Лепестки Павильона Хризантем - Виталий Хонихоев Страница 3

У меня аж глаз задергался. Все то во дворе знают, оказывается, им тут и радио не нужно и газет с новостными выпусками, всем уже все известно. И про конфуз со смотринами и то, что Соно-химэ себя как настоящая Хранительница Традиций повела, так и надо этим выскочкам (говоря это управляющий быстро огляделся по сторонам, убеждаясь, что никто его не слышит), традиции прежде всего, если каждый будет традиции нарушать, то и от крови императорской семьи ничего не останется, а кто тогда страной править будет? Тогда конец света наступит и Ямато погрузится обратно в морскую пучину, бульк и все. На дно. Так чего уважаемая Такэда-но Аяко хотела от скромного управляющего или может мы можем обращаться к друг другу просто по имени? По старой дружбе?

Бай Лин вышла у меня из-за спины и наступила Масаши на ногу, чувствительно так наступила, вслух не сказала про «знай свое место», но намекнула весьма непрозрачно и хотела даже голос повысить, но я ее остановила. В самом деле, хотя никакой дружбы между мной и Масаши никогда не было, но и вредить мне он не вредил, честно не замечал пока я была прачкой, фыркал, когда я стала служанкой и кланялся, когда я стала фрейлиной. Про таких и говорят «честный вор», он искренне считает, что живет правильно, упадешь в грязь — наступит и не подумает, взлетишь вверх — поклонится и не поморщится.

Мы набрали сладостей для химэ, взяли и цубакимоти для Ханами. Неспешно пошли назад. В воздухе повисла тяжелая, предгрозовая духота, где-то вдалеке снова проворчал, прокатился гром, сухая пыль взметнулась по улице, заставляя людей зажмурится и закрыть лица рукавами или веером.

— Будет буря. — сказала мне Бай Лин, вглядываясь в темнеющую полоску неба на горизонте.

— Я знаю. — ответила ей я, прикрыв глаза ладонью и прищуриваясь вдаль. Где-то залаяла собака, на лай откликнулись другие. Дальше по улице раздался шум, топот, выкрики. Мы с Бай Лин отошли к стенке, освобождая дорогу кавалькаде из всадников, два десятка тяжеловооруженных воинов в темных, покрытых блестящим лаком доспехах, похожие на черных муравьев, с торчащими из колчанов стрелами и развевающимися по ветру флагами с цветами горечавки на бамбуке, родовым камоном Минамото — промчались мимо, обдав нас пылью и запахом разгоряченной конской плоти. Буря действительно грядет.

Глава 2

Глава 2

Мы уже почти дошли до Павильона Хризантем, когда меня окликнули. Обернувшись, я увидела Принца Рэндзи, Хозяина Павильона Осенней Грусти, как всегда, в своем темно-лиловом одеянии с черной шапочкой на голове и в компании двоих в доспехах и с мечами. Кто бы они ни были — это явно была не Гвардия, гвардейцы носили камон Минамото алого цвета, подчеркивая верность Императору и правящему дому, а у этих на камоне были изображены перекрещённые птичьи перья. Кто такие?

— И вам добрый день, Господин Да Рен. — кланяюсь я, придерживая левой рукой ножны меча, того самого «Благословения Рэнки», подарка Императрицы. — Я рада вас видеть. Какие дела привели вас в эту часть дворца?

— Кодама-но Аяко, или вернее будет называть вас Такэда-Кодама-но Аяко? — прищуривается Принц Рэндзи, поднимая свой веер, словно деревянную табличку с напоминаниями, прямо перед собой. — Примите мои поздравления с помолвкой, Первая Похабница Киото.

— Хм. Прокатилась дурная слава что похабница я и скандалистка. — не могу удержаться я. — Ах, какая смешная потеря, много в жизни смешных потерь. Стыдно мне что я в бога не верила, горько мне что не верю теперь.

— Какой… интересный слог. Даже в стихосложении вы умудряетесь быть не такой как все. Дракон может прикинуться карпом, но скрыть свою природу ему не дано. Вода начинает закипать вблизи его огненной чешуи, уважаемая Такэда-доно. — наклоняет голову Принц. Стоящие за его спиной двое в доспехах и с камоном черных перьев на белом фоне — меняют свое отношение к нам с Бай Лин. Едва заметно, но все же меняют. Это видно по тому, как один из них — наклонил голову и положил руку на рукоять своего тати, как второй — переступил с ноги на ногу, занимая позицию, как скользнул взглядом по моему мечу и моей правой руке, оценивая. Что тут происходит? Сзади меня насторожилась и Бай Лин, я почувствовала, как ее дыхание сбилось, а сама она переместилась мне под левую руку, зная, что я правша и справа она мне только мешаться будет. Сметливая девчонка, хотя и паршивка изрядная.

— Обожаю разговаривать загадками. — вздыхаю я и качаю головой. — Знаете, что такое желтое, пушистое, весит тысячу кан, имеет четыре крыла и четыре ноги? Нет? Почему цыпленок переходит дорогу? Как положить жирафа в тумбочку?

— А? — безупречно белая, фарфоровая маска приличий на лице Принца Рэндзи — дает трещину, и он недоуменно смотрит на меня. Но всего лишь на мгновение.

— Извините. — говорит он и на меня снова смотрит эта бесстрастная маска, которая растягивает легкую улыбку, но на самом деле не испытывает никаких эмоций. — Возможно я слишком увлекся, Госпожа Такэда. Пожалуйста, пройдемте с нами. Вы арестованы.

— Кто, я? Но за что⁈ — изображаю шок и неверие, хотя с того самого момента как увидела этих двоих за плечом у Принца Рэндзи, я поняла, что ничем хорошим это не закончится. Когда начинается смута или гражданская война всех против всех, арест — самое разлюбезное дело, как сказал бы бравый солдат Швейк. Арест, пытки и казнь, если повезет, то прозябание в каменном мешке и если повезет в квадрате, то, когда твои победят — тебя оттуда вытащат. Скорее всего покалеченную, с надрезанными сухожилиями и переломанными костями… ну уж нет. Первое правило таких как я всегда гласит — «не попадайся». А уж если попался — не дай себя схватить.

— Как я уже и говорил, дракон может прикинуться карпом, но он никого не обманет. Вода вокруг вас кипит, Такэда-доно. — опускает свой веер Принц Рэндзи. Двое за его спиной — начинают расходиться в разные стороны, окружая нас с Бай Лин. Паршивка в свою очередь опускает руку на рукоять своего длинного и прямого цзянь, отслеживая каждый шаг этих двоих. Я приподнимаю бровь. Они заходят за спину, но оставляют Принца без прикрытия, я ведь могу и… Принц поспешно делает шаг назад, скидывая хаори с плеч, веер летит