Ох уж этот Мин Джин Хо 9 - Александр Кронос Страница 29

Я было собирался ответить, но тут собеседник продолжил.

— И ещё. С чего им вообще идти на такие меры из-за этого закона? Да, описали вы перспективы неплохо, но сейчас речь исключительно об исследованиях.

Откинувшись назад, я сделал глоток кофе. Внимательно посмотрел на мужчину.

— Вы изучали ситуацию в этой отрасли? Тесно с ней знакомы?

Тот слегка качнул головой.

— Откровенно говоря, нет. Но я прекрасно понимаю разницу между фундаментальными изысканиями и прикладным применением.

Я усмехнулся. Поставил чашку кофе на место.

— В мире множество специалистов, которые давно и упорно твердят о необходимости новых законов. Буквально умоляют власти позволить им двигать прогресс дальше. У них уже есть наработки. Теоретические и созданные на базе компьютерных моделей, но тем не менее. А вот возможности воплотить их на практике, нет.

Придвинувшись ближе, продолжил.

— Они буквально в двух шагах от решения массы проблем. Даже банальная замена органов на полностью идентичные, без риска отторжения, позволила бы серьёзно поднять продолжительность жизни. Не говоря о том, что сейчас трансплантировать можно не только органы. Пересаживают практически всё. Любые части тела. Понимаете о чём я? Насколько стало бы проще избавляться от солидной части тяжелых болезней.

Он медленно наклонил голову.

— Предположим. Но…

Я поднял руку, останавливая его.

— И это не вопрос вековых исследований. Могу поспорить, прототип появится лет через десять. Может быть сильно раньше. Даже вы сможете им воспользоваться. Не говоря о ваших детях. У которых появится перспектива полноценно прожить дольше ста лет, сохраняя активность. Как минимум.

Улыбнувшись, озвучил вопрос.

— Теперь скажите, сколько вы заплатили бы за продление активной жизни до сотни лет? Или сколько были бы готовы отдать за такую же услугу для своих детей? Не обязательно сразу. Например в формате ежемесячной страховки, которые покрывала бы все потребности. Оформили бы такую на своего ребёнка?

На этот раз собеседник размышлял куда дольше. Не меньше тридцати секунд сидел на месте, прокручивая в голове услышанное и смотря на меня с некоторым недоверием в глазах.

— Если ситуация будет развиваться именно так, то… Это будет революция в медицине. И…

Он замолчал, видимо подбирая слова. Но смысл был и так прекрасно ясен. Так что я продолжил его фразу сам.

— И граждане всех стран мира будут стоять в очередях, чтобы получить эту страховку. Ту самую, которую станут выдавать корейские компании. А если какая-то фирма добьётся успеха в исследованиях генома и сможет создать рабочую технологию его редактирования, то мир вовсе полностью изменится.

Теперь он смотрел на меня иначе. Одновременно с надеждой и нотками сочувствия, которые появляются у людей, когда они видят увлечённых безнадёжным делом безумцев.

— Вы же понимаете, что если это случится, остальной мир тоже на месте стоять не будет?

Я согласно кивнул.

— Естественно. Именно поэтому фарма-гигантам невыгодна моя ликвидация. По крайней мере в обозримом будущем.

Тот непонимающе нахмурился и я попробовал объяснить.

— Они развернут тут исследовательские подразделения. Отыщут и перебросят специалистов. Возможно даже переведут своих, которые до того работали на компьютерах или ставили опыты где-то в странах Африки. А когда появятся первые рабочие прототипы, обрушатся на собственные правительства, требуя внести изменения в законодательство.

Сидящий напротив мужчина скептически скривил губы.

— Даже в нашем случае, стоит готовиться к масштабным протестам. А сам закон не появился бы без вашего участия и серии ловких манёвров, к которым у многих моих коллег есть вопросы.

Сделав короткую паузу, внезапно сменил тему.

— Как давно вы им занимались, если не секрет? Насколько я знаю, беседа между вами и нынешним президентом состоялась буквально на днях. Массовые утечки от депутатов парламента начались позже. А группа штатовских специалистов работает в Сеуле уже пару недель.

Я пожал плечами.

— Подготовительный этап начался давно. Как я уже говорил в начале нашей беседы, иногда нужно дождаться удачного момента. И только тогда начинать действовать. Как именно произошла утечка, я судить не берусь. Но раз вы в курсе моей биографии, то и про У Рам Ха должны были слышать. Возможно это его рук дело.

Разведчик прищурился, но комментировать не стал. Вместо этого вернулся к предыдущему вопросу.

— В чём выгода других компаний, если они всё равно не смогут воспользоваться плодами своих инвестиций? Их политики не пойдут на такой шаг. Изменения законодательства в других странах, это нечто из области фантастики.

Я цокнул языком.

— Вас же обучают стратегическому мышлению, верно? Вы должны понимать, что парадигма изменится. Это сейчас перед людьми рисуют воображаемые картинки, где на куски режут их соседей и в целом творят какое-то безумное непотребство. Все разговоры о клонах наталкиваются на стену непонимания и отторжения. Луддиты в своё время точно так же жгли и разрушали станки. Ситуация тогда была иной, но смысл немного схожим.

Офицер наморщил лоб, анализируя мои слова. Я же продолжил.

— Как только люди увидят, как всё происходит на практике, ситуация изменится. А когда появятся первые рабочие технологии, она будет переломлена в корне. Когда стоит выбор — умереть раньше на полсотни лет и болеть из-за абстрактных убеждений, которые озвучивает с экрана какой-то человек, или получить долгую беззаботную жизнь, основная масса выберет второе. Убеждённых фанатиков, готовых умирать за абстракции не так много.

Теперь в его глазах блеснуло понимание и спустя несколько секунд мужчина сам озвучил посыл.

— Вы к тому, что политики переориентируются сами, потому что электорат будет желать изменений в законах?

Я кивнул.

— Верно. Возможно фармацевтическим корпорациям придётся подтолкнуть этот процесс, чтобы реализовать всё несколько раньше. Но даже без них, регулирование отрасли кардинально изменится. Всё, что останется сделать потом — каким-то образом забрать технологии и людей, которые их создали. Изъять их из лабораторий на территории Кореи и устроить к себе. Заполучив уже готовые проекты и опередив конкурентов,