Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 - Виктор Петровский Страница 27

Он был вырезан из темного, мореного дерева, покрытого сложной вязью защитных рун. Никакого пластика, никаких проводов, никакого хромированного металла, к которому я привык в лаборатории Министерства. Чистая, ламповая классика. На столешнице — специальные держатели для кристаллов, увеличительные линзы на бронзовых шарнирах, наборы тончайших резцов и кисточек из шерсти каких-то экзотических зверей.

Совершенно не похоже на наш индустриальный маготех. Этот стол выглядел так, будто его вытащили прямиком из лавки чародея в какой-нибудь фэнтезийной игре. От него веяло уютом, тайной и основательностью. Я поймал себя на мысли, что и сам бы не отказался от такого рабочего места. Сидеть тут вечерами, ковырять заклинания под треск… Если не камина, так хоть теплового кристалла. Атмосферно.

— Присаживайтесь, Дмитрий Сергеевич, — Игнат Васильевич указал на высокий табурет, а сам занял место за верстаком, включив яркую лампу на гибкой ножке. — Итак, я весь внимание. Что будем творить?

Я достал блокнот.

— Мне нужны три носителя, — перешел я к делу. — Два женских браслета. Что-нибудь неброское, но элегантное, чтобы можно было носить и с деловым костюмом, и с повседневной одеждой. Серебро или сталь, на ваш вкус. И один… скажем, браслет для часов. Кожаный или металлический, но с пластиной под зачарование. Для мужчины.

— Понял, — кивнул мастер, уже что-то прикидывая в уме. — Материалы есть. А что по наполнению? Что-нибудь из моего ассортимента?

— Нет, — я открыл блокнот на чистой странице. — Наполнение мое.

Я взял ручку и начал быстро набрасывать схему.

Это не был полный код алгоритма «Страж», я не собирался дарить уникальную разработку, даже хорошему человеку. Я рисовал «посадочные места» — структуру узлов, которые мне нужны были в металле, чтобы потом «залить» туда свое заклинание.

— Мне нужно, чтобы вы собрали физическую основу вот под эту схему, — пояснил я, поворачивая блокнот к нему. — Три контура, замкнутые в кольцо. Накопитель — средней емкости, но с быстрой отдачей.

Игнат Васильевич надел очки-лупы и склонился над рисунком.

— Хм… — протянул он. — Обычно берут готовые наработки. Дмитрий Сергеевич, вы можете просто сказать, какое действие нужно. Я сам подберу структуру заклинаний, зачем вам велосипед изобретать?

Я покачал головой.

— Это не велосипед, Игнат Васильевич. Это авторская разработка. В открытом доступе этих заклинаний нет, и в справочниках вы их не найдете.

Мастер поднял на меня взгляд поверх очков. И взгляд, замечу, весьма уважительный.

— О как… Авторское, значит. Понял. Вопросов не имею.

Он снова уткнулся в схему, водя по линиям грубым пальцем с въевшейся в кожу пылью.

— Интересное плетение… Сложное. Многослойное. Тут обычным литьем не обойдешься, придется гравировать вручную. И кристаллы нужны чистые, без примесей, иначе фонить будет.

— Справитесь?

— Обижаете, — хмыкнул дед. — Справлюсь. Даже интересно, давненько я таких головоломок не решал. Все больше ширпотреб просят.

Он отложил блокнот и посмотрел на меня деловито.

— Сделаю. Материалы подберу высший сорт. Серебро, думаю, лучше всего пойдет — оно магию мягко держит. Для мужского — титан можно.

— Отлично.

— А размеры-то какие? — буднично спросил он, открывая ящик стола и доставая измерительную ленту.

Я застыл.

— Размеры?

— Ну да. Запястья-то у всех разные. Если браслет болтаться будет или жать — какой от него толк? Тем более, тут контур замкнутый нужен, близко к коже.

Я открыл рот, чтобы ответить, и закрыл его.

Размеры.

Ну конечно. Размеры.

Я знал магическую формулу, на ходу продумал техническое задание, чтоб не слить все наработки, нашел мастера, предусмотрел секретность.

Но я, черт возьми, понятия не имел, какой обхват запястья у Василисы. Или у Марии. Про Илью я вообще молчу — у него рука как моя или толще?

Я попытался показать руками. Развел большой и указательный пальцы, изображая некий абстрактный круг. Потом сжал. Потом развел снова.

— Ну… Это самое… — выдавил я. — Обычные такие. Женские. И одна мужская.

Выглядел я в этот момент, наверное, как полный кретин. Великий комбинатор, гроза преступности, который не может купить браслетик, не облажавшись. Спланировал операцию, а патроны забыл.

Игнат Васильевич смотрел на мои манипуляции с доброй, снисходительной усмешкой.

— «Обычные» — это понятие растяжимое, Дмитрий Сергеевич. У моей дочери ручка как спичка, а у супруги — кость широкая. Без мерки делать — только материал переводить.

Я вздохнул, признавая поражение.

— Понял. Виноват. Исправлюсь.

— Давайте так, — предложил мастер. — Вы сейчас позвоните, уточните. А я пока материалы подготовлю.

— Сейчас уточню.

Я достал телефон. Кому звонить? Василисе? Она сейчас не в том настроении, чтобы обсуждать бижутерию, да и сюрприз испорчу. Родителям Ильи? Странно будет: «Здрасьте, я начальник вашего сына, который в коме, померьте ему руку».

Мария.

Она секретарь, она женщина, она наблюдательная. И она сейчас, судя по «Весам», не в приемной — значит, в лаборатории скорее всего, и Василису сможет спросить сама, если не знает.

Я набрал ее номер.

— Алло, Дмитрий Сергеевич? — голос Марии дрожал от напряжения. Она ответила после первого же гудка. — Что-то случилось? Вы в порядке?

— Да, все отлично, — поспешил я успокоить ее. — Жив, здоров, на свободе. У меня к вам будет странный вопрос…

— Да, конечно, спрашивайте! — выдохнула она с облегчением.

— Мария Ивановна, какой у вас обхват запястья? В сантиметрах.

— Шестнадцать, — ответила она мгновенно, без запинки. Девушки такие вещи знают.

— Отлично. А у Василисы Дмитриевны?

— Ой, не знаю… Но она тут, рядом. Сейчас дам трубочку.

— Нет, просто спро…

Поздно. Послышался шорох, звук перекладываемого телефона.

— Дмитрий? — голос Василисы был настороженным и усталым.

— Василиса, привет. Скажи диаметр запястья.

— Диаметр… Запястья? — недоуменно спросила она. — Волконский, ты чем там занят? Я думала, ты наконец-то за ум взялся, решил на дно залечь! А ты что, по магазинам ходишь?

— Вопрос твоей безопасности, — коротко ответил я, игнорируя шпильку. — Говори диаметр.

Послышался тяжелый вздох.

— Ну… Обычный?

Я едва сдержал внутренний смешок. Приятно знать, что я не один такой «инженер», который в человеческих габаритах плавает и мыслит абстракциями.

— Вот и я говорю «обычный», но этого мало, — сказал я. — Точный скажи. Возьми сантиметровую ленту, или заклинанием померь. Я жду.

— Ладно, сейчас… — послышалось шуршание бумаги и стук чего-то пластикового. Через полминуты она вернулась: — Семнадцать с половиной. Если плотно.