Джо 7 - Харитон Байконурович Мамбурин Страница 2

— Можешь не продолжать про это, — прервал жестом лон Элебал старого друга, — Но что насчет… неё? Как её-то можно было разъярить? Чем⁈

— Крепко сидишь? — с совершенно невообразимой гримасой осведомился мудрец у друга, — Ну хорошо. Она отправила к нему их сына, а этот… индивидуум лег с ним спать…

— И?!? — любопытство Хорниса давно уже перепрыгнуло все возможные барьеры и начало грызть небеса.

— Не просто спать, а призвав суккубу, с которой и развлекался… вместе со своими котами! — «добил» его Эфирноэбаэль, — Втроем!

Тишина, воцарившаяся после этой фразы, была не менее легендарной, чем сидящие у костра эльфы. Казалось, что даже угли прекратили потрескивать, а несколько сверчков, мирно стрекотавших в определенном радиусе от костра, попросту сделали себе моментальное харакири. Тишина длилась и длилась, вязко волоча в полной шока атмосфере минуту за минутой. Наконец, она была прервана фразой древнего эльфийского историка, обрушившейся на мир с тяжестью рока.

— Мать половину дворца разрушила голыми руками… прежде чем успокоилась достаточно, чтобы забрать сына. Так что, Хорнис, эту хрень надо убрать. Мы… то есть я, очень на тебя надеемся.

— П-почему я-то⁈ — лон Элебал, хоть и планировавший нечто подобное после того, как трое человек, послуживших для него шпионами, померли, теперь резко засомневался если не в себе, то в своем здравомыслии после услышанного, — Ты сильнее меня!

— Потому что технически у нас претензий к нему нет или они закрыты, — кривясь, пояснил историк, — А еще мы все частично полубожественные и божественные сущности, связанные с этим проходимцем. Мама ему и раньше всякое разрешала, но вот не настолько всякое, так что она даже сказать в ответ на такую… такое… ничего не смогла. А вот ты — совсем другое дело.

— Это почему?

— Потому что лови божественное откровение, вот почему, — буркнул себе под нос Эфирноэбаэль, — Именно Тервинтер Джо был тем, кто наложил заклятия на естественный портал в твое убежище. Именно из-за него ты чуть не умер. А сделал он это лишь потому, что не хотел, чтобы ты, проснувшись, за ними погнался.

— Подожди… что⁈ Ты в этом… уверен⁈ — вот теперь челюсть Хорниса лон Элебала точно достигла груди, — Ты. В. Этом. Уверен⁈

— Что тебе непонятного в словах «божественное откровение»? — кисло осведомился легендарный мудрец у другого, — Тебя чуть не убил и точно чуть не замуровал на веки вечные двадцатилетний человеческий мальчишка. Просто так. Вот просто…

— Да я брата чуть не убил! — взорвался древний эльф, подскакивая с места, — Да я за ним гнался половину мира! Да…

— Теперь ты нас лучше понимаешь, — мудро кивал в ответ летописец, — Да и претензия у тебя есть.

— Претензия?!? — продолжал бушевать эльф, будя громкими и нецензурными криками отдыхавших молодых воинов, — Претензия⁈⁇

Негодование благородного лон Элебала было как следствием услышанного ранее, так и пониманием, какого дурака из него скорчила жизнь и совершенно неверные выводы, сделанные на основе того, что он, проснувшись от великого сна, попал в сложную, невероятно коварную, рассчитанную на мудреца его сил ловушку, которая чуть-чуть не убила одного из величайших магов среди эльфов. Он просто отказывал себе в мысли, что сделать подобную хитрость с естественным порталом, многократно увеличив время пребывания в нем, мог какой-то несчастный человечек. Нет! Это обязана была быть подстава от настоящего мудреца, прожжённого и коварного, жестокого и проницательного. Однако, сейчас он был обречен верить словам Эфирноэбаэля — там, где Хорнис мнил происки древних врагов размером с гору, всего лишь подсуетилась испуганная мышь!

Да, очень непростая мышь, крайне вредная, причем, как оказалось, для всего мира!

— Успокоился? А теперь садись назад, к костру, — раздался из-за спины чуть утихшего мудреца голос историка, — Я тебе еще не все рассказал. С наскока ты его не завалишь, парень ухитрился научиться создавать свои алхимические копии. А уж если ошибешься, то он… я даже подумать боюсь о том, куда он забьется и что оттуда сделает. Так что садись, друг мой, садись. У нас есть еще время…

Глубоко вздохнув, лон Элебал прогнал остатки овладевшей им ярости, приготовившись слушать летописца дальше. Эльфы его калибра никогда и ничего не делали сгоряча, без тщательной предварительной подготовки. Поэтому, если Эфирноэбаэль говорит о том, что удар тапком по таракану должен быть обязательно фатальным, Хорнис сделает всё, для того чтобы это был очень большой тапок, и сжимала его точно не дрожащая рука!

Глава 1

Драп — это по нашему!

— Всё, я уехала! Лось на свободном выпасе, Кум присмотрит за домом! Не скучай! — эти слова влились мне в ухо, а поцелуй нежных девичьих губ мазнул по щеке, после чего от эльфийки Наталис Син Сауреаль остался лишь запах свежей древовидной полыни, да приятное воспоминание.

В смысле ушла. Умотала. Смылась. Потопала вместе с дядей на другой континент, разыскивать дальних родственников.

Сев в своё любимое кресло, я погладил кракеновую метлу, забравшуюся мне на колени, а затем глубоко задумался над собственными ощущениями. Эти самые чувства, бурлящие во тьме подсознания, хором кричали мне, что надвигается нечто очень серьезное. Прямо вот совсем. Знаете, есть такое выражение «затишье перед бурей»? Вот сейчас, сидя в удобном кресле, в своей башне, с совершенно чистым горизонтом событий, расплевавшись с почти всеми делами, я ощущал именно вот такое затишье. Тревожное, недоброе и сверлящее взглядом именно мою шкуру.

Ну а что тут скажешь?

Первыми стали мои верные слуги, супруги Редглиттеры. Для постороннего было бы непонятно, а вот я сразу просек, несмотря на все свои запары, что из очередного отпуска гоблины вернулись какие-то задумчивые и странноватые, даже детей из Пазантраза в башню возвращать не стали, а сами туда отпросились. Мол, чай тебе и Игорь принесет, а мы там кое-какие дела поделаем. Тут и дурак бы понял, что обе эти просоленные морские души хотят вернуться под паруса на постоянной основе, просто не знают, как сказать.

Ну да ладно, это, конечно, слегка обидно было, но не так обидно, как эльфийка, наотрез отказавшаяся продолжать заниматься со мной развратом, пока у меня в голове семь посторонних личностей. Вот