Великолепный Дуся - Матвей Геннадьевич Курилкин Страница 12

— То, что там собираются всякие бандиты, тебя не пугает, — вздохнув, начала объяснять девушка. — И нас тоже не напугало бы. Мы — хорошие воины, хоть у тебя и могло сложиться противоположное впечатление. Но Базар слишком близко к Долине Смерти. Это Хтонь. Страшное место. Иногда оттуда вырывается… то, что живёт внутри. И тогда выживают только те, кому повезло. Или те, у кого достаточно сил, чтобы защититься. У Рысей — недостаточно. Сейчас. Раньше они там бывали.

— Они? — ухватился я за оговорку.

— Это было ещё до нашего рождения. Потом перестали.

Что-то мне подсказывает, что перестали не только из-за страха перед Хтонью. Вон как Киган губы поджимает. И рассказать хочется, и стрёмно. Всё-таки наивные они, уманьяр. Лицо держать не умеют. За это их и люблю — неиспорченные товарищи. Дети природы…

— Давай, Киган, колись. Ты ж явно что-то знаешь. Рассказывай уже!

Не то чтобы мне это важно, просто видно же, что парня распирает. Я его уже достаточно изучил, чтобы не обманываться его вечно задранным носом и строго-презрительным выражением лица.

— Последний раз, когда Рыси ходили торговать на Базар, остались и без товара и без оплаты, — объяснил парень. — На всю округу посмешищем стали. Так что не думаю, что мы с Илве — хорошая компания для этого похода.

— А я не знала, — растерянно пробормотала девушка.

— Тебе отец не рассказывал, — ещё более неохотно ответил Киган. — Отец не любит, чтобы об этом вспоминали. Я должен знать, как будущий вождь, чтобы не повторить ошибку.

Ну вот, что и требовалось доказать. Так и знал, что какая-нибудь подобная фигня окажется. Учитывая болезненное самолюбие Вокхинна и уманьяр вообще. Уверен, об этом случае уже давно всё забыли. За столько-то лет! Только сами Рыси и помнят. Хотя… могутпомнить, но только из-за того, что Рыси после этого перестали участвовать в общественной жизни. Типа ушли на «пике славы».

— Сами себе злобные Буратины вы. Плохое впечатление о себе надо перебивать, а не закукливаться. Торговли себя лишили и репутацию не поправили. Дурацкое решение, так потом Вокхинну и передай, если я сам забуду.

Киган меня сначала не понял, даже ответил что-то язвительное — дескать, не какому-то гоблину учить вождя, как управлять племенем. Потом всё-таки не удержался и потребовал объяснений. Я и рассказал, мне не жалко поделиться мудростью. Тем более, не велико откровение, если честно. Сами бы рано или поздно догадались.

Если верить карте, которую Вокхинн доверил сыну, тащиться нам ещё довольно далеко. Дройн утверждал, что верхами путь займёт сутки — в смысле, два дня, если с ночёвкой. Ночью заставлять лошадок скакать было бы негуманно. Зато заблудимся вряд ли — сильно углубляться в прерии не нужно, Базар расположился неподлёку от гор. Там, вообще-то, тоже золото добывают. Это, собственно говоря, шахтёрский городок, в котором в основном тусуются всевозможные добытчики. Не такая богатая шахта, как в Грасс-Вэлли, зато Авалон там силы почти не имеет.

— Отец говорил, там есть авалонская администрация, но только формально, — объяснял Киган. — Сил у них там почти нет, поэтому нет и власти. Никто не смотрит на цвет твоей кожи и форму ушей. Говорят, новый мэр лет шестьдесят назад пытался навести авалонские порядки, гонять нелюдей начал, но только ничего у него не вышло. Доходы сразу же упали, метрополия была недовольна.

— А почему упали? — Не понял я. — Ни за что не поверю, что золото перестали добывать. Свято место пусто не бывает.

— А там и так его немного добывали, — пожал плечами Киган. — Люди его там не продавали, предпочитали в тот же Йерба — Буэно золотой песок нести. Цену дают лучше. Нелюди — по-разному, но тоже как-то обошлись. А вот иные товары — те же хтонические ингредиенты, например, резко уменьшились в количестве. В Долину Смерти в основном твои родственники, шаман, ходят. Вы лучше переносите эманации Хтони. Вот они и перестали тогда на Базар ходить, нашли другие места для обмена. Потом мэр сменился, и всё вернулось, как было.

В общем, загадочный Базар всё сильнее будоражил моё воображение, и расстраивало меня сейчас только одно — отсутствие шляпы. Солнце палило немилосердно. Я уже давненько обзавёлся банданой из какого-то куска материи. Витя с Митей, тоже изрядно побледневшие под дневным светом, обстебали меня знатно — всё объясняли, что косыночку я неправильно завязываю, надо под подбородком, как бабушки. Хотя, может, и не стебали, кто их знает. Может, они уверены, что так и нужно… В любом случае, бандана моя не сильно спасала от солнца. С самого утра страдал, особенно ближе к полудню, когда солнце оказалось прямо над макушкой и фигачило на полную. Так что когда начались галлюцинации, я совсем не удивился. Чтобы удивляться, ресурсы нужны, а мне уже всё было пофиг. Я мечтал только о тенёчке, и чтобы вода во фляге была хотя бы не горячей. Ещё немножко сочувствовал своей лошадке и вяло наблюдал, как где-то впереди дрожит и плавится горячий воздух над степью и горами.

Постепенно эти самые воздушные массы начали складываться в полупрозрачные фигуры. Сначала — неоформленные, абстрактные. Типа таких, какие возникают в лавовых лампах. Переливаются, делятся, потом снова сливаются. По мере приближения глазам открывалось всё больше деталей. У этих хреновин появлялись и исчезали конечности, какие-то морды возникали, рожи корчили, подмигивли.

— Перекидываемые, опрокидываемые, расплетались и сплетались белоусые угри…[1] — пробормотал я.

— Ты чего там бормочешь, Дусь? — Заинтересовался Митя.

— Не, ничо. У меня, походу, тепловой удар. Глючу, должно быть, — ответил я, не отводя взгляда от завораживающего танца воздушных струй.

— А, ты про этих, — покивал Митя. — Не обращай внимания, они тебя не тронут. Мы-то им вообще того, не интересны.

— Секундочку! — Я даже взбодрился. — Подожди, ты что, хочешь сказать — вот это вот… эммм, непонятное — оно на самом деле есть⁈

— Если ты про воздушных духов, которые там впереди резвятся, то да, чего бы им не быть? Только я ж говорю, нам они не опасные.

Казалось бы — какое мне дело