Портфель точка нет - Владимир Сербский Страница 25

— Точно?

— Фоторобот я видел, — Груздев энергично жевал, — и это не ты. Ха-ха! Но если следаки будут надоедать — решим. Теперь насчет ФСБ…

— Да-да? — оживился Беседин.

— Здесь засада, брат. Непонятен этот интерес. Какое им дело до какого-то портфеля от неизвестного трупа? И вообще, чего они к тебе дободались? С твоими фотками приперлись к моему начальству, понимаешь.

— С какими фотками?

— А помнишь, мы на стрельбище к «вованам» ездили? Вот! Короче, вызвали меня на ковер. Фейсы конторские и спрашивают: кто, мол, разрешил Беседину пулемет брать. Нет, ты понял⁈ Как бегать по горам Кавказа с этим пулеметом, потрясая молодецким задором, — так пожалуйста, круглосуточно, без перерыва и выходных! А как с однополчанами фотографироваться — так нельзя! Уроды. Послал я их.

Веселая злость сменилась удивлением:

— Я мненью ихнему вращенье придавал. Чего рот раскрыл? Наливай!

К часу ночи заведение опустело. И лишь Груздев с Бесединым никуда не спешили, на душе было покойно и хорошо. Обо всем поговорили. А настроение поднялось настолько, что возникла необходимость спеть. Спели:

— Вам возвращая ваш портрет, я о любви вас не молю…

Потом еще раз, самим себе на «бис». Замечательный концерт прервала буфетчица, возникшая перед обнявшимся народным хором:

— То, что у вас голоса нет, это понятно. А совесть у вас есть?

— Пора домой? — догадался Степан.

— Давно пора! — подтвердила она жадность на овации.

И принялась убирать со стола.

Справка. На-на-ни, на-на-на,

Вышла ясная луна.

И, по моему, она не одна.

Глава 22

Эпизод 22.1

Утро добрым не бывает.

Артналет началась неожиданно. Подло, коварно, на рассвете. Беседин вжался в стену окопа — взрывы грохотали совсем рядом. Комья земли беспорядочно сыпались на голову, и Степан сильнее обхватил ее руками. Да они озверели, что ли? На вулкане трясет меньше! Пыль проникла везде, набилась за шиворот, скрипит на зубах… Полный рот песка, в горле першит невыносимо. И фляжку достать нет никакой возможности, уши надо держать, чтоб не отвалились… А почему голова без каски⁈ Больно-то как… Раскаленный осколок резанул бок. Вот черт побери, бронежилет надеть забыл!

Взрывы прекратились так же внезапно, как и начались. В пугающей тишине вдруг зазвенели колокольчики. Они пожурчали, переливаясь обертонами, успокаивающе затихли, и тут грянул бравурный марш. Противник пошел в психическую атаку⁈ Надо бежать. Но куда? Степан осторожно открыл глаз.

Мобильник подпрыгивал на столе, извергая невыносимую какофонию. Кто снарядил его этими мерзкими звуками⁈ И вообще, какой идиот придумал телефон? Аппарат можно выключить, вдруг сообразил он. Но для этого надо протянуть руку и нажать какие-то кнопки. Какие? Непонятно… Умению усмирять этот орущий предмет его никогда не учили. Не было в распухшей голове таких важных знаний.

— А где я? — подумал Степан. — Наверно, дома… У всех людей есть дом! Если эту предпосылку взять за основу, то у меня должен быть дом. Хм… Хотя… А может, я в больничке, после артналета? Наверняка опять контужен! Точно! Тогда почему здесь нет красной кнопки под рукой? Вошла бы сейчас медсестра в прозрачном белом халатике, коротеньком и наполовину расстегнутом. Она бы наклонилась (крутая грудь третьего размера, лифчик не предусмотрен), поцеловала в лоб алыми губами, и протянула рюмку водки. Запотевшую, холодную рюмку с капельками влаги на тонком стекле…

От этих мыслей вдруг стало зябко, и желудок моментально прыгнул вверх, и выскочил бы, но помешал язык. Язык распух и еле помещался во рту.

— Пить! — застучало в голове. — Полцарства за один глоток! Или полконя? Нет, кажется, полжены. Хм… Это вопрос. Это реальная проблема — наполовину жены не бывает. А если бывает, то это уже не жена… И вообще, зачем менять жену, полностью или по частям, когда ее можно просто позвать? Надо позвать! И она принесет пива. Высокий стакан с белоснежной шапкой пены… Если у меня есть жена… Вообще-то должна быть. Или уже нет? Туман начал рассеиваться, но как-то неуверенно.

— У меня нет жены! — осенило вдруг знание, без всякого сожаления.

И дополнились уверенностью, что в холодильнике полно молока. Две разных, но полных литровых бутылки. Еще что-то есть. Да! В холодильнике обязательно еще что-то есть. А жены нет, и нет гармонии под этим небом…

Кроме невероятной жажды, окончательное пробуждение сопровождалось вселенской печалью и тяжестью на груди. Там, горячая как паровоз, развалилась кошка. Она громоподобно храпела, дергала спиной и раскачивала диван. Однако стоило Степану пошевелиться и приоткрыть глаза, как Лиса немедленно муркнула, спрыгивая на пол.

Диван продолжал раскачиваться. Глаза тут же закрылись, но соседи сверху, садисты, подремать не дали. В чугунных тапочках они принялись катать вагонетку по своей квартире. Туда-сюда, туда-сюда… Вагонетка жестко стукала на стыках рельс.

Тело совершенно не желало подниматься, однако разум победил деформированный опорно-двигательный аппарат. Невзирая на помехи, взгляд начал фокусироваться. Удерживая организм в вертикальном положении, разум указал нужное направление, кошка путеводителем побежала впереди. Но вместо того, чтобы покормить свою любимицу, единственного друга, вероломный хозяин принялся жадно пить все жидкое, что нашлось в холодильнике. Выпил ряженку, потом кефир. Вот и верь после этого людям, страдающим абстинентным синдромом!

Лиса горестно смотрела в распахнутую дверь волшебного ящика — столько здесь навалено всего вкусного. А вот в блюдце исключительно сухой паек сыплют…

Справка. Зарплату нужно пропивать. Иначе свяжешься с нехорошими людьми, подсядешь на ипотеку, и скатишься в самые низы социальной жизни, однако.

Советы шамана.

Глава 23

Эпизод 23.1

Утро туманное.

Как ни хотелось, а в больницу ехать пришлось.

— Привет! — сказал Беседин, заходя в палату.

Устроившись в положении «полусидя», девчонка увлеченно грызла персик. Отек вокруг заклеенного глаза у нее привял, а вот нос, забитый тампонами, по-прежнему висел картошкой. Зато синяки начали расцветать всеми цветами радуги.

— То ли еще будет, — подумал Степан, и себя имея в виду.

Разглядеть прочие повреждения не удалось — пижама оказалась с длинным рукавом. А нижнюю часть тела скрывала простынка. В кресле, рядом с многофункциональной кроватью, примостилась сестричка. Судя по хитрому взгляду, который она метнула в Степана, речь шла непосредственно о нем.

— Сплетничаете? — попал в точку Беседин, складывая пакеты на стол. — Болезнь принимает здоровые формы?

Медсестру как ветром сдуло.

— Привет! — ответила девчонка, едва