Черный Маг Императора 26 - Александр Герда Страница 12

Я был не согласен со своим другом. Как по мне, ничего страшного в этом не будет. Даже весело, на мой взгляд. Тем более, что школа у нас магическая, мало ли кто живет на ее территории?

Подумав об этом, я как раз собирался сказать Лешке, что не стоит ничего утилизировать, как мусорный голем дал понять, что жить возле баков он не собирается, и двинулся вперед. К этому времени вокруг нас уже собралось человек десять, так что первые шаги мусорного голема были встречены радостным подбадриванием парней и визгом девчонок.

С каждым последующим шагом голем двигался все увереннее. Если поначалу казалось, что он вот-вот упадет и превратится в кучу мусора, то теперь было понятно, что само по себе это точно не произойдет. Мусорный голем шагал довольно бодро и рассыпаться не собирался.

Тем временем количество учеников вокруг заметно росло. Мы с Нарышкиным старались не отставать от мусорного голема и шли рядом с ним. Княжич в качестве создателя, а я как его друг. Судя по голосам вокруг, уже не для кого не было тайной, что это наших с Лешкой рук дело.

Вот только все почему-то были уверены, что мусорный голем создан нами специально, чтобы пошалить и привлечь к своим персонам еще больше внимания. Ну конечно, как же иначе? Как будто нам с княжичем и без того внимания не хватает…

— Особенно тебе, — поддержал меня Дориан.

Вскоре к толпе присоединилось несколько человек из охраны, которые пытались криками заставить учеников не дотрагиваться до голема и вообще держаться от него подальше.

— Руками не трогать! Не трогать, кому сказал! — больше всех злился какой-то усатый охранник. — Еще подхватите от него какую-нибудь гадость!

Едва он это сказал, как мусорный голем остановился и засунул руку-шланг в свое тело. Покопался там немного, а затем вытащил сломанный зонтик и протянул его охраннику, у которого от удивления глаза чуть на лоб не выкатились. Не удивительно. Даже учитывая специфику его работы, такое увидишь не часто, так что было чему удивляться.

Сломанный зонтик охранник не взял, поэтому мусорный голем вновь спрятал его внутрь себя, немного потоптался на месте, а затем уверенно двинулся в сторону главного корпуса.

Дело шло к завтраку, а потому народа на школьных дорожках было немало, так что наша процессия с каждой минутой увеличивалась. Следующей целью для себя мусорный голем избрал главу кафедры артефакторики Никиту Львовича Загорского. В своей неизменной багровой мантии он двигался в сторону главного корпуса, видимо намереваясь позавтракать.

Мусорный голем довольно быстро нагнал его и после недолгой паузы протянул Загорскому кусок ржавой трубы, который перед этим выудил у себя из живота. Надо ли говорить, что Никита Львович был этим сильно удивлен?

Однако от подарка в виде трубы он отказался, поэтому мусорный голем, недолго думая, двинулся вперед. Судя по всему, эта куча мусора увидела на горизонте одного из наших дворников, который, заметив нас, пытался удрать вместе со своей тележкой. Не вышло.

Спустя пару минут голем отобрал у него тележку и принялся катить ее сам. Самое интересное, что при этом он иногда останавливался и пытался поднимать с дорожек листья и прочий хлам. Судя по всему, голем решил сам заняться сбором мусора.

В общем, учитывая историю его происхождения, это выглядело вполне логичным с его стороны. Правда, не сказать, что у него получалось. Трудно поднимать мусор руками, одна из которых — кусок шланга, а другая — ножка от стула. Удивительно было, как ему вообще удавалось катить перед собой тележку.

Постепенно мусорный голем приближался к главному корпусу. Я как раз размышлял, что будет, если он решит вломиться внутрь или посетить столовую, как вдруг голем нагнулся, чтобы поднять конфетный фантик с асфальта, и из него выпала дохлая крыса.

Что тут началось… До этого мне не раз приходилось слышать, как визжат девчонки, но сегодня было нечто особенное. Думаю, этот визг я запомню надолго. Ну и то, что после этого началось, само собой. Девочки бросились врассыпную, а учитывая то, что толпа к этому времени уже собралась немаленькая, все это быстро превратилось в дикую неразбериху.

Те, кто видел крысу, пытались удрать от нее подальше и натыкались на тех, кто крысу не видел. Само собой, без травм не обходилось. Отовсюду слышались вопли и крики боли, а мы с Лешкой с ужасом смотрели на все происходящее и понимали, чем для нас может закончиться эта история. Эх… Кто бы знал, что из-за спора на пару каких-то поджопников может выйти такая штука…

Чтобы не наделать еще большей беды, я приготовился активировать Заморозку и остановить голема. Вообще-то, давно можно было это сделать, но кто знал, чем дело обернется. Во всяком случае, поначалу было весело…

Однако с заклинанием я не успел. Мусорный голем вдруг замер на месте, а через мгновение просто рассыпался, мгновенно превратившись в плохо пахнущую кучу мусора.

— Нарышкин, Темников, какого черта вы делаете? — услышал я знакомый голос, который отвлек нас с княжичем от разглядывания останков голема.

Ну да, точно… Эмир Михайлович Голиков… Он почему-то всегда оказывается рядом, если в школе происходит нечто подобное. Такое ощущение, что нашему преподавателю по стихийной магии интуиция подсказывала, где в «Китеже» готовится очередная шалость.

— Тренируемся в бытовой магии, Эмир Михайлович, — услышал я Лешкин голос. — Просто произошел маленький технический сбой. Заклинание получилось… Скажем так, в расширенной редакции.

К тому времени, когда все немного успокоились и школа вновь зажила прежней жизнью, прошло около часа. Первый урок был сорван, все ученики сейчас были на втором уроке, ну а мы с Нарышкиным сидели в приемной Орлова.

Кто бы сомневался, что после такого мы окажемся на приеме у Ивана Федоровича? Честно говоря, в тот момент, когда мусорный голем только появился на свет, у меня уже было смутное предчувствие, что дело кончится именно этим. Вот, пожалуйста…

— Дебильные стулья, — пожаловался я Лешке, уже несколько минут пытаясь более-менее комфортно усесться на стуле в приемной, где мы с княжичем под бдительным надзором Ники Львовны, дожидались пока нас вызовут. — Как можно было их вообще сделать настолько неудобными, я понять не могу?

— Это элемент педагогического воздействия, — усмехнулся княжич. — Чтобы мы еще в приемной чувствовали себя виноватыми.

В этот момент зазвонил телефон на столе у