Хроники Чистокровного - Александр Робский Страница 171

Счастья Скота не знала себе меры. Его сын всё таки жив!… Я и сам, если честно, в тот день проронил слезу. Я был рад за моего брата… но радовались мы не долго. Протос проник в мир Богов через врата. Эта тварь столетиями скрывалась от нас со Скотом. Но на самом деле, он просто был ведом Дианиром. Этот глупец, по наводке Дианира, отыскал Интулу и пробудил её раньше назначенного срока. При этом, Протос украл у неё часть силы. Это и послужило поводом, как Дианир смог уболтать этого глупца на подобный шаг. Протос жаждал силы. Он не мог забыть проигрыш брату. И в тот момент, на мир Богов обрушилось бедствие, к которому мы не были готовы. Моих братьев и сестёр обращали в монстров. Интула желала как можно быстрее поработить богов своей воле и сделать из нас новую армию. Нам нужно было бежать сквозь врата в мир людей… но мой отец, Артей, не желал бежать с родных земель… он пошёл на идиотский поступок. Он был мудр, но в решающий час его разум помутился. К нему явился Протос и предложил Артею вступить в ряды Интулы, что якобы она его ждёт… и мой отец согласился. И при этом, он отдал Протасу силу, которую в наше время называют «Голос». Она передаётся от одного Царя Пантеона, другому Царю и может властвовать над разумом богов. Но её можно передать и человеку, как и обычному богу… и Протос забрал её. Помешательство моего отца сыграло со мной злую шутку. Ведь Протос ненавидел меня. Он помнил, что именно я забрал у него старшего брата, что я стал его за заменой. И тогда, Протос подчинил мою волю «голосом». Он внушил мне, что Артея убили люди, когда на самом деле мой отец ушёл к Интуле, будучи уже не в своём уме, и стал монстром. Я так обезумел. Я любил отца больше жизни. Я помнил, сколько добра он мне сделал. Да, из–за него умерли мои настоящие родители… но я не испытывал к нему ненависти. Я любил его… — на лице дедушки показалась ярость, а глаза окутал мрак, — Я хотел убить каждого человека, что встретиться мне на пути! О том, что мой отец был убит людьми, я тут же поведал своему народу. Все Боги возненавидели людской род, ведь они любили своего царя. И место того, что бы прийти в мир людей как друзья, мы пришли в него как захватчики. Мы бежали от Интулы и израсходовали всю энергию врат, что бы она не могла последовать за нами, и начали своё кровавое шествие. Это произошло в 2060 году. В Лондоне. Я вышел из врат и город за мгновение утонул в крови невинных. И я встретил Скота… он пытался меня остановить. Пытался привести меня в чувства. Он мог использовать сыворотку «Уроборос», пробудить свою Царскую силу и убить меня… но он не стал этого делать. Он не мог меня убить. Как и я его… на мгновение, мне удалось вернуть себе разум. Я понимал, что Скоту не выживет, если он останется возле меня. Бежать не куда. И всё, что пришло мне в голову на тот момент, это швырнуть его в ещё открытые врата… я отправил Скота в мир Богов. Это был его единственный шанс выжить.

— Но… там ведь Интула и чудовища, — тихо сказала я.

— Да, верно… но я в тот момент был куда опаснее. Как бы абсурдно это не звучала, у меня просто не было выбора. Мой разум вернулся лишь на мгновение. Либо это, либо я бы убил Скота на месте.

— Это правда, — кивнул Мефисто, подтверждая слова дедушки.

— Ведомый ложным безумием, я поставил род человеческий на ступень истребления. Я никого не щадил. Убивал людей целыми городами. Они ничего не могли нам противопоставить. В те года у людей ещё не было маны, а Ламбертов больше нет. Убить Бога они могли, но это было задачей из-вон выходящей. И когда человеческий род практически исчез… явился Протос. Он заставил меня отдать ему трон. Он снова использовал «голос» и я подчинился… я отдал ему трон над всеми Богами. И мой народ принял его. Протос заставил их служить себе. И тогда он сжалился надо мной… он отпустил меня и снял «голос». Мой разум словно вынырнул из жуткого сна, и я увидел, что сделал с Землёй и Людьми… это были мёртвые руины. Остатки человечества прятались под землёй, как какие–то животные… горе моё не знало себе равных… я до сих пор слышу их крики… вижу, как отнимаю их жизни…

Дедушка замолчал и опустил взгляд. Даже спустя десятки тысяч лет, вспоминать эту жуткую трагедию для него не лёгкая задача.

— Дедушка, прости… — стало мне как–то не по себе, — Если ты хочешь, мы можем закончить.

— Нет, всё хорошо, — улыбнулся Амедео, — Иногда лучше напомнить себе о своих ошибках. Это помогает жить дальше, и быть более бдительным. Я продолжу, не переживай, — подмигнул мне дедушка, — Я впал в отчаянье… я не знал, что мне делать. Человечество было практически уничтожено, а мой лучший друг в мире богов… и врата больше не работают. Они исчерпали всю свою мощь и начали перезаражаться, а на это уходит чудовищное количество времени. Но! В те года ни Интула, ни кто либо другой, не знал, что врата можно зарядить маной или энергией бога. Обезумев, я пошёл на Протоса войной. Хотя назвать это войной, просто смешно. Я явился к нему в одиночку. И он, вместе с главами домов божьих, сокрушил меня. Лишь Альбертина, Давид, Артур Светлый и Ларион не попали под явление «голоса». Они спасли меня и привели других богов, чью волю ещё не успели подчинить. Боги присягнули мне на верность… а я был полностью разбит. Дважды! Я не хотел жить. Хотел наплевать на всё и просто умереть… а потом… да… потом я осознал, что мне ещё есть за что бороться, — на лице дедушки появилась улыбка, — У меня был Крёстный Сын. Я видел его лишь несколько раз, так как он был ещё мал, и врятли он меня помнит. Но я должен был его найти… должен был убедиться в том, что сын Скота выжил. Я отправился на поиски Алестера, по пути спасая угасающею расу людей и собирая их всех в одном месте, что бы построить новый