На пыльных тропинках далеких планет - Алексей Викторович Широков Страница 3

его тонким полем. Офигенная тренировка получалась. А если было мало всегда можно было добавить ещё один кубик. Или два… или пять. У Сикорской-старшей, когда она это объясняла было такое мечтательное выражение лица, что я дал себе слово никогда не жаловаться. А то знаю я их. Одна током лупит, другая льдинами хреначит и всё ради быстрейшего развития. А я может жить хочу.

Вот кто был безусловно рад тому, что я завис на даче так это Василь Васильич. Конечно, по свободолюбивой кошачьей натуре он не мог это прямо показать, но стоило мне устроиться на диване, начав заниматься, как кот был тут как тут, забирался мне на колени и требовал его гладить и чесать. Ещё и возмущался если я отвлекался. Я думал, он меня забыл, пока я был в армии, но нет, наоборот. Рыжий хоть и считал себя полноценным хозяином дома моему появлению весьма обрадовался. И практически не отходил, хоть делал это по-своему. Если я был занят чем-то другим, просто ложился неподалёку и краем глаза наблюдал, чтобы я никуда не делся снова.

Ещё больше рада была Найда, но та и не скрывала этого, а прыгала вокруг меня словно мячик и старалась облизать лицо. Запирать её больше никто не пытался, наоборот, за два года возле Источника развернули полноценный служебный кинологический питомник полувольного содержания. А вот свинарник всё же убрали. Как я понял, был открыт ещё один Источник где-то в области. Территория там была не слишком удобная для работы и проживания, болотистая местность не давала развернуть исследовательские мощности, зато вот для свиней это оказалось раем.

Вкусный рогоз, который пёр как на дрожжах, не замерзающее на зиму болото, короче все условия для свиноводства. Да, не ферма, где свинину отгружают тоннами в день, но мясо зверей-энергетов ценилось на несколько порядков выше, так что экономически строительство было совершенно оправдано. А уж про пользу для молодых энергетов и вспоминать не стоило, в свободную продажу энергетическая свинина просто не поступала, всё разбирали для спецпайков. Мы тоже такой получали, а с момента как я стал Командором начали привозить усиленный. Половину я отдавал маме, потому что самому хватало оставшегося, плюс наши, скажем так, тренировки с девочками. А вот мелкой требовалось хорошо питаться, чтобы вырасти большой и пройти инициацию. И для сестры мне ничего было не жалко.

«Чайка» несла меня по заснеженному городу. Мама сказала, что дома всё есть, с запасом, потому что готовились к моему дню рождения заранее. И сегодня с утра она с моими девочками, Светкой, Ефросиньей Петровной и присоединившейся к ним Сарой Семёновной с самого утра готовили праздничный ужин. А чтобы я не мешался, выгнали меня в институт, заниматься своими делами. И вот я возвращался, чувствуя, как в душе поднимается нечто тёплое и, казалось бы, давно и прочно забытое. Так, я в далёком-далёком детстве другого мира ждал Новый год. И лишь сейчас до меня дошло, что это было не волнение перед подарком, а ощущение того, что я дома. Тепло семьи, родного человека, любящего меня без каких-либо условий и требований. И впервые за долгое время я снова ощутил себя кому-то нужным. И единственным моим желанием на день рождения было чтобы это ощущение не заканчивалось.

Глава 2

— Ну наконец-то! — Софья чмокнула меня в щёку и улыбнулась. — Вроде бы это тебе сегодня должны дарить цветы? Или это и есть они от тайных поклонниц?

— Я не девица, чтобы мне цветы дарили, да и поклонницы у меня все явные, — я подмигнул невесте и выбрав из пучка букетов белые розы протянул ей. — И для прекраснейшей из них эти цветы, являющиеся лишь бледной тенью её красоты.

— Льстец, — розы были приняты, я поцелован отпущен вручать остальные букеты. Правда далеко уйти не успел. — Там родители с бабушкой приехали. Они на втором этаже в малой гостиной.

Казалось бы, родители невесты, что такого необычного, если только не знать кто у неё бабушка. Точнее прапрапра… я если честно сам путаюсь, да и не тянет Татьяна Игоревна на прапрапра. Так что у них в семье принято отпускать все эти приставки. А я так и вовсе по имени отчеству величаю сильнейшего Архонта Земли. Это, конечно, спорно, поскольку никаких сравнений никто не проводил, но факт остаётся фактом, из тех, кто активно участвовал в боях Второй мировой товарищ Сикорская известная всему остальному миру под позывным Матушка Зима оказалась самой сильной и живучей.

Это могли подтвердить минимум трое фашистских ублюдков и два японских, ликвидированные ей лично. Ну и Менгеле, но этот подонок боевиком никогда не был. Кстати, в кулуарах ходило мнение, что капитуляция Японии была связана именно с разгромом Квантунской армии, где кроме Татьяны Игоревны отметились ещё двое наших Архонтов и уже планировали стремительный рывок прямо через океан всем советским корпусом, причём это не казалось бредом. Создать гигантскую льдину, на которой поместится весь контингент и провести его до островов было вполне реальным проектом. Но реализовать его не успели, Япония стремительно сдалась США, якобы из страха перед дальнейшими ядерными ударами. Что весьма сомнительно, зная, что в результате бомбардировок погибло не более двухсот военных и среди них не было ни одного энергета высокого ранга.

Вот такая была у меня наставница и гоняли меня в хвост и в гриву. Но я этому был только рад иначе давно бы уже сложил буйную головушку в какой-нибудь очередной переделке, в которые я влезал с завидной регулярностью. Да я даже в армии нашёл приключений на нижние девяносто, один только восставший из мёртвых нацист чего стоит. Тогда я реально по краю прошёл, ещё бы чуть-чуть и или выгорел бы полностью или меня распылило бы на частицы. Но выжил, восстановился, стал сильнее. Да ещё получил звезду Героя Советского Союза. Нет слов, приятно, хоть до сих пор считаю, что и первая и вторая награды черезмерны. Но что поделать, с командованием не спорят, особенно когда тебе орден вручает лично товарищ Сталин. Тут остаётся только хлопать глазами от счастья и не лезть со своим, невероятно важным, мнением.

— Ой, Сёмушка, да зачем?!! — Ефросинья Петровна всплеснула руками глядя на большой букет разноцветных гербер. — Я же старая уже! Куда мне цветы!

— Вы, Ефросинья Петровна, всегда молоды и как хранитель этого дома, бодры и веселы! — Мать отчима действительно подлечили в хорошем санатории для высшего партийного руководства, путёвку в который достала всё та же Сикорская-старшая, так что пожилая