Признание - Сергей Баранников Страница 28

сумерек появилась новая проблема — полчища комаров, которые совершенно не боялись ни хлопков, ни костра и легко пробирались в палатку. Спасением стала смесь трав, которую я приготовил в мешочке. Стоило мне разжечь огонь и смешать в тигеле высушенные и нарубленные базилик, кошачью мяту и полынь, как комаров сдуло напрочь. Разузнав о чудодейственном средстве соседи по палатке, а потом и половина палаточного лагеря направилась к нам за помощью. В эту ночь мы стали настоящими героями.

А наутро нас ждала конная прогулка. Я готов был поспорить, что и здесь не обойдётся без травм, но к великому счастью всё прошло гладко. Если не считать затёкшей спины, шеи и ноющих ягодиц.

А вот сплав на байдарках стал настоящим испытанием силы, выносливости, умения чувствовать баланс и работать в паре. Мы разбились по два человека, но если я рассчитывал, что в паре будет кто-то опытный, то сильно ошибался. Грести через пороги нам предстояло самостоятельно. Даже не помню сколько раз мы переворачивались, получали веслом от соседей и сталкивались с препятствиями. Вымокшие, уставшие, с синяками на руках мы с большим трудом добрались до Берестовья. Но если относиться ко всему с юмором, можно пережить и не такие проблемы. Мы провели всего два дня в этой поездке, но я готов поспорить, что многим она запомнится надолго. На борт «Летучего» мы поднимались вымотанными, но воодушевлёнными. Хотя, это касалось не всех. Спутницу Шабанова доставили на борт корабля на автомобиле. Аристократ с кулаками набросился на проводника, когда узнал, что от Семёновска до Берестовья была грунтовая дорога, по которой можно легко проехать на машине. Правда, для этого приходилось делать крюк километров в десять, но это всё ещё легче, чем бродить пешком по холмам.

— Это туристический маршрут, — виновато пожимал плечами парень, искренне не понимая причины негодования тучного аристократа.

Это путешествие научило меня тому, что нужно тщательно изучать предлагаемый маршрут и не соглашаться ни на какие экскурсии, если они требуют серьёзной физической подготовки.

— После такого отдыха ещё неделю отдыхать придётся, — пожаловалась Лера, когда мы вернулись домой.

— Завтра точно никуда, а вот через два дня хочу тебя пригласить на одно важное мероприятие.

— Если не придётся грести по бурной горной реке, или лазать по холмам, я согласна.

— Нет, там всё проще. Приготовь вечернее платье, потому как мы идём на презентацию нового изобретения Дмитрича.

С тех пор как Горюнов завершил разработку своего изобретения, прошёл почти год, но он всё медлил с официальной презентацией. Как я понял, причиной тому была бумажная волокита. Изобретение следовало зарегистрировать, дождаться одобрения Палаты артефакторов, провести испытания, и только потом официально презентовать для широкой публики. К счастью, Пал Дмитрич успешно преодолел все испытания и довёл дело до конца.

Мне раньше приходилось бывать в Градовецкой академии артефакторов, только по другому поводу. Как сейчас помню, лекцию профессора Жжёнова, посвящённую очередной промышленной революции, которая по его мнению вот-вот должна была захлестнуть весь мир. Вот только по непонятным причинам революция захлёбывалась. Теперь у меня нашёлся другой повод — презентация Горюнова.

— Костя! Лера! Рад вас видеть, — просиял Дмитрич, стоило нам появиться на пороге, и повернулся к своим коллегам. — Знакомьтесь с моими друзьями. Это целители из Второй городской больницы.

— О, решили воочию убедиться как наши изобретения оставляют людей с вашим даром на страницах истории? — решил сострить мужчина в чёрном фраке с длинными торчащими в стороны рыжими усами. Надетые на него белые брюки совершенно нелепо смотрелись с тёмным верхом. Хотя такой наряд и считался вполне допустимым, но в этом случае был подобран совершенно нелепо.

— Наоборот, хочу посмотреть что нового придумали светлые головы. Может, найдётся что-нибудь полезное, что упростит или повысит качество оказания помощи пациентам.

— О, я вас помню! — вмешался другой мужчина, который по комплекции напоминал более ратника, чем изобретателя. — Вы были на лекции профессора Жжёнова в прошлом году и поставили его в неловкое положение.

— Асклепий мне свидетель, я этого не хотел, — ответил я с улыбкой.

— Бурдюков Семён Филиппович, — представился богатырь. — Сочту за честь знакомство с вами. Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу моего изобретения…

— Старый ты меховой бурдюк! — перебил его Горюнов на свой манер. — О своих изобретениях будешь заливать потом, а сейчас не порть мой вечер. Идёмте, уже все собираются!

Пал Дмитрич намеренно не дал нам сесть рядом с Бурдюковым, словно оберегал от назойливого внимания.

— Честно говоря, мне здесь немного неуютно, — призналась Лера. — Я чувствую себя, словно попугай в клетке, который нужен только для красоты.

— Не обращай внимания, большинство этих людей скептически относятся к целителям, разделяя идею, что скоро всё будет подчинено артефакторике.

— Вдвойне приятно слышать это от целителя, — произнёс мужчина в нелепом костюме, который умудрился сесть у нас за спиной.

— Погодите, но ведь артефакторы создают механизмы с помощью дара? — поинтересовалась Лера.

— Совершенно верно! — не почувствовав подвоха, произнёс изобретатель. — Мы ощущаем дух механизмов, видим как всё работает на тонком плане и чувствуем где нужно внести изменения, чтобы работало лучше. Для вас это просто груда металла со странными очертаниями, а для нас — нечто живое и понятное.

— Но если вы используете дар для создания механизмов, а некоторые изобретения невозможно произвести без дара, выходит, ваши попытки отменить одарённых — не более, чем пустое сотрясение воздуха? Вы ведь не можете отменить сами себя.

На несколько секунд мужчина завис, а затем посмотрел на Леру с уважением, которого я не видел во взгляде артефактора раньше.

— Моё почтение, вы разбили мои доводы в пух и прах. Константин Юрьевич, вам очень повезло с женой.

— Я знаю, — ответил я, сжав руку Леры, а она расплылась в улыбке. Теперь девушка чувствовала себя намного увереннее.

Официальная часть началась, поэтому разговоры в зале смолкли, а всё внимание было обращено на сцену, где выступал Горюнов.

— Вот эта вещь, — произнёс Пал Дмитрич, взяв в руки кардиостимулятор без верхней крышки, что позволило увидеть его внутреннее устройство. — Верный помощник для людей, страдающих от сердечной недостаточности, брадикардии и ряда других сердечных болезней. Многие коллеги говорят о том, что благодаря нашим открытиям целители скоро будут отброшены на задворки истории, но я хочу сказать, что вы глубоко ошибаетесь. Что бионические протезы, широко используемые в имплантации, что моё изобретение, требуют помощи целителей для установки и обслуживания, потому как части устройства крепятся напрямую к мышцам. В данном случае речь идёт о сердечной мышце. Установить эти устройства без помощи целителей