Кодекс Магических Зверей I - Павел Шимуро Страница 27

На пороге стоял знакомый юноша, что недавно приносил куницу. Он выглядел взволнованным, под глазами были тени, а пальцы нервно теребили край плаща. На его плече, свернувшись пушистым тёмным кольцом, сидел его зверёк.

— Здравствуйте, — срывающимся голосом начал парень. — Я не смог вытерпеть три дня, простите. Всё время думаю, что с куницей что-то не так, что я что-то упускаю…

Я кивнул, отступая и пропуская его внутрь.

— И тебе не хворать. Входи, раз уж пришел, посмотрим твоего зверька.

Он шагнул в лавку, скользнул взглядом по чистому полу, аккуратным полкам и клеткам с новыми обитателями. В его глазах мелькнуло удивление, но он ничего не сказал.

— Как тебя зовут-то? — спросил у него, возвращаясь к столу. — В прошлый раз мы как-то не представились.

Парень смущённо покраснел.

— Элиан, а это — Астик. — он погладил куницу по голове. — А вас?

— Зови меня Эйден, — сказал я, указывая на стол. — Клади её сюда. Давай посмотрим, что там у вас.

Элиан осторожно снял куницу с плеча, уложил на стол и отошел на несколько шагов. Астик не сопротивлялся, лишь внимательно наблюдал за мной умными глазами.

Я протянул руку и заметил, что отторжение к этому зверю было почти нулевым — видимо, разум уже записал его в категорию «спасённых и неопасных». После этого приступил к осмотру. Шерсть зверя была густой, блестящей, без проплешин. Глаза ясные, без выделений, зрачки реагировали на свет. Слизистые розовые, влажные. Я провёл пальцами вдоль позвоночника, прощупывая рёбра и живот. Куница была в хорошей кондиции, мышцы упругие, живот мягкий, безболезненный. Температура в норме.

— Открой ей пасть, — попросил я.

Элиан подошел к столу и осторожно надавил на уголки челюстей. Присмотревшись, увидел, что дёсны здоровые, зубы чистые, без налёта, язык влажный, розовый. Никаких признаков воспаления.

Затем я сосредоточился, мысленно запросив у системы углублённый анализ на предмет остаточных явлений отравления.

[Существо: Лесная теневая куница]

[Класс: D]

[Ранг: 1]

[Состояние: Здорова. Признаков интоксикации не обнаружено. Функции всех органов в норме. Магическая стабильность: высокая]

[Примечание: Существо находится в отличной физической форме. Связь с Мастером: стабильная, синхронизация улучшена после эволюции]

Я отступил на шаг и вытер руки о тряпицу.

— С ней всё в порядке. Здорова как… ну, как здоровая куница.

Элиан замер, а потом его лицо озарила широкая, сияющая улыбка, с которой он сразу выглядел на несколько лет младше.

— Вы уверены? С ней точно… всё хорошо?

— Уверен на все сто, — кивнул я. — Отравление полностью выведено, можешь быть спокоен.

Парень вздохнул с облегчением.

— Спасибо огромное! Я не знаю, как вас благодарить!

Он потянулся к внутреннему карману, но его лицо вдруг вытянулось.

— Но… у меня сейчас нет денег на оплату. Я всё потратил на компоненты для Академии… — он умоляюще смотрел на меня. — Но могу всё отработать! Я сильный, учусь на Мастера Зверей, и… — он запнулся, видимо, понимая, что его навыки в лавке звериного целителя не слишком востребованы.

Посмотрел на его горящие глаза, на искреннее отчаяние, и что-то во мне дрогнуло. Не то чтобы я был сентиментальным, но… парень был честен, а мне действительно не помешала бы помощь.

— Работёнку я для тебя найду, — сказал, и в моём голосе прозвучала лёгкая, почти зловещая усмешка. — Но после неё ты десять раз подумаешь, прежде чем в следующий раз такое предлагать. Пойдём, — бросил я и направился к тёмному проёму, ведущему в кухню.

Элиан с опаской двинулся следом.

Я толкнул дверь кухни и широко распахнул руки, как фокусник, представляющий свой самый удивительный трюк.

— Вот твой фронт работ.

Стоило парню переступить порог, как его лицо начало менять цвет. Сперва стало бледным, потом приобрело зеленоватый оттенок. Его взгляд скользил по липкому, застарелому жиру на полу, по стенам, покрытыми смесью копоти, паутины и непонятных подтёков, по груде грязной посуды и почерневшему очагу.

— К концу дня всё это, — сказал я, обводя рукой помещение, — должно блестеть. Пол, стены, потолок, очаг, посуда, полки. Каждый сантиметр.

Парень стоял, будто парализованный, потом медленно перевёл на меня взгляд. В его глазах читался немой вопрос: «Ты шутишь?»

Поймал его взгляд, потом не выдержал и рассмеялся.

— Расслабься, я буду убираться вместе с тобой.

На лице Элиана мелькнуло облегчение, смешанное с остатками ужаса. Он решительно засучил рукава.

— Хорошо, я готов! С чего начнём?

Работа закипела. Мы вынесли во двор всю грязную посуду, старые тряпки, остатки углей и золы из очага. Я принёс вёдра с водой, песок, золу и остатки «Сосновой хватки». Мы порвали ещё несколько старых мешков на тряпки.

Начали со стен. Копоть, жир и грязь образовывали на брёвнах и камнях многослойную корку, которую по виду не убирали годами. Мы брали песок, смешивали с золой и водой, получая густую, абразивную пасту, и наносили на стены. Затем брали щётки из связанных прутьев и начинали скрести. Сначала безрезультатно, потом, по мере размокания, грязь начинала отходить пластами, обнажая тёмное дерево и серый камень. Пыль и грязь летели во все стороны, и вскоре мы покрылись ею с головы до ног. Астик, не вынеся этого зрелища, удалился в главное помещение, изредка возвращаясь и наблюдая за нашей вознёй.

После стен принялись за пол, и здесь пришлось действовать жёстче. Я принёс широкий деревянный скребок, и мы стали отдирать от досок въевшуюся, спрессованную грязь. Она отходила вместе с щепками, обнажая более светлые слои древесины. Потом — вода, песок, скрежет. Ведро за ведром чёрной, густой жижи выносилось во двор и выливалось в общую яму.

Очаг был отдельной песней — внутри обнаружилась застарелая, спекшаяся в камень накипь из жира и сажи. Мы разожгли в нём сильный огонь, чтобы прокалить отложения, а потом, когда он немного остыл, принялись долбить их и скрести скребками. Тучи едкой сажи летели в лицо. Элиан кашлял и отплёвывался, но не сдавался.

Посуду мы замочили в большом котле с водой и золой, прокипятили, а потом оттирали песком до скрипа. Чугунные сковороды и горшки, покрытые накипью, отказывались поддаваться. Пришлось вновь применять огонь и грубую силу.

Весь день мы не прекращали работу, прерываясь только на то, чтобы принести новой воды или перевести дух. Я, несмотря на сытный завтрак, снова начал ощущать слабость, но видя, как Элиан, стиснув зубы, скребёт очередной участок стены, не мог позволить себе отставать.

Как ни странно, в этом адском труде было что-то успокаивающее. А может, просто мозг искал отвлечения от однообразного скрежета, и им стал Элиан, ведь парень оказался тем ещё болтуном. Стоило ему втянуться в работу и немного отвлечься