Меняем сценарий - Роман Мур Страница 33

Когда я наконец смог сфокусировать взгляд, понял, что палуба корабля стала кладбищем. Повсюду валялись тела — наши, чужие, растерзанные, почерневшие от ожогов, пронзённые клинками. Между ними сновали королевские солдаты, зачищая остатки пиратов. Одни добивали раненых врагов, другие утаскивали мёртвых, а кто-то просто стоял, переводя дыхание, утирая кровь со лба, ошеломлённый только что пережитым.

Волны, как будто сочувствуя всему происходящему, мягко покачивали корабль, время от времени унося за борт капли крови.

Я попробовал пошевелиться, но резкая боль в груди заставила меня зашипеть. Кто-то рядом тут же наклонился, и мне потребовалась пара секунд, чтобы распознать Василию.

Она сидела рядом, аккуратно убирая с моего лица влажной тканью пятна грязи и крови. Выглядела она уставшей, но не такой, как королевские воины — больше раздражённой, если не сказать обеспокоенной.

— Ты, конечно, герой, но, может, перестанешь себя убивать в каждой битве? — тихо пробормотала она, хмуро глядя на меня.

Голос её звучал жёстко, но в уголках губ мелькала тень облегчения. Видимо, когда я вырубился, никто не мог с уверенностью сказать, протяну ли я вообще.

— А ты что, переживала? — хрипло выдавил я, чувствуя, что говорить больно.

Она тут же фыркнула и резко ткнула меня в бок пальцем, отчего я едва не застонал.

— Я? Переживала? Да ни за что. Мне просто не хочется тащить твоё безжизненное тело к королю и объяснять, почему наш "новый великий маг" сдох через пару дней после знакомства.

Я усмехнулся, хотя даже эта простая гримаса отозвалась болью.

— Очень трогательно.

Я снова перевёл взгляд на палубу, где оставшиеся воины занимались последними приготовлениями. Судя по их размеренным движениям, бой уже был закончен, опасности не осталось. Пираты либо мертвы, либо в плену, либо сбежали в пучину морскую, проклиная день, когда они решили напасть на этот корабль.

Но если бой закончился, значит, теперь начиналась другая игра — та, в которой придётся отвечать на вопросы.

И судя по тому, как король Юрке стоял неподалёку, заложив руки за спину и внимательно наблюдая за мной, разговор уже был неизбежен.

Юрке стоял, заложив руки за спину, изучая меня холодным, цепким взглядом. Ни гнева, ни радости — чистая оценка, словно он рассматривал шахматную фигуру, которая внезапно повела себя не по правилам.

Я попытался приподняться, но грудь пронзила резкая боль, и я только скривился. Король это заметил, но помогать не стал — он ждал, когда я заговорю первым.

— Ну, и чем обязан вашему царственному вниманию? — пробормотал я, откинув голову назад, чтобы хоть как-то унять головокружение.

— Ты уничтожил пиратский флагман. — Его голос был спокоен, без эмоций, но в этом спокойствии скрывался ледяной металл.

Я пожал плечами — вернее, попытался.

— Была хорошая возможность. Если бы не уничтожил, у нас были бы проблемы.

— Ты использовал магию так, как не мог бы использовать никто, кроме боевого архимага. — Он сделал паузу, давая мне шанс заговорить, но я молчал. — Я много видел магов. Они долго концентрируются, у них есть предел. У тебя же он словно размытый. Откуда такая сила?

Я знал, что этот разговор рано или поздно состоится. Не мог обычный маг выбросить столько энергии, не истощив себя до смерти. Но я был не обычным магом. Я был автором.

— Вы правы, король, у меня нет того обучения, которое есть у ваших магов. Я не учился годами в академиях, не проходил ритуалов. Но я знаю магию. Я чувствую её иначе. Я не сковываю себя правилами, которые написали другие.

Юрке внимательно смотрел, не перебивая.

— Я знаю, как работают законы магии. Как они взаимодействуют. Как их можно обходить, если знать, где искать слабые места. Это не обычная сила. Это знание. И я использую его в своих интересах.

Король молчал, обдумывая мои слова.

— Ты лжёшь.

Я усмехнулся.

— Разве?

Он сжал губы, и я понял, что пока не убедил его. Он всё ещё искал подвох.

— И всё же, мне кажется, ты не договариваешь.

— Я просто осторожен.

— Разумно. — Юрке наконец убрал руки за спины и кивнул. — Ты спас мой корабль. Мою племянницу. Возможно, даже меня. Но если ты играешь в свою игру — знай, я тоже умею играть.

— Даже не сомневаюсь.

Он улыбнулся — не добродушно, скорее как хищник, заметивший интересную добычу.

— Отдыхай. Разговор мы продолжим, когда ты сможешь стоять на ногах.

С этими словами он развернулся и ушёл, оставляя меня наедине с Василией, которая тихо усмехнулась.

— Ну и каково быть загадочным спасителем королевского рода?

Я прикрыл глаза, ощущая, как силы уходят.

— Честно? Утомительно.

Силы уходили, словно песок сквозь пальцы. Даже простой разговор с королём отнял последние крохи энергии, и теперь единственное, чего я хотел — это лечь и хотя бы пару часов не видеть ни моря, ни крови, ни чёртовых пиратов.

Василия, видимо, считала так же, потому что, едва Юрке ушёл, она хлопнула в ладони и заявила:

— Хватит тут валяться, пора в твою каюту.

— О, как заботливо. Ты даже понесёшь меня туда на руках?

— Конечно, как только вырасту и смогу нести таких увальней, как ты.

С таким отношением спорить было бессмысленно, поэтому я кое-как поднялся, стиснув зубы от боли в рёбрах. Голова кружилась, ноги подкашивались, но я упёрся в плечо Василии, и вместе мы двинулись через палубу, обходя груды трупов и занятых расчисткой солдат.

Некоторые бросали на меня взгляды — кто-то с уважением, кто-то с откровенным недоверием. Королевская гвардия не так-то просто принимала чужаков в свои ряды, а уж тем более тех, кто обладал столь странными способностями. Но сейчас мне было плевать.

Добраться до своей каюты оказалось настоящим испытанием. Каждый шаг отзывался ноющей болью в теле, каждое движение напоминало о том, что я израсходовал гораздо больше магии, чем следовало. Даже воздух казался тяжёлым.

— Ты хоть понимаешь, что чуть не сгорел вместе с этим кораблём? — спросила Василия, когда мы, наконец, вошли в мою каюту.

— Понимаю. Но выглядело эффектно, не так ли?

Она фыркнула, но ничего не сказала, а я только криво усмехнулся и рухнул на кровать, даже не раздеваясь.

Матрас показался раем. Тело мгновенно расслабилось, и я почувствовал, как меня утягивает в вязкую тьму сна.

Последнее, что я услышал, — это голос Василии, пробормотавшей