Хогвартс по ГОСТу - Сералай Страница 13

«Опа! Приплыли», — я вышел на середину коридора, перехватывая швабру. — «Слышь, страхолюдина! Туалет закрыт на спецобслуживание. У нас тут… это… санитарный день!»

Тролль замер. Он медленно поднял голову, посмотрел на маленького старика в шинели и издал звук, похожий на слив в неисправном унитазе.

«Чё "бе-ме"?», — я достал баллончик WD-40. — «Я тебе говорю — туда нельзя. Там дама плачет. Давай, поворачивай оглобли в сторону подземелий, пока я тебе эпиляцию шваброй не сделал».

Тролль, видать, вежливость не оценил. Он замахнулся дубиной, намереваясь превратить меня в блин.

▷ Система:

▷ Текущийстатус: «Герой-коммунальщик».

▷ Внимание! Тролль в ярости. Рекомендуетсяиспользовать тактическое отступление.

Тролль занёс дубину, и я понял — если сейчас не приму меры, то мой «Возврат молодости» закончится на пяти процентах вместе с моей регистрацией в этом мире.

«Ну, была не была! За Чебоксары!», — рявкнул я, выхватывая из внутреннего кармана шинели заветную бутыль «Весёлого завхоза».

Я сорвал пробку зубами и в три глотка осушил литр настойки на мухоморах. Горло обожгло так, будто я хлебнул ракетного топлива, зато по жилам ударил такой заряд бодрости, что швабра в руках показалась пушинкой.

▷ Та-та-та-дам!

▷ Эффект «Весёлого завхоза» активирован!

▷ Состояние: «Ядрёный берсерк».

▷ Эффект: Суставы как у восемнадцатилетнего. Страх отключен.

▷ Побочка: Языковой барьер пал. Вы обязаны орать частушки на латыни.

Тролль обрушил дубину туда, где я стоял секунду назад, но я уже был у него за спиной, скользя на «вэдэшке» как фигурист на Олимпиаде. Ноги работали идеально, спина разогнулась, и я почувствовал, что готов горы сворачивать. И тут меня прорвало.

«Uxor mea vacca est, in culina amica est!», — заорал я на весь коридор дурным голосом, сам не понимая, откуда в моей голове взялись эти глаголы. — «O, Quirrell, stultus es, troglodyta multus es!».

Тролль от такой наглости и непонятного лая замер, вертя всеми своими подбородками. А я, пользуясь моментом, разогнался и со всей дури заехал ему шваброй по пятке.

«Accipe, fascista, granatum!», — я крутанулся вокруг своей оси, уворачиваясь от загребущей лапы.

В этот момент за углом послышался топот. Поттер и Уизли, которые, видать, учуяли запах приключений (или мухоморов), выскочили в коридор и замерли, роняя челюсти. Перед ними была картина маслом: завхоз Филч, помолодевший лет на сорок, носится вокруг тролля на сверхзвуковой скорости, размахивает шваброй и орет что-то, подозрительно похожее на гимн пьяных легионеров.

«Мистер Филч?!», — Гарри протер очки, не веря своим глазам. — «Он что… он дерётся с троллем?»

«И поёт на латыни!», — Рон в ужасе прижался к стене. — «Гермиона, беги оттуда, Филч сошёл с ума!», — выдал Рон, будто тут не тролля бояться надо, он так, на побегушках, а вот Филч — это да, бежать и не оглядываться.

«Pueri, adiuva te!», — крикнул я им, запрыгивая троллю на загривок и пытаясь засунуть черенок швабры ему в ухо. — «Trollus malus est, caput ferire palum! Поттер, махай палкой, не стой как на вокзале!»

Тролль взревел, пытаясь стряхнуть меня, но я держался крепко. Где-то внизу лестницы уже слышались тяжелые шаги преподавателей — мой вокал явно долетел до Большого зала.

Я висел на загривке у тролля, как клещ на собаке, и продолжал орать латинские частушки, закладывая такие виражи, что у самого башка кругом шла.

«Est Potter hic, est magus pic, trollus erit sic-sic-sic!», — взревел я, в очередной раз уклоняясь от лапищи гиганта. — «Гарри, ну чё ты стоишь, как памятник Ленину?! Шмаляй давай по кумполу!»

Поттер, видать, от моего латинского окончательно пришёл в чувство. Он выхватил палочку, глаза за очками лихорадочно блеснули.

«Рон, заходи слева!», — крикнул Гарри. — «Вингардиум Левиоса!»

Но вместо того, чтобы просто поднять дубину, Поттер, подгоняемый моим безумным вокалом, выдал чё-то поинтереснее. Дубина тролля не просто взлетела вверх, она начала крутиться в воздухе, как пропеллер у вертолета, обдавая всех нас ветром с запахом несвежих носков.

«Опа! Турбина пошла!», — я заржал, чувствуя, как мухоморный приход достигает пика. — «Volat fustis, cadet dustis! Гарри, бросай её на него, не томи душу!»

Тролль в это время, окончательно обалдев от того, что его оружие живет своей жизнью, а на шее сидит поющий дед, задрал голову вверх. И это была его фатальная ошибка.

«Падай!», — рявкнул Поттер, опуская палочку.

Тяжёлая дубина, весом в добрый центнер, с ускорением свободного падения рухнула прямо на макушку серо-зелёного гиганта. Звук был такой, будто кувалда упала в пустой бак.

КРАК!

Тролль закатил глаза, его колени подогнулись, и он начал медленно заваливаться вперед. Я, как заправский десантник, спрыгнул с его плеч в последнюю секунду, приземлившись в идеальный кувырок благодаря смазанным «вэдэшкой» пяткам.

«Victoria est nostra, vade ad monstra!», — прокричал я финальный аккорд, вскидывая швабру вверх, как знамя.

▷ Та-та-та-дам!

▷ Задание «Сантехник-оперативник» выполнено с огоньком!

▷ Результат: Туалет цел, Грейнджер в шоке, тролль в глубоком ауте. Поттер проявил инициативу.

▷ Награда: 1 Крутка Гачи «Синяя».

▷ Бонус: Осколок «Возврат молодости» (6/100).

Тут из женского туалета осторожно выглянула Гермиона, вся в слезах и с волосами, похожими на взорвавшийся стог сена. Она посмотрела на тушу тролля, потом на Гарри с Роном, и наконец — на меня.

А я стоял — спина прямая, глаза горят, от меня пахнет лесом и магией, а в голове всё ещё крутятся латинские строчки.

«Мистер Филч… вы… вы нас спасли?», — прошептала она.

«Amicus Plato, sed veritas amica est, puella», — я подмигнул ей, чувствуя, как 10-минутный эффект мухоморов начинает потихоньку угасать, и в коленях появляется первая знакомая ломота. — «Просто не люблю, когда сантехнику портят. Поняла, умница?»

В этот момент в конце коридора показались огни палочек. Снейп, Макгонагалл и Квиррелл (который подозрительно быстро "пришёл в себя") неслись к нам на всех парах.

«Ну всё, пацаны, атас!», — я быстро принял позу привычного согбенного старика, опираясь на швабру. — «Сейчас Сёва будет баллы вычитать. Держитесь крепче».

И вот тут то к нам добежала бравая троица блюстителей.

«Объяснитесь немедленно!», — выдохнула Макгонагалл, переводя взгляд с оглушённого тролля на нас. — «Поттер? Уизли? Грейнджер?! И… Аргус?!»

Я, уже чувствуя, как в поясницу возвращается привычный «прострел», опёрся на швабру и выдал порцию отборного завхозовского негодования. Латынь кончилась, начались суровые будни.

«Объясниться?! Да я вам сейчас так объяснюсь, что уши завянут!», — рявкнул я, тыча пальцем в сторону Квиррелла. — «Это чё за бардак