Волокита - Артём Соболь Страница 125

— Пап, я тормоз. Этим всё сказано.

— Как метко замечено, — поправляя очки, ну прям как Кабуто, то есть средним пальцем ворчит Варя.

— Я хочу уточнить, — кривится Настя. — Не тормоз, нет. Не то устройство что останавливает тяжёлые грузовики. Наш Славочка, пароходный якорь.

— Абсолютно с тобой согласна, Настенька, — кивает Марго.

— А можно мне больше деталей? — хмурится Ерофей.

— Пап, это личное.

— Слава, я твой отец. До шестнадцати, имею право знать всё. После, твори что хочешь. Поэтому пока у нас есть время и ты моё дитятко, я хочу знать что именно у вас стряслось. Слава, говори.

— Короче...

— Если короче чем надо и тебя это смущает, обратись к Иволгину, он тебе мазь для увеличения выдаст, — краснея от злости ворчит Марго.

— Я не могу их взять, — встав выпаливаю. — Нет, всё в порядке. Тянет к ним. Стоит как каменный, гвозди заколачивать можно. А как до дела доходит, так не могу. Нет, дядя Антон, не падает, не улыбайся так. Всё. Довольны?

— Позвольте я, — встаёт Иволгин. — Долгое время, нам всем внушали что размножаться нельзя. Не удивлюсь, если Вячеславу, как последнему выжившему наследнику, внушали сильнее чем всем нам. Нас хотели извести, если вы помните. Поэтому, не вижу никакого смысла обижаться на Славу. В этом, он виноват меньше всех.

— А мы чо сделаем? — буквально рычит Настя.

— Поможете ему преодолеть установленный психологический барьер, — разводит руками Иволгин. — Слава молод, судя по поведению, поступкам, тому как на вас смотрит ещё и очень горяч. Вы просто события не торопите. Понимаю, вам невтерпёж. Но вы на Славу посмотрите. Он и так как может старается. А вы от него ещё что-то требуете. И я понимаю Настю и Варю, но вас, Маргарита Владиславовна понять не могу. С вашим опытом, знаниями, впадать в истерики...

— А я что сделаю! — кричит Маргарита. — Я женщина. Слава, прости. Поддалась. Я так больше не буду.

Все трое извиняются. Подсаживаются ближе, но не успевают, мне на колени приземляется Алиса и требует чесать её за ухом.

— Как я понимаю, — улыбается Ерофей. — Инцидент исчерпан. А теперь завтракаем и идём. Жигунова надо обрадовать. Чтобы не расслабился и Нику с Лизой не тронул.

Завтракаем, как заканчиваем, все идут одеваться. Иволгин утаскивает меня в лабораторию, закрывает дверь...

— Иваныч, спасибо...

— Слава, я конечно, смог выкрутиться. Но в следующий раз, ваши женщины коих здесь четверо, мне не поверят. Хуже того, я наверняка буду бит, наверняка сильно и зная Настю ногами. Слава, что с вами происходит?

— Внушение...

— Всё снял эльфийский эликсир, — качает головой Иволгин.

— Я не знаю. Сам хочу. Может это потому что мне четырнадцать?

— Большего бреда, я в жизни не слышал. Мы, после того как магию получили, взрослеем быстрее. До двадцати лет. Если сопоставить с людьми прошлого, то к своим четырнадцати можете смело ещё четыре прибавлять.

— Но...

— Слава, — поднимает руки целитель. — Вы знаете, здесь венчаются с рожденья и даже до этого замечательного события. Здесь дети в полгода ходить и говорить начинают. Некоторые раньше. Здесь женятся и детей заводят с двенадцати, потому что двенадцать, на самом деле шестнадцать. По развитию, разумеется. А цифры, это цифры. Год это всего лишь оборот планеты вокруг Солнца. А теперь давайте правду, в чём дело?

— Я не знаю. Тимофей Иванович, честно.