Дикое сердце джунглей - Майя Вьюкай Страница 21

Я с внутренней дрожью отвела взгляд от пистолета и посмотрела на человека, который его держал и безбожно целился прямо мне в лицо. Не узнать его было попросту невозможно. Эти шрамы, эти татуировки. Такие люди навсегда западают в память.

— Да, я тоже… — Я облизнула пересохшие губы, настороженно смотря в темные глаза мужчины, которыми он следил за каждым моим движением, будто охотник за дичью. — Я тоже тебя помню, док.

Он коротко кивнул.

— Чудесно.

Передо мной стоял ирландский доктор. Тот самый, с кучей шрамов и татуировок, с которым я познакомилась после крушения самолета в долине. Он еще не поверил мне насчет целебного озера и счел сумасшедшей. Но теперь сумасшедшим выглядел именно он. Они все тут!

— Может, — любезно предложила я ему, — ты уже перестанешь целиться в меня этой опасной штуковиной, раз мы сразу узнали друг друга?

Но, к моему ужасу, ирландец даже и не думал отпускать меня с мушки, он лишь крепче сжал пистолет, вызвав у меня страдальческий стон, и холодно спросил:

— Ты заражена?

— Заражена? — не поняла я. — Чем?

Другие мужчины за его спиной тут же зашептались:

— Конечно, заражена!

— Не слушай ее! Она соврет!

— Посмотри на нее! Все и так понятно.

— Хватит с ней болтать!

— Не приближайтесь к ней!

И самое кошмарное:

— Давайте просто избавимся от нее поскорее.

— Не трать пули, Стэл, — посоветовал кто-то ирландцу. — Лучше возьми нож!

И еще более жуткое от парня в футболке «Скорпионс»:

— Пойду разведу костер. Ее останки надо будет сразу сжечь.

Что?

ЧТО?!!

У меня дыхание моментально перехватило, как это бывает в преддверии панической атаки. Я схватилась за горло, потому что воздуха стало катастрофически мало. Возможно, мне поплохело от усталости, но, скорее всего, от тех ужасных слов, что я услышала, и тех злобных взглядов, что были обращены на меня. Может, я ошиблась и одной в джунглях было не так опасно, как здесь, с этими вооруженными людьми, желающими мне зла по непонятной причине?

— Не смотри на них, — приказал ирландец, качнув пистолетом, чтобы привлечь мое внимание, — смотри на меня.

Я снова повернулась к нему, чувствуя, как земля плавно уходит из-под ног. Меня собираются убить люди, которых я мечтала найти. Ну не ирония ли?

— Ты заражена? — повторно спросил док, которого, по всей видимости, и звали Стэллер. — Отвечай. Ну же!

— Да я бы уже давно ответила, — искренне заверила его, с трудом восстанавливая дыхание, — если бы понимала, о чем вообще идет речь!

— Речь о насекомых.

— О каких еще насекомых?!

Мужчина нахмурил брови.

— О тех, что проникают в твое тело, откладывают личинки под кожей и контролируют сознание, делают тебя сильнее, заставляют заражать, а если не получается, то убивать окружающих. В долине почти все заразились и впали в безумие.

И тут до меня дошло.

— Ты говоришь про червей? — догадалась я. Про тех плоских розовых червей, что заживо пожирали капитана и еще второго пилота, и отчего они вели себя крайне странно. — Но я думала, что одна их вижу…

Ведь в долине никто больше не обращал внимания на червей, вьющихся под кожей людей, что было дико.

— Не одна, — отрезал Стэллер. — Однако видят их не все, лишь некоторые из нас. Но это сейчас неважно. — Он недобро прищурился. — Чья на тебе кровь?

Я опустила взгляд на свое тело. Куча синяков и царапин на коже, и повсюду видны пятна засохшей крови.

— Моя.

— Так много? — не поверил док. — И вся твоя?

Я пожала плечами.

— Последние дни выдались тяжелыми.

— Она врет! — закричал парень с перочинным ножом, угрожающе направив на меня острие. — Они все так говорят, а потом нападают.

— Да, — закивали остальные выжившие. — Ей нельзя верить.

— И отпускать нельзя! — донесся с озера голос белокурой женщины, прижимающей к себе Нэнси. — Она приведет в наш лагерь других зараженных!

— Прикончи ее, Стэл.

Я зажмурилась. Какой ужас! Эти люди не просто злы, они напуганы и готовы сделать что угодно, чтобы спасти себя. Даже убить кого-то, кто, по их мнению, представляет опасность. В этом вся суть выживания. Либо ты, либо тебя.

Но себя я убить не позволю.

Открыв глаза, я спокойно произнесла, стараясь говорить мирно, но при этом уверенно:

— Я не заражена. Со мной все в полном порядке. И ни с какими зараженными людьми я не контактировала. Вообще никаких людей не видела последние два дня. Я была одна.

— Одна? — переспросил Стэллер недоверчиво.

— Да. Именно!

— И как же ты выжила в одиночку, если не заражена?

Мне помог повелитель Бескрайних Южных земель, который являлся ко мне во снах. Но, пожалуй, этого я говорить не буду, а то меня точно прирежут.

— Чудом, — ответила обтекаемо.

Все снова заголосили, что не стоит мне верить, но у Стэллера имелось свое мнение на мой счет. Ирландец вел себя сдержанней остальных и намного уравновешенней. В его глазах не было страха, только опасение, а в движениях не было скованности. Он явно привык держать пистолет. Хладнокровный доктор в шрамах, который знает толк в оружии и в убийствах. Что это за доктор такой?

Стэллер выслушал пассажиров, предлагающих прирезать меня и сжечь на костре от греха подальше, как они уже с кем-то сделали до меня, затем подумал с полминуты и наконец приказал:

— Снимай свою одежду.

Я решила, что ослышалась.

— Что? — переспросила в недоумении.

— Снимай. — Он указал пистолетом на мои джинсы и порванную кофту. — Одежду.

— За… — я аж заикаться начала, — зачем это?

— Если ты заражена, то это будет видно, — пояснил он. — Укусы. Черви под кожей. Личинки. И прочее.

Я пошатнулась.

На меня было направлено больше десяти пар глаз. Мужчины, женщины, молодые парни. Они жаждали убить меня или увидеть мое обнаженное тело. А может, сначала увидеть тело, а потом все равно убить, потому что многие со Стэллером не согласились и сказали, что на некоторых зараженных все укусы заживают быстрее, чем на бродячих собаках, поэтому наличие или отсутствие укусов вовсе не показатель зараженности.

— Давай, — поторопил меня док. — У тебя есть только два варианта. Или докажи, что ты не заражена, или отправляйся на костер.

Я покачала головой.

— Я не могу. — Это будет настоящая пытка. Унижение. На глазах у всех. Нет уж! — Не могу раздеться. Все же смотрят.

Кто-то из мужчин начал усмехаться, и я почувствовала себя голой даже в одежде. Отвратительно. Стэллер тоже услышал эти смешки. Продолжая держать меня на прицеле, он обернулся, оценил взгляды, прикованные ко мне, и, видимо, решил, что все это неправильно.

— Иди туда. — Он указал мне на деревья. —