Истинная для предателя, или Любовь на десерт - Елена Алеева Страница 3

Молодая женщина согласилась бы с ней… И если мать боялась остаться без материальной поддержки Ралеса, то Юлиса не представляла себе жизни без любимого. Вот только он, скорее всего, уже принял решение.

— Лавана, ты действительно считаешь, что пара заводов по обработке кристаллов и несколько мастерских это отличное наследство?! Десять лет назад так и было, но теперь, когда кристаллы упали в цене, доход уменьшился в несколько раз! На что мы будем жить?! — завыла Нарита.

— Не гневи Богов, подруга! Люди живут и с меньшими доходами, — одернула ее женщина, — Немного урежешь свои расходы…

— Немного?! Да я не смогу ходить на приемы! Меня перестанут пускать в лучшие дома! Ты и сама знаешь, сколько стоит наряд у лучшей портнихи! А как же мой прием, который я планировала организовать в следующем месяце? Да на него ведь никто не придет, как только узнают, что я больше не принадлежу к семье Дорн!

— А о своей дочери ты подумала? Каково ей? — тихо, со сдерживаемым раздражением бросила Лавана.

Женщины были такими разными, Юлиса никогда не могла понять, как подруга матери, такая спокойная и рассудительная терпит такую взбалмошную и эгоистичную особу, как Нарита.

— Ей? Так ей и надо! — в сердцах бросила мать, вызвав у Юлисы очередной тяжелый всхлип, — Говорила я ей, роди наконец ребенка, никуда бы Ралес тогда не делся! И не беда, что встретил истинную, обеспечивал бы и Юлису и своего ребенка, как миленький!

Молодая женщина знала, что была для матери лишь средством достижения обеспеченной жизни. Сначала у отца, а теперь и у зятя, который не отказывал ей ни в чем, исключением была лишь поездка на курорт, куда так мечтала попасть ее мать. Презентабельный дорогой, он был мечтой Нариты.

Когда-то муж обещал поехать с ней на этот курорт, но доходы с производства резко упали и у отца не стало не только свободных денег, но и времени, а потом он и вовсе приказал долго жить. Слишком много неприятностей на него свалилась в тот год.

Нарита надеялась на обещание зятя, отправить ее туда, как только Юлиса забеременеет первенцем… Юлиса забеременела, а Ралес уже никогда не оплатит ее матери поездку на побережье. Да и первенец, скорее всего ему больше не нужен. От нее не нужен…

Она должна поговорить с ним! Должна объяснить ему, что та другая его обманывает….

Женщина облокотилась о прикроватный столик, на котором стоял кувшин с отваром, но она так и не отпила из него. Столик накренился, кувшин закачался и упал, а отвар разлился по деревянному полу.

Если бы она не была сейчас настолько погружена в свои мысли, то, возможно не ступила бы ногами на мокрый пол и не поскользнулась бы, обессиленная от переживаний, не сумев удержать равновесие и не ударилась бы виском об угол стола.

Она лежала на полу, не успев осознать или испугаться, ее волосы разметались, а с виска стекал бурый ручеек.

Глава 3

— Детка! Как же это? — незнакомый женский голос колоколом долбил по вискам, пока мою тушку тянули куда-то вверх, а потом укладывали, скорее всего, на кровать.

Но даже несмотря на невыносимую головную боль, меня посетила мысль, что «деткой», меня называл только мой муж. Вот только этот голос был точно не мужским.

В голове все путалось, взрывалось, гудело… Я не могла даже сфокусировать зрение на чем-то, пришлось зажмуриться. Рядом, чувствовала движение воздуха, скорее всего та самая женщина, голос которой я слышала, ходила поблизости.

— Сейчас позову кого-нибудь, тут прибраться, — произнесла она прежде, чем покинуть комнату, судя по хлопнувшей двери.

А в мою голову ворвался непонятный вихрь из мыслей, слов, картинок и эмоций. Не знаю, сколько это длилось, но, когда я открыла глаза, вскрикнула от ужаса.

Комната была мало того, что незнакомой, она была странной. Словно я оказалась в какой — то средневековой игре или постановке. Все старинное, допотопное, да таких вещей нет в нашем мире уже лет сто. А потом меня накрыло последнее воспоминание…

Муж с перекошенным от гнева лицом… Развод… Известие о беременности… Такси… Авария…

Мой малыш! Прижала к животу руки, а по щекам бежали слезы. Но не успела я осознать произошедшее, как на меня навалились чужие воспоминания.

— Этого не может быть! Просто невозможно, — шептала я, заметив появившуюся в комнате девушку, которая принялась возить тряпкой по полу, изредка бросая на меня любопытные взгляды.

Как только она вышла, прихватив с собой ведро и тряпку, я бросилась к тумбе, на которой стояло небольшое зеркальце. Ну, как бросилась… Перекатилась на другую половину кровати, да и то с трудом. Дотянувшись до мутного зеркальца дрожащей рукой, осторожно заглянула в него.

— Черт подери! Это не я! То есть я… Но совсем не я!

Девушку, смотревшую на меня из отражения, можно было бы назвать моей точной копией, если бы не глаза. Они были настолько яркими, что я не могла оторвать взгляда от их неестественного цвета. Длина и цвет волос были такими же, как и у меня.

Фигура…

Провела рукой по еще плоскому животику, улыбнулась. Почему-то во мне появилась уверенность, что я ношу своего малыша, того, который погиб со мной там, на Земле. Тело, в которое меня забросило было идеальным, в отличие от моего настоящего, где я все время пыталась сбросить лишние пару — тройку килограмм.

И все же несмотря на то, что мы были так похожи, свыкнуться с мыслью, что я оказалась после смерти в чужом, незнакомом мне мире, было страшно. Отложила зеркало и снова откинулась на подушки.

Мне нужно было немного прийти в себя и попытаться разделить воспоминания. Свои от тех, что принадлежали прошлой хозяйки моего нового тела.

— Прости меня, детка, я не сказала лэре Нарите о твоем приезде, чтобы она… — женщина замолчала, виновато опустив взгляд, словно это она была причиной, по которой Нарита могла сорвать зло на дочери, — Она слегла с мигренью.

Черт! Как же все сложно! Словно мало мне одной трагедии в моей жизни, так еще и трагедия у моего нового тела. Как мне все это осознать? Я даже не могу поверить, что все это не сон или глупый розыгрыш!

— Эм… Тана, — в голове, словно подсказка, всплыло имя женщины, — ты можешь пока не сообщать матери, о моем нахождении в ее доме? — прикрыв глаза, попросила я.

Не знаю откуда, но я чувствую, что она расположена ко мне.

— Да я и не думала… До