алина стояла посреди главного сборочного цеха и смотрела на дремлющие станки. Стерильная чистота, тишина, ряды манипуляторов, застывших в ожидании команды. Она гордилась этим местом — лучшая броня в регионе, точнейшая работа, ювелирная подгонка каждой детали.

Но сейчас, глядя на оборудование другими глазами, она впервые задала себе вопрос, который почему-то никогда не приходил ей в голову раньше.

Почему станки такие мощные?

Энергопотребление втрое выше необходимого. Площадь цеха вдвое больше, чем требуется для текущего производства. Гидравлика, способная работать с танковой броней, и все это для изготовления доспехов стражей.

Она списывала это на запас прочности, на перспективу расширения, на особенности проекта. Она не задавала вопросов, потому что доверяла ему.

Теперь она узнает ответ.

Алина подошла к центральному терминалу. Пальцы дрожали, когда она вводила код, который Кассиан дал ей на совещании.

ОМЕГА-7. ПРОТОКОЛ: ТИТАН.

Экран мигнул и выдал запрос подтверждения.

Она нажала «Да».

Первые секунды ничего не происходило, а потом по цеху прокатился низкий гул — такой глубокий, что завибрировали зубы. Алина схватилась за край терминала.

Станки начали меняться.

Боковые панели с шипением отъехали в стороны, открывая скрытые блоки, о существовании которых она даже не подозревала. Лазерные резаки выдвинули новые линзы — не ювелирные, а промышленные, способные кромсать сталь как масло. Конвейерные ленты вдруг расширились.

Манипуляторы развернулись, удлинились, обросли новыми захватами. Штамповочные прессы раздвинули челюсти, обнажая матрицы совсем другого калибра.

Алина смотрела на это с открытым ртом.

Она спроектировала этот завод по ЕГО руководством. Лично утверждала каждый чертёж, каждую спецификацию. Она знала здесь каждый болт. Но выходит…

…она ничего не знала.

Трансформация заняла каких-то пол часа. Когда гул стих, перед ней стоял совсем другой цех. Это был завод тяжёлого машиностроения, способный штамповать боевую военную технику, как пирожки.

— Господин… — прошептала Алина, и голос сорвался.

Он знал. С первого дня, первого чертежа. Он строил арсенал и замаскировал его так, что даже она, его главный инженер, ничего не заподозрила.

Пол года он сознательно или подсознательно готовился к этой войне, пока враги думали, что он просто бизнесмен.

Алина прижала ладони к губам, ее сердце бешено колотилось. Страх за него, который она носила в себе с момента объявления блокады, никуда не делся, но теперь к нему примешалось благоговение.

Насколько далеко он видит? Насколько глубоко просчитывает? Какие ещё секреты спрятаны в механизмах, которые она считала своими?

Терминал пискнул. На экране появилась надпись:

ПРОТОКОЛ «ТИТАН» АКТИВИРОВАН. ПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ МОЩНОСТИ: 100%. ОЖИДАНИЕ КОМАНДЫ.

Алина выпрямилась и вытерла выступившие слёзы. Непонятно, от страха или от восторга.

Он дал ей оружие, а теперь её очередь — ковать.

Первым прибежал Костя — старший мастер литейного участка, мужик под пятьдесят с вечно перепачканными руками и седыми усами. За ним ввалились остальные: инженеры, наладчики, операторы станков. Человек двадцать, все с круглыми от ужаса глазами.

— Алина, что происходит⁈ — Костя остановился посреди цеха, озираясь на изменившиеся станки. — Оно само… Мы ничего не трогали, клянусь!

— Землетрясение? — пискнула Маша, молоденькая программистка. — Или авария?

Кто-то сзади матерился шёпотом. Люди жались друг к другу, глядя на трансформированное оборудование как на ожившего монстра.

Алина смотрела на них и понимала: ещё минута и начнётся паника. Кто-то побежит, кто-то начнёт звонить родным, кто-то просто сядет на пол и откажется работать.

Она не могла этого допустить.

— Тихо!

Её голос гулко ранесся по цеху, и люди замолчали. Даже Костя, который годился ей в отцы, вытянулся по стойке смирно.

Алина сама удивилась этому голосу. Таким голосом говорил Калев.

— Слушайте внимательно, — она прошла к главной консоли и вывела на голографический экран чертёж. — Повторять не буду.

Над цехом развернулась трёхмерная модель — массивный угловатый силуэт, больше похожий на ходячий танк, чем на броню. Толстые пластины композита с прожилками кристаллов, сервоприводы размером с человеческую руку, закрытый шлем с узкой щелью визора.

«Центурион».

— Это, — Алина ткнула пальцем в голограмму, — теперь наш единственный продукт. Тяжёлая штурмовая броня. Забудьте всё, что делали раньше.

Костя сглотнул.

— Алина, мы же лёгкую броню клепали. Это совсем другой класс, другие допуски, другие…

— Станки перенастроены, — оборвала она. — Режим Б разблокирован. Хозяин лично заложил его в оборудование.

— Режим Б? — Костя нахмурился. — Какой ещё режим Б? Я же с вами с самого начала…

— Значит, узнаешь что-то новое.

Алина развернула следующий слайд — винтовки, боеприпасы, графики производства.

— Оружейный цех переходит на боеприпас класса «Разрывной-А». Полная загрузка линий.

— Разрывной? — молодой инженер Паша побледнел. — Это же… Стволы сгорят за неделю такой эксплуатации.

— Плевать на стволы. Наклепаем новые.

— Но…

— Нам нужен вал, Паша. Нужно количество, а не ювелирная работа. Нашей армии нужно железо, и мы его дадим.

Она обвела взглядом притихших людей. Двадцать пар испуганных, растерянных, ждущих объяснений глаз смотрели на неё.

Алина могла бы объяснить. Могла бы рассказать про блокаду, про Громова, про экспертизу Госсовета. Могла бы