Я один вижу подсказки 17 - Никита Красавин Страница 15

Иглы были зелёные, длинные и острые. Не такие, чтобы ими можно было прямо проткнуть себе кожу, но если наступить на такую торчащую иголку, несмотря на грубые ноги, всё равно будет больно.

Я нагнулся и начал собирать, пока не набрал увесистую охапку — так, что мне приходилось держать их двумя руками. Посмотрел на иглы в руках и подумал:

«Думаю, этого будет достаточно!»

После этого, окончательно закончив все дела, вошёл обратно в пещеру — уже с ценными материалами. Описать моё довольное настроение в тот момент просто не хватит слов.

Внутри уже развернулась непонятная вакханалия. Сотня человек, голодных как волки, вытянули шеи, вытаращили глаза. Все смотрели на мясо.

Вера ловко отделяла мясо от кости почти без усилий, потому процесс уже шёл к концу.

Я же радовался, что никто не обращал внимания, что я пришёл. Аккуратно подошёл к стойкам с оружием, туда, где лежала палка, к ней же кинул иглы и флягу.

Пусть лежат тут, никому не мешают. После обеда, думаю, можно заняться крафтом. То, что я буду делать, уже сформировалось в голове, но сейчас просто не было ни сил, ни желания.

Я же просто пошёл и сел в толпу, наблюдая за тем, как из дальнего угла прикатили огромный котёл.

Не из металла, так как тот был тут редкостью, а из какого-то тёмного камня. На вид невероятно тяжёлый, с грубоватыми стенками, но плоским дном.

По размеру такой, что если подростка туда засунуть, то без лестницы он не сможет выбраться. Явно в нём готовили на всё племя разом.

Котёл установили прямо над огнём. Тотем выделил больше пламени, обжигая дно. Оно не просто лизало, а буквально обволакивало со всех сторон.

Тем временем подростки тащили тазы, полные снега, с улицы, один за другим вываливая его в котёл. Снег падал, набивался, уминался следующей порцией.

Снег начал быстро таять. Во рту его было тяжело растопить, данный снег тоже несёт в себе что-то магическое. Несмотря на это, вскоре начал образовываться пар, и вода в котле закипела.

ПШШШ!

Первыми в кипящую воду пошли кости.

Кто-то в племени явно знал толк в готовке, что бульон лучше всего варить на костях.

Затем закинули внутренности и мясо. Кусок за куском в котёл ушло всё мясо, не оставляя на про запас.

Буквально тот огромный заяц, что принесли, оказался внутри котла целиком. Однако этим готовка не ограничивалась.

Команда собирателей выходила на свои вылазки не просто так: в племени были целые мешки и корзины, полные корешков, клубней, фруктов, овощей и грибов.

Хоть те выглядели не совсем хорошо, так как были высушены, но всё равно щедро закидывались внутрь котла.

В конце Йоту полез в мешок и вытащил оттуда большой кусок белой соли. Он расколол его на две части: одну закинул обратно в мешок, другую — в котёл.

Мммм…

По пещере распространился такой насыщенный запах, что можно было сойти с ума. Слюна появилась во рту раньше, чем я успел это осознать.

Не как у человека, а как у собаки, которая не могла себя сдерживать. Я сглотнул и посмотрел на своих соплеменников, которые уже не могли терпеть.

Из-за огня всё тушилось быстро. Всё же он не обычный, а магический — не нужно его сравнивать с обычным костром.

Через тридцать минут уже женщины с помощью деревянных крюков доставали мясо.

Оно буквально разваливалось. Не превратилось в кашу, а стало расходиться на волокна, как хорошо томлёная говядина после долгих часов. А то, что оставалось на костях, просто отцеплялось без особых усилий.

Пока доставали мясо, на земле расстелили длинное покрывало из грубой кожи.

Люди начали рассаживаться — с суетой и огромным ором. Я же сел, можно сказать, рядом с отцом.

Не потому, что мне хотелось, а потому что отцы и дети должны сидеть вместе. Если я сяду подальше от него, Бран может подумать, что я затаил на него какую-то обиду.

А в племени решают обиды одним путём — хорошей поркой. То, чтобы мне били жопу, мне не хотелось, поэтому и сел рядом.

В центр положили один из подносов, где была гора мяса. Запах стал совсем невыносимым, рука сама потянулась, чтобы взять кусочек мяса и попробовать на вкус.

ЩЛЕПОК!

Кто-то ударил по ладони. Боли не было, но было обидно. Я посмотрел, кто это сделал: женщина, что раскладывала еду.

Та сказала коротко:

— Не трожь!

— Почему нельзя?

Я искренне не понимал, почему ко мне такое плохое отношение. Всё же это я сегодня ходил в лес, рубил дерево — работал. Уж я точно заслужил сегодня набить себе желудок.

— Забыл правила? Ты не Воин Тотема. Мясо — только Воинам.

— Что? А почему?

Я задавал сегодня слишком много странных вопросов. Я даже услышал, как Брану один из стариков говорит:

— Твой сын странный стал. Видать, головой ударился. Этого не помнит, то не помнит.

Бран посмотрел на меня, затем на старика и ответил:

— Наверное, из-за того, что слишком часто бил его.

Старик согласился:

— Голову нужно беречь.

Они не рассуждали всерьёз. Моё поведение странное в племени заметили, но и копать слишком глубоко не стали, потому я выдохнул.

Однако я всё равно не понимал:

«Что же буду есть?»

Специально для меня та женщина, что била по рукам, взяла большую чашку, половник и наполнила почти полную чашку бульона.

Поднесла мне и положила передо мной:

— Вот. Ешь.

Я посмотрел: бульон жирный, с волокнами мяса, на дне был небольшой гриб. Я посмотрел на женщину, улыбнулся и сказал:

— Спасибо!

Глава 10

Тренировка

Я сделал первый глоток и замер.

Вкусно!

Густой, чуть пряный бульон обволакивал язык, оставляя после себя тёплое послевкусие мяса и каких-то трав.

Ложка сама потянулась за следующей порцией. Я ел до неприличия жадно, черпая похлёбку.

Пища богов? Наверное, не то слово. Боги едят что-то более утончённое.

Но в личный топ десяти лучших блюд в моей жизни эта похлёбка явно входит.

Когда доел и поднял взгляд от чаши, то обнаружил, что на меня никто не обращает внимания.

Все вокруг были заняты тем же самым. Воины Тотема ели так, словно это был их последний приём пищи.

Они брали мясо руками, вгрызались в него.

ЧАВК! ЧАВК! ЧАВК!

Жевали мало, глотали много.

Я смотрел на