Дорога охотника 2 - Ян Ли Страница 24

Удар был оглушительным, наполнившим всё тело болью и темнотой. Что-то хрустнуло — ключица? Рёбра? Всё сразу? Меня отбросило в сторону, к краю обрыва. Краем сознания я понял, что лечу. Что под ногами — пустота. Что внизу — та самая пропасть, куда месяц назад упал первый голем.

Падение было долгим…вроде бы. Или коротким — не помню. Помню только удары о камни на склоне, помню, как перекатываюсь, пытаясь сгруппироваться, помню вспышки боли от каждого столкновения. Потом — вода. Холодная, ледяная вода ручья на дне оврага. Я погрузился в неё с головой, захлебнулся, вынырнул, цепляясь за скользкие камни. Сверху — крики. Факелы. Кто-то смотрит вниз, пытаясь разглядеть тело.

— Готов! — крикнул голос. — Никто такое не переживёт!

— Спустить людей проверить! — Это Рейнард, точно он.

— Ночью? По этим скалам? Утром проверим, никуда не денется!

Я лежал в воде, не шевелясь, едва дыша. Боль была везде — в плече, в груди, в ноге, в голове. Регенерация работала, я чувствовал её — тёплые волны, расходящиеся от центра тела, — но слишком медленно. Слишком много повреждений.

Голоса наверху стихли. Факелы ушли. Я остался один — в темноте, в ледяной воде, на дне оврага.

Живой.

Едва-едва, но живой.

Не знаю, сколько я пролежал в воде. Час? Два? Холод пробирал до костей, зубы стучали так, что я боялся — услышат наверху. Но двигаться не мог — каждая попытка пошевелиться отзывалась волной боли, от которой темнело в глазах. Регенерация работала. Медленно, слишком медленно, но работала. Я чувствовал, как срастаются сломанные рёбра — противное ощущение, скрежет костей внутри грудной клетки. Чувствовал, как затягивается рана на бедре — арбалетный болт так и торчал в ноге, и каждое движение проворачивало его в плоти.

Нужно было выбираться. Нужно было двигаться, пока не рассвело, пока они не спустились проверить тело. Собрав всю волю в кулак, я перевернулся на живот. Боль взорвалась в груди — сломанные рёбра протестовали против такого обращения. Закусил губу, чтобы не заорать. Дальше — на четвереньках. Медленно, мучительно медленно, по камням и воде. Ручей тёк куда-то на юг — я полз вдоль него, используя русло как укрытие. Берега были высокими, заросшими кустами — с тропы наверху меня бы не увидели.

Болт в ноге. Нужно вытащить. Остановился, привалившись к большому камню. Осмотрел рану при свете двух лун — кровь ещё сочилась, но уже не так обильно. Регенерация делала своё дело, ткани вокруг болта начали срастаться. Это было плохо. Если оставить болт внутри — регенерация зарастит его, и потом придётся вырезать. Нужно вытащить сейчас. Схватился за древко. Руки дрожали — от холода, от боли, от потери крови. Глубокий вдох. Ещё один.

Рывок.

Мир побелел от боли. Кажется, я всё-таки заорал — или только подумал, что заорал, не уверен. Болт вышел, забрызгав руку тёмной кровью. Рана тут же начала затягиваться — быстрее теперь, когда инородное тело удалено. Полежал, переводя дух. Звёзды кружились над головой, луны раздваивались и снова сливались в одну. Сотрясение мозга? Вероятно. Регенерация справится, но не сразу.

К рассвету я добрался до болота.

Не того, где жила «болотная сука», — другого, меньшего, в трёх километрах к югу от башни. Я наткнулся на него случайно, во время одной из дальних разведок, и отметил на своей карте как «хреновое место, но для укрытия сойдёт».

Теперь эта пометка спасла мне жизнь.

Болото было небольшим — метров двести в поперечнике, заросшее камышом и осокой. В центре — островок твёрдой земли, едва заметный среди зелёной ряски. Добраться до него можно было только по кочкам, зная правильный маршрут. Я знал. Я прошёл его однажды, запомнил путь. Теперь прошёл снова — шатаясь, проваливаясь по колено в грязь, цепляясь за камыши, чтобы не упасть. Каждый шаг отдавался болью во всём теле. Но я дошёл.

Островок был крошечным — метров пять в диаметре. Сухой мох, несколько чахлых кустов, поваленное дерево. Не идеальное укрытие, но сейчас — единственное, что у меня осталось. Упал на мох и отключился.

ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: НА ВОЛОСОК ОТ СМЕРТИ

Вы выжили, не имея на то шансов. Остались живы после критических повреждений, которые практически с гарантией должны были убить вас. Лучшей наградой для вас была бы единица интеллекта, чтобы не попадать в подобные ситуации… но ведь не поможет.

НАГРАДА: ЖИВУЧЕСТЬ

ЖИВУЧЕСТЬ — Сопротивление физическому урону незначительно повышено. Регенерация работает с повышенной эффективностью при серьёзных травмах

Спасибо, система. Очень своевременно подгон. Безо всякого сарказма.

Сообщение мелькнуло перед глазами где-то на границе сознания и сна — я даже не был уверен, приснилось оно мне или появилось на самом деле.

Очнулся от холода. И от голода — желудок скрутило так, будто внутри поселился голодный ёж и пытался прогрызть себе путь наружу. Солнце стояло высоко — полдень, не раньше. Значит, провалялся часов шесть-семь. Тело болело, но уже терпимо — регенерация работала всю ночь и всё утро, залечивая повреждения.

Осторожно сел, осмотрел себя.

Плечо — ещё не до конца спала опухоль, чуток побаливает, но двигается. Вывих, скорее всего, вправился сам. Рёбра — всё ещё ноют, но дышать вполне нормально. Нога — рана затянулась, осталось только розовое пятно свежей кожи. Голова — слегка гудит, но мысли ясные.

Полежал ещё немного, собираясь с силами. Попытался оценить ситуацию.

Итак, что мы имеем?

Первое: меня считают мёртвым. Это хорошо. Это даёт время.

Второе: все мои лагеря разорены. Припасы — забрали. Ловушки — обезврежены. Снаряжение — потеряно. Месяц работы — коту под хвост.

Третье: я ранен. Пусть регенерация и делает своё дело, но полностью восстановиться — дело нескольких дней минимум.

Четвёртое: у меня ничего нет. Нож — потерял при падении. Лук — остался наверху. Посох — тот, что забрал у банды Вакса, — тоже в лагере. Меч Вакса — там же.

Пятое: они знают мои маршруты, мои привычки, мои укрытия. Маг отследил мои следы, вычислил закономерности. Даже если я выживу — они найдут меня снова.

И шестое, самое неприятное: я хочу жрать. Очень хочу жрать. Регенерация сожрала все резервы организма, и теперь тело требовало топлива с настойчивостью паровоза, у которого закончился уголь.

Невесёлый расклад, чего уж там.

Огляделся по