Истинная для двоих. Пленница желания - СИрения Страница 3

Глава 3

Эмилия

Он шел впереди, и казалось, что широкая спина поглощает весь свет двух лун. Каждый его шаг отдавался в земле глухим, угрожающим стуком. Я едва поспевала, спотыкаясь о корни, которые он перешагивал, даже не глядя под ноги. Ноги горели, в груди кололо, а в виске отзывалась тупой болью та самая рана, что привела меня сюда.

Мои мысли путались, цепляясь за обрывки реальности, которая уже не имела ко мне никакого отношения. Запах гари и пота, исходивший от него, был осязаемым и грубым, но почему-то не отталкивающим. Он был настоящим. Единственной твердой точкой в этом катящемся в тартарары мире. «Твой эскорт». Эти слова звучали как приговор. Я была вещью. Посылкой. Ценной — что бы это ни значило — но не более того.

Я рискнула бросить взгляд на его плечо. Темная, почти черная кровь медленно сочилась из рваной раны, пропитывая кожаную портупею. Он даже не пытался ее остановить, будто не замечая боли. Меня вдруг сковало странное чувство вины. Он получил ее из-за меня.

— Ваше плечо… — голос мой прозвучал хрипло и неуверенно. — Оно кровоточит.

Он не обернулся, не замедлил шаг. Только его могучие плечи слегка напряглись.

— Заткнись, — прорычал он в пространство перед собой. — И не отвлекай меня.

Я сглотнула комок обиды и страха, закусив губу. Ладно. Хорошо. Не буду отвлекать. Я сосредоточилась на том, чтобы просто идти, не падать, не плакать. Каждый вдох обжигал легкие холодным, непривычным воздухом. Каждый выдох превращался в облачко пара.

Знак на запястье пылал. Не болью, а странным, согревающим покалыванием, будто под кожей пульсировала крошечная звезда. Он был уродлив и прекрасен одновременно — сложное переплетение линий, похожее на морозный узор или паутину. Печать. Клеймо. Пропуск в новую, ужасную жизнь.

«Властитель». Кто он? Еще один орк? Более крупный и злой? Или что-то совсем иное? Мое воображение, подпитанное прочитанными книгами, рисовало чудовищные картины.

Лес постепенно редел, деревья становились меньше, а между стволами стали проглядывать очертания чего-то грандиозного. Скалы? Стены? И тогда я увидела его. Город.

Он возник в разрыве между деревьями словно мираж — черный, колючий, величественный. Башни, острые, как иглы дикобраза, впивались в фиолетовое небо. Стены были высечены из глянцевого, черного камня, который отражал лунный свет, создавая иллюзию движения. Весь город казался вырезанным из единой глыбы обсидиана. Никаких огней в окнах, только тусклое, призрачное сияние, исходившее от самих стен и от гигантских, биолюминесцентных грибов, росших у их подножья. Это было одновременно потрясающе красиво и леденяще душу. Я замерла, не в силах оторвать взгляд. Мое сердце бешено заколотилось, но уже не от бега, а от осознания масштаба происходящего.

Грем, наконец, остановился, обернувшись. Его лицо, освещенное двойным лунным светом, казалось высеченным из того же камня, что и город — жестким, неулыбчивым, вечным.

— Илирит, — произнес он коротко, и в его голосе я уловила не гордость, а некое привычное, тяжелое уважение. — Столица. Логово Дроу. Твой новый дом, если повезет.

Дроу. Слово отозвалось в памяти смутными образами. Темные эльфы. Злые, коварные, прекрасные. Обитатели подземелий. Значит, не орки. Хуже. Намного хуже.

— А ты… — я сглотнула. — Ты же не дроу.

Он фыркнул, и это было похоже на звук, который издает медведь.

— Я — Грем, сын Кхазада, генерал оркских кланов Горных Вершин, — он сказал это с оттенком вызова, будто ожидая, что я вздрогну от ужаса. Я просто кивнула. Для меня это ничего не значило. — Мы — союзники. По необходимости. Мое племя охраняет горные проходы к этому проклятому месту.

Он повернулся и снова зашагал, теперь уже к гигантским, черным воротам, которые медленно, бесшумно распахнулись перед нами, как пасть гигантского зверя. Мы вошли внутрь. Тень городских стен поглотила нас. Улицы были широкими, пустынными и идеально чистыми. Здания вздымались ввысь, их остроконечные шпили пронзали небо. Повсюду мерцали те самые светящиеся грибы и кристаллы, встроенные в стены, отбрасывая длинные тени. В воздухе висела тишина, нарушаемая лишь нашими шагами — его тяжелыми и моими неуверенными.

Изредка из переулков появлялись дроу. Высокие, изящные, с кожей цвета темного серебра или черного дерева и волосами оттенка лунного света или крови. Их глаза, ярко-красные, белые или сияющие фиолетовым, холодно скользили по нам с безразличным любопытством. Они были до невозможности красивы. Их взгляды, полные превосходства и скрытой насмешки, обжигали меня сильнее, чем открытая ненависть Грема. Он шел, не обращая на них внимания, его осанка говорила о силе и праве быть здесь. Я же чувствовала себя мышью.

Наконец мы вышли на огромную площадь, в центре которой высился самый величественный и самый мрачный дворец из всех, что я видела. Его стены украшала сложная резьба, изображающая пауков, битвы и странные, замысловатые символы.

У массивных дверей из черного дерева, инкрустированных серебром, нас ждал страж. Высокий дроу в изысканной, но грозной броне. Его белые глаза безразлично оценили Грема, а затем остановились на мне. На моем запястье.

— Генерал Грем, — его голос был мелодичным и холодным, как звон льдинок. — Властитель ожидает отчета. И… ее.

— Вот она, — буркнул Грем, слегка отстранившись, чтобы выставить меня вперед, будто показывая товар. — Нашел я ее в Чащах. Помечена.

Страж кивнул и повернулся к дверям.

— Следуй за мной. Ожидай в преддверии Тронного зала. Властитель почтит тебя своим присутствием, когда сочтет нужным.

Грем толкнул меня в спину, заставляя сделать шаг вперед. Я оступилась на высоком пороге. Он не поддержал меня. Двери закрылись за нами с тихим, окончательным щелчком. Мы остались в огромном, пустом зале с высокими сводами. Свет здесь был еще более призрачным. Грем отошел к стене, прислонился к ней и скрестил руки на груди, всем видом показывая, что наше «путешествие» окончено и его обязанности выполнены. Он смотрел куда-то в пространство, избегая моего взгляда. Рана на его плече все еще сочилась. Мы молчали. Тишина давила на уши. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться. Платье было тонким, а камень под ногами излучал леденящий холод.

— Спасибо, — прошептала я, сама не зная, за что благодарю его. За то, что не убил? За то, что привел сюда, в эту новую ловушку?

Он медленно перевел на меня свой взгляд. В его янтарных глазах бушевали какие-то сложные, темные чувства.

— Не благодари, — его голос прозвучал глухо. — Это еще только начало. И для тебя, и для меня. И ты еще пожалеешь, что я не оставил тебя на съедение тому Псу.

Он снова отвернулся, положив